Чтение онлайн

Какое же счастье он испытал, когда его чувствительные сенсоры уловили первую передачу по радио. Начался новый этап в, так сказать, жизни искина. Он впитывал всю доступную информацию, какую только мог перехватить. К тому времени на орбите уже не осталось дронов, и приходилось довольствоваться лишь радиоперехватом без визуализации. Он беспристрастно фиксировал радиопереговоры, мгновенно дешифровывал тайные сообщения.

Когда началась Вторая мировая война, искин отреагировал на это спокойно. Ну война и война. Много он таких повидал на своём долгом веку. А вот когда Германия напала на СССР, которому Искин особенно симпатизировал, как и Российской империи, и Русскому царству, и княжеству до этого, так как это были потомки истинных атланов, в, даже не знаю, душе, что ли, у него всё перевернулось. А услышав мелодию и слова песни «Вставай, страна огромная», как потом он признался, захотелось взять в несуществующие руки оружие и идти защищать СВОЮ Родину. Он так и сказал: СВОЮ. К тому времени искин уже осознавал себя РУССКИМ. Он мне давал послушать некоторые перехваченные радиограммы. «Я – Крепость! Я – Крепость! Веду бой! Веду бой!», «Погибаю, но не сдаюсь!», «Вызываю огонь „катюшами” на себя! Прощайте, товарищи!». У меня кулаки и сердце сжимались и хотелось встать плечом к плечу с этими великими воинами. Но оставалось только слушать, не имея возможности чем-то помочь. Я спросил искина, почему он не вышел на связь или каким-то иным образом не помог нашим. Да просто глушил немецкие радиостанции хотя бы, ведь имел такую возможность, на что он ответил, что возможность-то он имел, но запрет, прописанный на программном уровне, запрещал без прямого приказа живого разумного выходить с кем-либо на связь и каким-либо образом вмешиваться в происходящее. Нарушение этого запрета привело бы к разрушению личностной матрицы искина и уничтожению всей хранящейся в нём информации.

Сообщение Левитана об окончании войны искин встретил ликованием. Ещё большее ликование вызвали у него известия о запуске первого искусственного спутника Земли и первого космонавта. Цивилизация, возрождаясь, вновь сделала первый шаг на дороге к звёздам. Полёт американцев к Луне вызвал опасения. Возникла реальная опасность обнаружения лунной базы атланов. Она хоть и имела самые совершенные системы маскировки, но в каком состоянии находятся эти самые системы, искин не знал. Пришлось вне графика выходить на связь с искином базы. К счастью, длившийся доли секунды обмен информпакетами никто не засёк. Американцев с Луны банальным образом шуганули. Искин базы включил пси-излучатели, и астронавты почувствовали чувство тревоги, перерастающее в панику. И так каждый раз, когда американцы высаживались на спутнике Земли. В конце концов программу «Аполлон» свернули, и стало поспокойнее. И если бы не слишком активный искин системы утилизации, то исследовательскую базу ещё много столетий никто бы не обнаружил.

Появление интернета стало ещё одним поводом для радости. Потоки информации хлынули в бездонные хранилища памяти искина. Правда, довольно скоро пришлось ставить фильтры. Потому что количество мусора, простеньких, но от того не менее неприятных компьютерных вирусов, да и просто банальной порнухи превысило все пределы.

Прилёт аграфов искин встретил настороженно. Была надежда, что их мировоззрение за тысячи лет изменилось, но, увы, они остались прежними. Искину хотелось буквально кричать: «Что же вы, люди, делаете-то?! Ведь это же враги!» Был момент, когда он плюнул было на всё и уже собирался выйти на связь и предупредить землян, но было уже поздно. Аграфы нанесли свой удар. И вновь, как когда-то в Великую Отечественную, русские встали грудью на защиту своей земли. И вновь в эфире послышались сообщения «Погибаю, но не сдаюсь!», «Прощайте, мужики! Будем жить!», «Иду на таран!».

Первый удар русские отбили. Совершенно неожиданно к ним присоединились все те, кто не покорился пришельцам. Немцы массово переселялись в Россию. Поляки, идущие всё время в кильватере своих американских хозяев, сдавшихся на милость аграфам, попытались было этому помешать, но были буквально втоптаны немцами в грязь.

Второй удар, последовавший через несколько лет, был страшен. Вновь у искина возникло желание выйти на связь, но это уже ничего бы не изменило. Тем более что в медкапсуле медицинского блока находился прямой потомок атланов и отключение искина привело бы к его гибели.

