Чтение онлайн

– Как он там, – полюбопытствовал Сашка.

– Задремал на диване, я потому и ушёл от него, чтобы не беспокоить.

Жора был одним из немногих в экипаже «Фламинго», с кем Сашка ходил раньше в море. Кроме него и начальника радиостанции Сашка знал ещё старпома, Игоря Арясова, с ним он был этой осенью в колхозе на картошке, куда их, сидящих в резерве, контора отправила на неделю помогать труженикам села в уборке урожая. От старпома, заступившего на вахту в 4 утра, Сашка узнал некоторые подробности происходящего на судне. Он знал, что Жора вместе с боцманом и рыбмастером занимаются откачкой воды из затопленных помещений.

– Как у нас дела, рассказывай Жора, воду успеваем откачивать? – полюбопытствовал Сашка. По спокойному, деловому виду приятеля было ясно, что самое плохое уже позади.

– Вот что я вам скажу, друзья, – Жора сел поудобнее и начал свой рассказ.

– Повезло нам, что все трезвые сегодня, всё-таки шестой день как из дома.

– Седьмой уже пошёл, – заметил Сашка,

– Погоди, не перебивай, – отмахнулся Жора. – Думаете, «Тукан» почему утонул? Да потому, что попал в переделку на второй день после выхода. Соображаете, в каком все были состоянии, – он сделал большой глоток и продолжил, – хотя и у нас тоже разгильдяйства хватает. С чего всё заварилось? На заводе ремонтники горловину румпельного отделения открывали, крышку назад поставили, а болты не затянули, только наживили, а мы не проконтролировали. Когда волна стала забрызгивать корму, вода через щель в крышке потекла в румпельное. Опять же, на ремонте, топливную цистерну положено промывать, а её не промыли, третий механик прошляпил. А там с прошлого рейса песочек сахарский скопился. Мы же рядом с Марокко тогда работали. Как качать начало, так он со дна поднялся и забил форсунки на двигателях, те и заглохли.

– Постой, Жора, – вмешался начальник, – там же между топливными танками и расходной цистерной фильтры стоят, откуда песок взялся?

– Я же говорю, сахарский песочек, он такой мелкий, что через фильтры проходит. Не зря же по регламенту положено промывать цистерну при ремонте. Вот и пришлось нашим механцам, когда заглохли двигатели, слить топливо из цистерны, промыть её и снова через фильтры заполнить. А ещё, поменять все забившиеся песком форсунки. Пахали всей машинной командой в авральном режиме.

– С машиной понятно, – резюмировал Женя, – а что с водой, почему рыбцех затопило?

– Тут дальше всё к одному, – продолжил Жора, прикуривая предложенную начальником сигарету. – Едрить-ага, конечно, не ожидал такого подвоха от «главных» и, узнав про течь, распорядился затянуть болты на крышке горловины румпельного отделения. А крышка расположена на корме у самого слипа. После случая с «Туканом» есть указание для всех «Тропиков» на переходе и во время шторма верхнюю часть слипа – откидную крышку, дополнительно закреплять. У нас крышка была подпёрта изнутри траловыми досками, в качестве упора, и притянута к ним тросом. Ребята, добытчики, доски и трос убрали, болты затянули, а назад всё вернуть не успели. Я в это время со стармехом в мукомолке был, мы прикидывали, как откачать воду из румпельного отделения. Тут как раз и заглохли оба «главных». Стармех сразу в машинное отделение побежал. Я задержался на минуту и тут, смотрю, Пашка-мукомол залетает, глаза навыкате, орёт во всё горло: «Слип оторвало!» Я ему говорю, не ори, скажи – что видел, а он снова орёт: «Оторвало слип совсем на хрен, нет его, тонем!» Тут как раз слышу, за спиной вода зашумела. Обернулся, смотрю, а внизу мукомолки вода начинает палубу заливать. Пашка, как эту воду увидел, так совсем обезумел, рванул наружу, больше я его сегодня не встречал.

– Я, кажется, встречал, – вмешался Сашка, – на верхнем мостике у плотов вместе с женщинами. Помнишь, Женя, когда мы уходили с мостика мужик в жилете навстречу попался.

– Слетел с катушек, видимо совсем, да Бог с ним, – продолжил Жора. – Однако, ситуация аховая, надо разбираться откуда вода поступает. Я на палубу, огляделся, смотрю, крышку слипа действительно с верхних стопоров сорвало, и она на нижних петлях упала на своё рабочее место. Надо же, думаю, как совпало, только убрали подпорки и тут же получили по заднице.

– Если бы двигатели не заглохли, – сказал Сашка, – ничего бы не случилось.

– Да погоди, – отмахнулся Жора, – таких «если» слишком много получается. Мне надо было разобраться откуда в мукомолку вода поступает. И тут я заметил, что оторвало, видимо волной, кожух приточной вентиляции, как раз над мукомолкой. Дырища вот такая, – Жора сделал перед собой руки кольцом. – Вот откуда она идёт, только и успел подумать, как тут же меня шибануло и понесло. Волна через проём в корме залетела и меня к траловой лебёдке прибила. Когда вставал, нога между железяк в фундаменте застряла. Дёргаю, а она не вытаскивается. Тут корма снова вниз пошла, прямо проваливается на глазах. Ну, думаю всё, сейчас мне следующей волной ногу оторвёт. В последний момент как-то изловчился, выдернул. – Жора сделал глубокую затяжку, как бы снова переживая тот момент, затем стряхнул пепел в банку из-под сгущёнки, которую протянул ему тоже куривший Женя, и, допив до конца кофе, продолжил.

