Последний крестовый поход
Шрифт:
Глава 13
В течение двух следующих дней при попытке выбраться из дома ребята потеряли ещё несколько человек, среди которых были Лёха, Эдик и Соня. На этом вылазки из комнаты прекратились, и надежда на побег развеялась как дым.
Георг завладел скипетром, но в комнату к ребятам по-прежнему никто не вламывался. Временами снизу из гостиной доносился треск ломающейся мебели и звон бьющегося стекла, а ближе к вечеру всё стихало, и дом замирал в ожидании чего-то страшного. Возможно, Георг и его подопечные выходили на охоту, чтобы поддерживать в себе жизненные силы. Никто не решался предположить, что у их товарищей было на ужин, потому что и так было ясно, что вегетарианцами теперь их было назвать нельзя.
Мирослава, Димон и Денис не покидали комнату. Каждую ночь парни по очереди дежурили у дверей, охраняя девушку, хотя они все понимали: тем, что всё ещё живы, они обязаны совсем не своей бдительности, а Георгу Марешу, который не позволял своим «отпрыскам» нападать на них. Зачем он это делал, ребята не понимали. Возможно, он хотел поиграть с ними, а когда эта игра ему надоест, он обратит их в таких же чудовищ, какими стали их друзья.
За пару дней метка беспокоила Матвея всего лишь три раза. О причине внезапно возникавшей и также внезапно исчезавшей боли он не задумывался, он просто ждал, когда ладонь прекратит пульсировать, как будто в ней нарывал огромный фурункул, и продолжал заниматься своими делами.
Этим утром он встал поздно, потому что провёл почти бессонную ночь. Мысли о друзьях не покидали его ни на минуту. Приняв холодный душ, Матвей оделся и спустился вниз. Перекусив и выпив чашку крепкого кофе, он направился в гостиную. В этот момент он потерял равновесие и упал на пол. Левую ключицу, на которой была метка, и руку со шрамом пронзила острая боль. На лбу появились маленькие капельки пота.
– Боже! Как больно…
Перед глазами поплыл туман. Он сидел на коленях в гостиной. Вдруг сквозь белую пелену ему показалось, что он увидел фигуру человека. Она медленно приближалась к парню. Матвей разглядел пожилого человека. Это был старый седой священник, на нём была надета ряса.
Старец подошёл к Матвею и, посмотрев на него, произнёс:
– Вот ты какой, крестоносец.
– Я… Я… - запинался от боли Авдеев. – Я не понимаю, о чём вы.
– Пришло время рассказать тебе обо всём.
Старец стоял и смотрел на Матвея.
– Меня зовут Иоанн Дибазанини. Ты – мой потомок, и ты – избранный.
Авдеев лежал на полу, пытаясь осмыслить то, что сказал ему старик, стоявший перед ним.
– Для чего избранный?
– Для того, чтобы не дать людям погрузиться во мрак.
Авдеев усмехнулся:
– Я прямо герой боевика!
Иоанн громко выдохнул, показывая, что последняя фраза его, если не раздражала, то выводила из себя.
– Я не скоморох, чтобы развлекать тебя. Речь идёт о серьёзных вещах, о жизни и смерти.. Твоей жизни! – повысил голос Дибазанини. – Мареш очень опасен.
Матвей замер.
– Мареш? Георг Мареш? – переспросил он.
– Ты знаешь, кто это? – насторожился Иоанн. – Ты его видел? Он знает о тебе?
Авдеев посмотрел на старца.
– Он назвал меня Дибазанини.
Иоанн закрыл глаза и глубоко вздохнул. Собираясь с мыслями, он замолчал. Прошли несколько минут, прежде чем он заговорил снова.
– Слушай меня внимательно, Матвей, слушай и запоминай! Чтобы вернуть себе силу, ему нужен скипетр, а чтобы получить власть над разумом неподвластных ему людей - избранный и кровь той, которой суждено продолжить наш род.
Немного помолчав, Иоанн продолжил:
– Если он совершит обряд, на земле воцарится хаос. Ты не должен этого допустить! И обязательно найди эту девушку, слышишь? Иначе избранный род крестоносцев прекратит своё существование. Этого нельзя допустить.
– Но.… Как я узнаю, где она? И есть ли такая девушка вообще?
Иоанн посмотрел на него и сказал:
– Это та, которой ты отдал или отдашь своё сердце и душу…
Матвей побледнел, но на этот раз уже не от боли. После этих слов боль волновала его меньше всего.
– Нет…
– Ты уже встретил её? – с надеждой в голосе проговорил Дибазанини.
– Это… Мне кажется, это Мирослава…
Авдеев глубоко вздохнул, его глаза судорожно бегали из стороны в сторону, как будто он пытался в уме решить головоломку, состоящую из множества комбинаций, которые никак не собирались в единое целое.
– Мареш пытался узнать, встречаемся ли мы с ней. Он знает о нас.
– Значит, у него была твоя кровь. Через кровь он может увидеть о тебе всё, что произошло с тобой, особенно те моменты, когда уровень адреналина зашкаливал.
Дибазанини начал хаотично ходить по комнате, обдумывая что-то. Наконец он остановился:
– Ладно, всё не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Даже если Георг видел тебя, пусть даже общался с тобой, ему ничего не сделать, пока он не найдёт скипетр, твою Мирославу и не дождётся полнолуния.
Иоанн посмотрел на Матвея:
– Где девушка? Попробуем обыграть его.
Авдеев тихо проговорил:
– Она в коттедже, в пятнадцати километрах отсюда. Там мои друзья…
Матвей замолчал, каждое слово стоило ему громадных усилий, по мере того как он осознавал и собирал всё сказанное старцем в единое целое. Иоанн замер и не сводил с него глаз.
– И Георг тоже там…
– Сколько дней? – в голосе старика послышались тревожные нотки. – Сколько дней, я спрашиваю?
– Я… три или четыре! – сказал Матвей.
Иоанн сверкнул глазами.
– Тебе срочно надо ехать туда и, если успеешь, может, ещё увидишь свою Мирославу живой.
– Живой?! – запаниковал Авдеев.
– Вы сказали живой?
– Георг Мареш – восьмисотлетний вампир. Неужели ты думаешь, что он будет распивать с ней кофе и говорить о погоде? На Мирославе метка, и он сразу это увидит! Она будет жить, пока Георг не найдёт тебя и скипетр. В первое же полнолуние он должен будет совершить обряд. Ты понимаешь, что это значит?
Стрик замолчал. Матвей по-прежнему лежал на полу. Боль слегка утихла, но грудь всё равно болела.
– Первое полнолуние будет совсем скоро!
– Вот именно!
– Но.… Но как я буду сражаться с ним, если он такой сильный?
Он посмотрел на своего предка.
– Когда заберёшь скипетр, тебе нужно будет прочесть страницы, которые находились в сундуке вместе с распятием.
Матвей ухмыльнулся.
– Легко сказать: забрать скипетр! Это у восьмисотлетнего вампира-то?
Иоанн не сводил с него глаз. Авдеев увидел в них искорки ярости.
– Ты не воспринимаешь сказанное мной всерьёз, как должно быть! – повысил голос старец. – Ты должен слушать и запоминать, чтобы потом не наделать ошибок!