Чтение онлайн

Когда я захожу в квартиру, неся туфли в руках, Чес уже сидит за столом, скрестив ноги. Она выглядит, словно домохозяйка из пятидесятых: полный макияж, розовый шёлковый халат, розовый тюрбан на голове и чашка кофе в руках. Наш огромный телевизор показывает утренние новости канала «КНОТ», как раз в середине моего репортажа.

— Да ты крута! — Чесси спрыгивает со стола и подбегает. Чтобы обнять меня. Я едва достаю ей до груди, поскольку на ней туфли на высоких каблуках и с перьями. — О тебе шумит весь город: Ребекка Фильдстоун в новостях «КНОТ», наша защитница от грабителей в капюшонах!

— Ты это видела?! — спрашиваю я чуть громче, чем следовало, всё ещё испытывая волнение от произошедшего вчера.

— Эй, подруга, не кричи. Вчера у меня было представление.

— Извини! — Я подпрыгиваю к дивану и сажусь на него, подмяв под себя ноги и хватая пульт, чтобы перемотать и посмотреть свой репортаж с начала.

Экран телевизора наполняется изображением того, как я держу сумочку пожилой дамы, вбегают полицейские, а затем Кейд прижимает коленом спину тому уроду, и за всем этим кадром мой голос: «…хотя было не ясно, был ли этот человек нашим Грабителем, но было очевидно, что что-то не так. Мы не спускали с него глаз…»

— Мне нравится эта часть, — говорю я, нажимая на паузу. — Ты заметила, как я провела параллель? Только что, там, на месте преступления.

— Да ты просто Кристиан Аманпур.

— Не смейся надо мной!

— А я и не смеюсь! — Чесси закатывает глаза и кладёт свою загорелую руку себе на грудь с трагическим видом. — Эта история такая же волнующая и важная, как какие-нибудь события в Ираке, а может, и важнее. Я ведь и правда подумывала больше не ходить в район Грин стрит.

— Да! — я вскакиваю на колени. — Вот именно! Мы помогли поймать этого парня, и тем самым мы спасли местных предпринимателей, туристов…

— Ты герой!

Глубоко вздохнув, я опускаюсь на задницу.

— Теперь я уверена, что получу эту должность ведущего.

Чес похлопывает меня по ноге.

— Ты же знаешь, у тебя есть мой голос.

Звонит телефон, я поднимаю его, пока Чесси отбирает у меня пульт.

К.: Ненавижу просыпаться без тебя.

Это Кейд, и от его слов у меня мурашки.

Я: Извини. Нужно было собираться на работу.

Я даже не пытаюсь скрыть улыбку до ушей.

К.: Не терпится тебя увидеть.

Я: Мне тоже.

— М-м-м, и очевидно голосом этого сексуального спортсмена ты тоже заручилась, а! Да, детка, ты только погляди на эту задницу!

Поднимаю глаза к телевизору и вижу, как в репортаже на заднем плане Кейд разговаривает с полицейскими, светя своей потрясающей задницей чуть ли не на весь экран.

— Вчера я это упустила.

Большие карие глаза изучают меня сверху вниз.

— Даже не пытайся врать мне, мисс Похмелье. Ничего ты не упустила, и всё опробовала!

— О! — смеюсь я, качая головой. — Я имела в виду, что не заметила эту задницу по телевизору вчера. В баре телек был маленький.

— Позор тебе. — Соседка поворачивается ко мне спиной, а я на секунду задумываюсь, какой же потрясающей может быть жизнь, когда, наконец, всё налаживается. — Так значит, ты спишь с ним.

Это не вопрос, и я не могу сдержать улыбку в ответ. Я чертовски счастлива.

— Он такой страстный, Чесси. Прошлой ночью… всё было.

— Классный большой «О»?

— Потрясающий «О». Сильный. Невероятный. А может, даже несколько…

— Только не говори… — Смотрю, как моя соседка ростом шесть и два фута поднимается с дивана и берёт свою чашку кофе. — Ему звонили утром. НАСА отправляет его на Марс на три года.

— Да нет же! — Я вскакиваю и подбегаю к кофемашине: открываю её, закидываю туда капсулу, затем ставлю чашку и нажимаю на кнопку. — Космос ему абсолютно не интересен. Мне перестал сниться этот сон с тех пор, как мы стали встречаться.

— И что, по-твоему, это значит?

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Может, что я больше не страдаю от обязательствофобии? — Жду, когда кофемашина перестанет булькать, и беру чашку.

— Ты готова остепениться? Бросить работу? Рожать детей?

Делаю глоток кофе, в удивлении уставившись на подругу.

— Все эти месяцы у меня на уме была только должность ведущего… — Ещё глоток. Я знаю, что это не совсем так. — Ну, и ещё задница Кейда.

— Да, детка! — Мы обе хихикаем.

На экране высвечивается надпись «Жизнь с Келли и Райаном», и я снова спрыгиваю с дивана.

— Нужно собираться на работу! — Ставлю чашку в раковину, затем вбегаю к себе в комнату, хватаю вещи и бегу в душ. — После того вечера в субботу я и правда подумала о том, чтобы завести детей от него. — Отвечаю я, проходя мимо Чесси. — Не знаю. А что, мне пора уже думать о детях? Мне всего двадцать восемь. А ты думаешь о том, чтобы завести детей?

— Дети приносят в дом вшей, — отвечает Чес.

— Помимо всего прочего! — отзываюсь я, думая о милых маленьких пухлых темноволосых малышах и тёплых объятиях.

Приняв душ, приодевшись и накрасившись за двадцать минут, я прощаюсь с соседкой, отправляя ей воздушный поцелуй и оставляя её одну в квартире, свернувшуюся на диване, смотреть «В объятиях смерти».

— Это классика! — выкрикивает она вдогонку моему осуждающему фырканью.

Бабочки парят в животе, когда приезжаю в офис, и не только потому, что увижу Кейда после самой потрясающей ночи в моей жизни. Вполне вероятно, что мои тяжкие труды сегодня окупятся. Прежде чем открыть дверь и отправиться в отдел новостей, не спеша делаю три глубоких вдоха.

— Вот оно, Бэкс, — шепчу я и поднимаю глаза вверх, мысленно благодаря небеса за всё случившееся вчера.

Быстро иду по холлу, когда слышу гул толпы. Они кажутся счастливыми, словно что-то празднуют.

И я совсем не готова к тому, что предстаёт передо мной.

Красочный букет из воздушных шаров привязан к спинке стула, а в центре комнаты находится огромный ярусный торт с надписью «Поздравляем!» белой глазурью в форме радуги. Почти десять часов, и чтобы вы понимали, тут собрался почти весь отдел новостей. Команда утреннего шоу собирается домой, поскольку они прибыли в два часа ночи, а все остальные, кто работает до шестичасовой вечерней телепередачи, собираются, чтобы узнать свои задания.