Последний рубеж
Шрифт:
Спектакль должен быть с финалом.
Билл возвращается к столу, обхватывает голову двумя руками, начинает что-то бормотать о кредите на дом, о просроченных платежах, жене и детях, и в конце концов начинает громко рыдать горькими слезами. Сами, находясь под впечатлением от проигрыша, игроки всё же начинают утешать Билла, тогда как Ник в это время уже едет в такси домой.
Такие игры команда посещала нечасто. Несколько раз в год и в разных штатах, старательно меняя внешность и тщательно скрывая имена. Конечно же, бывали и осечки, но, тем не менее, благодаря покеру и блек-джеку Ник смог исполнить свою мечту – оплатить учебу сначала на частного, потом на коммерческого, а затем окончить авиационную академию и, наконец, получить вожделенную лицензию транспортного пилота.
Со временем, когда команда распалась, каждый из них пошел своим путем. Но связь между собой они старались не терять, чтобы при случае встретиться и снова поиграть. И вот однажды в один из таких вечеров они сорвали большой куш.
Хороший куш…
Вот только один из проигравших, заподозрив неладное, стал наводить справки. Сначала он выяснил, что троица между собой знакома. Копнул поглубже, оказалось, что они уже хорошо поживились в нескольких серьезных клубах. Пазлы сложились в ясную картинку. И всё бы ничего, но на беду Ника этот человек оказался большим чиновником из Управления гражданской авиации. Он сделал пару звонков куда надо и кому надо, и Ника вскоре уволили. Но это полбеды. Его больше никуда не брали. Ни в гражданскую, ни в бизнес, ни даже в легкомоторную авиацию.
Кредиты на квартиру и машину подстегивали к поиску решений. Опять собрать команду и заново начать играть? Как же ему этого не хотелось, но выхода другого он не видел. От безнадежности Ник как-то приложился к виски на целую неделю. И в ту неделю утром раздался телефонный звонок. Секретарша одного большого босса одной большой авиакомпании вдруг пригласила его на собеседование.
– Да приезжайте хоть сейчас, – не терпящим возражений тоном произнесла дама с железными струнами в голосе. – Босс найдет время на вас.
Пьяный мозг Ника пытался понять – мираж это или реальность. С трудом дойдя до душа, он принялся тереть себя мочалкой, бить по щекам и попе. Затем пустил ледяной душ и заорал луженой глоткой. Следующий час ушел на кофе и бульон. Но рожа всё равно была убитой. Улитки! Волшебные корейские маски! Он вспомнил про полёты в Сеул, откуда старшие товарищи тащили тоннами косметику для своих увядших жен.
Быстро нацепив на себя спортивные штаны, он спустился вниз, зашел в женский салон красоты и удивил пару сидящих в кресле седых старушек.
– Что вылупились? Мне слизь улитки надо на лицо! – безапелляционно заявил он бабке, которая, открыв рот, не смогла даже моргнуть.
– Сара, – обратилась к ней вторая с еврейским акцентом, – чего ты на него так пялишь свои зенки? Он правильно сюда вошел. Ему за рожей, чё не видишь?
Через два часа после различных процедур уже твердо стоявший на ногах Ник подымался в лифте на последний этаж небоскреба авиакомпании. А еще через час он не мог поверить в чудо, что стал опять пилотом. Его приняли. И через пару месяцев он очень быстро пошел в гору.
Всё вернулось на круги своя, и он опять поверил в свою звезду, в свою гениальность. Ну как же, по-другому в его жизни и быть не могло. А то, что выгнали когда-то? Так это лишь короткий эпизод. Осечка. Такие парни, как Ник, всегда будут у цели. Всегда на высоте. Всегда при бабках и при дамах.
Небо, женщины и деньги!..
И только вот одна смазливая стюардесса не вписывалась в этот закон.
Очнувшись от своих воспоминаний, Ник понял, что уже давно сидит перед лэптопом, на экране которого мерцает сайт продажи билетов на концерты. Elton John, Iron Maiden, Aha, Celine Dion и даже Pet Shop Boys. Нет, всё это не подойдет, от всего этого мутит. Но он не знал ее пристрастий. Пролистав дальше, Ник увидел фото красивой рыжей бестии, которая по слухам устраивала самые дорогие концерты в мире. Да и музыка у нее была мелодичной и завораживающей. Ну что же, вот сюда он ее и пригласит. Однако оказалось, что все билеты в зал распроданы, осталось пару мест в ВИП-ложе.