– Позвонил капитану, доложил ситуацию, а сам в каюту переодеваться. Мокрый же весь насквозь.

– Похоже, после твоего, Жора, звонка капитан к нам за телогрейкой зашёл, – сказал Начальник, – соображаешь, Сашка?

– Ну да, мы тогда тоже ходили с Женей посмотреть, что там, на корме твориться – начал было Сашка, – видели, как капитана смыло волной, как слип на нижних петлях болтается.

– Погоди, – перебил его Начальник, – так почему тонуть начали, Жора?

– Всё просто, ребята, опять наша безалаберность. Я ещё переодеться не успел, как Сашка Пальцев, рыбмастер, в каюту забегает: «Жора, вода в рыбцеху!». А вот это уже совсем нехорошо, думаю, если ещё и рыбцех затопит, совсем беда. Мы с Пальцем рванули в рыбцех. Кстати, по пути капитана встретили, ребята его в каюту вели, мокрого с ног до головы. Заходим в цех, а там, видим, уже воды по колено, и она по цеху гуляет, рвет обшивку с переборок, столы разделочные ломает. И знаете, откуда она бежит, – Жора затянулся сигаретой, делая интригующую паузу, и, насладившись полной концентрацией внимания со стороны друзей, выпалил, – из рыбных бункеров, зараза. Палубные люки, через которые рыбу в бункера подают, оказались не задраены по-походному. А воды то на палубе, вы сами видели сколько. И сами рыбные бункера в цеху открыты были. Так что вода, можно сказать, беспрепятственно не только в бункера, но и в цех попадала. А налило её уже столько, что маленький тридцатый танк, куда она через шпигаты стекает, заполнился, и теперь ей стекать больше некуда.

– А насосы? – вмешался Женя, – Там же насосы должны автоматически из танка воду откачивать.

– Вот именно, должны, их там два. У них есть поплавки, которые толкают штоки к концевикам, включающим насосы, а коробки концевиков находятся в мукомолке, она как раз над тридцатым танком.

– А мукомолку уже затопило, – проявил сообразительность Сашка, – вместе с коробками автоматики.

– Вот именно!

– И что вы сделали?

– Для начала, ребята-добытчики задраили палубные люки бункеров, благо там прокладки все новые с ремонта. Вода больше в цех не поступала. Заделали брезентом дыру над мукомолкой, где кожух вентиляции оторвало. Тем временем электромеханик попробовать запустить насосы в 30-м танке в обход концевиков, не получилось. Тогда подтащили к рыбцеху и мукомолке переносные эжекторные насосы, у нас их пять штук на судне. Установили, попробовали качать, а вода не убывает. Как потом выяснилось, в затопленной мукомолке повреждён пожарный гидрант. Когда запускали пожарку, там из гидранта шла вода и через 30-й танк, как по сообщающимся сосудам, через шпигаты поступала в рыбцех. Словом, от эжекторов отказались, не эффективно, только время потеряли. Придумали ещё вариант. Под 30-м танком находится помещение линии гребного вала, а там тоже есть насос для откачки воды. Между танком и этим помещением имеется герметично задраенная горловина. Решили попробовать осторожно, не подтапливая сильно линию вала спустить из танка воду и откачать. Я туда пробрался, отдал слегка крышку на горловине, и дело пошло. Я регулирую поток воды, насос её откачивает. Так постепенно всю воду из рыбцеха и убрали.

– А мукомолка, – спросил Сашка, ты же говорил, она тоже в 30 танк воду сливает.

– Правильно, только когда вода в мукомолке стала уходить, там напрочь забились мусором шпигаты и вода осталась. Но это последняя вода, и её не так много, чтобы я не мог позволить себе попить с вами кофейку, и даже может часик поспать. Во как-то так, вопросы есть – вопросов нет, я пошёл спасибо за сигарету, – Жора встал с дивана и направился к выходу.

– Тебе спасибо, что прояснил ситуацию, – бросил ему вослед Женя.

Рассвело. Сашка стоял на слегка дрожащей на полном ходу корме и смотрел на убегающую к горизонту светлую кильватерную струю. Оставшаяся после ночного шторма крупная зыбь, плавно переваливала «Фламинго» с борта на борт. В пропитанном солью воздухе уже чувствовалось тепло приближающихся тропиков. Он ещё раз осмотрел слип: «Вот как они её пристроили, простенько и со вкусом, молодцы». Изрядно покорёженная крышка слипа была зафиксирована в вертикальном положении. С одной стороны, два троса, пропущенные через ваерные блоки и тянули её к корме, а к носу крышку тянул третий трос.

Несколько чаек, как обычно, преследовали судно, поочерёдно пикируя в воду за лёгкой добычей. Наблюдая за птицами, хватающими оглушённую винтами рыбу, Сашка снова переживал события этой ночи. «Какая-то из них могла бы стать пристанищем моей души, если бы …» Почему-то, вдруг очень сильно захотелось прижать к себе жену и дочку, попросить прощения у мамы, поговорить, наконец, по-взрослому с отцом о смысле жизни. Он ещё не понимал, что где-то, на подсознательном уровне, этой ночью его душа навсегда распростилась с беспечной юностью, приняв на себя ту меру ответственности, которая отличает юношу от мужчины.