Увидев стоимость, Ник нахмурился. Нет, конечно, это хорошо, что будет короткий фуршет с певицей перед концертом, и бутылка французского шампанского вдобавок, и обозрение отличное, и звук особый, но…
«Дорогая штучка», – привязал свою мысль Ник к певице.
«Дорогая штучка», – повторил он про себя эти два слова, только теперь уже о стюардессе.
Он взял в руки телефон и позвонил знакомому из отдела планирования. Сэнди была свободна в день концерта. Достав кредитную карту и вбив шестнадцать цифр, он на минутку задумался, поднял в воздух указательный палец… и опустил его на клавишу.
Оплачено.
Ждать недолго, концерт через два дня. Ник сладко улыбнулся, такое приглашение растопит сердце неприступной леди.
Концерт и впрямь был потрясающим. Рыжая красавица не обманула – шоу по своим эффектам поражало самое избалованное воображение. Свет, звук, артисты, маски и костюмы. Всё в музыке и в такт, и в цвет, и невероятное количество танцоров. Сама певица была мечтой, которую нельзя опошлить, а можно только слушать и на нее молиться, что, впрочем, зал и делал.
Как она смогла петь два часа и при этом всё время синхронно двигаться в такт своей балетной группе, было неясно. Ник подумал, что после концерта она, наверное, потеряет немало фунтов. Но самое крутое зрителей ждало в финале. Необычайные спецэффекты создали реальное ощущение огромного пламени на всю сцену, в которое медленно, шаг за шагом и спиной к зрителям погружалась певица. Погружалась очень плавно и сгорала. Подавленный такой кульминацией зал в шоке молча наблюдал за тем, как полыхает их звезда, как испаряется мечта, как расплавляется богиня и просто женщина небесной красоты. И вот она в огне исчезла.
Музыка стихла, и в уши вкралась тишина, реально пугающая тишина. Никто не хлопал, не кричал и вслух не выражал эмоций. Молчание владело залом долго. Народ не расходился и чего-то ждал. И в этот момент начал громко тикать метроном.
Тик-так, тик-так.
У женщин слёзы хлынули ручьем, с мужчин стекла вся их брутальность. Так концерт еще не заканчивал никто. Бывало разное, когда ломали кресла и рвались на сцену, когда не расходились и хлопали, стараясь бесконечно, пока на пятый бис не выходили музыканты, когда свистали долго и яйцами бросались. Бывало почти всё. Но еще ни разу в истории великое шоу, которое два с лишним часа держало зал на одном дыхании, не заканчивалось гробовой тишиной. И даже когда стало ясно, что пора расходиться, никто не посмел нарушить это безмолвие.
Зрители, онемев, выползли из зала. Но весь этот большой сгусток эмоций шел мимо Ника. Концерт он смотрел один и в плохом настроении.
Сэнди не пришла, она была в полёте. Подруга попросила подменить, она не отказала.
«Прости, я улетаю. Продай билет или сходи с другой», – Ник перечитал это сообщение минимум раз пятнадцать, прежде чем до него дошел смысл послания. Как это возможно променять самый грандиозный концерт в году, билет на который стоил как на место в бизнес-классе на дальнемагистральном рейсе, на какую-то дурацкую и банальную просьбу подруги? На этот раз самолюбие было серьезно ранено, и Ник решил забыть о капризной стюардессе. «Да и дешевле будет», – цинично подумал он.
На следующий день, подымаясь по трапу на свой борт, он всё никак не мог выбросить ее из головы, а пора бы, всё-таки в салоне пара сотен пассажиров.
– Доброе утро, капитан Вильямс!
Ник поднял глаза на встречающую его стюардессу. Глаза ее искрились, спина немного выгнута вперед, чтобы две груди наверх смотрели, и белые перчатки на ладонях. Перед ним стояла Сэнди. Он заглянул в ее глаза и провалился в пропасть…
В этот рейс Ник выжал из машины всё, на что она была способна, лишь бы быстрее достичь цели. Обратный рейс лишь завтра! Весь экипаж в одном отеле! О сколько разных мыслей и фантазий картинками неслись в его мозгу. И кофе. Пока летели, он попросил ее подать три раза кофе и пару раз воды. Всё только, чтоб услышать ее красивые духи. Тот аромат, что так пьянил безумно на максимальной высоте, в которую загнал он самолёт.