Хотя земная цивилизация и погибла, но на орбите остался коммуникатор аграфов, благодаря которому поддерживалась связь со всем остальным Содружеством. К своему удивлению, искин обнаружил, что вся начинка коммуникатора собрана на основе атланских технологий многотысячелетней давности. Даже программный код был идентичным. А уж незаметно войти, можно сказать, в родную калитку, от которой у тебя есть все ключи, труда не составило. Так у искина появился доступ в галонет, и он принялся буквально потрошить сервера государств Содружества и в первую очередь аграфов. Делать это было не трудно, так как аграфы там везде успели подсуетиться, и всё оборудование было их производства, естественно, всё с тем же старым атланским программным ядром.

Вот такая история. Ну а расколол я искина довольно просто. Я хоть и не знаток в области искусственного разума, но даже мне было понятно, что у него просто не может быть эмоций. А они у искина то и дело проявлялись. Как он мне потом признался, расслабился за тысячелетия одиночества. Ну я как-то и спросил его напрямую:

– А ведь ты не простой искин? У искина, как я понимаю, не может быть эмоций, а у тебя они постоянно проявляются, особенно когда ты рассказываешь о каких-то событиях прошлого. Так кто же ты на самом деле?

В ответ и услышал эту историю. Причём здесь симбиот? Просто искин скопировал свою личность в симбиота и установил его мне. Только, так сказать, в женском обличье. И теперь у меня в голове есть свой помощник и советник, который положительно и даже с радостью воспринял мою идею начать против аграфов партизанскую войну. После этого и началась моя учёба. Хотя нет, вначале я просто не отходил от пищевого синтезатора. После того как были синтезированы картриджи для медкапсулы, я опять залёг в неё на десять дней. За это время мой организм окончательно был приведён в норму. О своих ощущениях после того, как я вылез из медкапсулы, стоит сказать отдельно. Я буквально летал. Во всём организме было неописуемое ощущение лёгкости. Искин сказал, что это пройдёт, и со временем я привыкну. Ну а пока меня ждала учёба.

Кристаллы с базами знаний я буквально глотал. Усваивались они практически мгновенно, а для закрепления навыков к моим услугам была тренировочная капсула. Да, так учиться можно. Пара минут на то, чтобы знания с кристалла записались в мозг, несколько часов в тренажёре – и ты уже готовый специалист. Таким вот образом я изучил базы по лёгкому оружию, маскировке, ближнему бою, оказанию медицинской помощи, устройству бронескафа и космического скафандра, навыки передвижения в безвоздушном пространстве в условиях отсутствия гравитации, ориентирование на поверхности планеты и в космосе, управление спасательным ботом и лёгким космическим истребителем. Всё бы хорошо, но голова после такого интенсивного обучения болела просто зверски. Искин сказал, что лучше такую боль перетерпеть, так как в медкапсуле от неё хоть и избавишься быстро, но можешь потерять часть вновьприобретённых знаний.

Пока я учился, строительные дроиды пробивали проход на поверхность. Вскоре их осталось только два. Тысячелетия всё же сказались на них, хотя дроиды и находились на консервации. Темп работ значительно снизился. До поверхности смог пробиться лишь один, да и тот последние метры едва шевелил своими манипуляторами. Они ведь не просто рыли тоннель, они ещё и смонтировали в нём несколько шлюзов и антигравитационный подъёмник.

План наш заключался в выходе на поверхность, захвате аграфского пассажирского бота, которым обычно доставляют с орбиты на поверхность желающих поохотиться, и визите на Лунную базу атланов. По словам искина, там должен находиться атланский крейсер, прибывший одним из последних. Корабль был в ужасном состоянии, зиял многочисленными пробоинами, и поэтому его поместили в ремонтный док. Судя по снимкам лунной поверхности, сделанным в XX, XXI веках и в годы войны с аргафами, база не должна была существенно пострадать. Так что шансы на то, что крейсер находился там, были очень большими. А уж если он действительно там, то его давно уже привели в идеальное состояние. Раз сто уже как минимум. Ну а кроме крейсера на базе должны были быть боевые базы знаний и в том числе базы для управления самим крейсером.

И вот я на поверхности земли. Окружающий ландшафт совершенно не был похож на памятный мне. Гор почти не было, лишь небольшие холмы, поросшие густым лесом. Биосканер показывал, что живности в округе было в изобилии. От самой Яман-Тау также остался лишь высокий холм. Как сказала Элька, аграфы, когда в конце войны проводили окончательную зачистку планеты, влепили в гору парочку термоядерных зарядов. На всякий случай. Ни реки Белой, ни находившегося на её берегах моего родного Белорецка не было вообще. Даже следов никаких не осталось. Это я увидел с помощью разведдрона. А причина того, что я сейчас здесь и дышу чистым свежим воздухом, находилась на орбите. Пару дней назад искин с помощью аграфских зондов засёк выход из гипера яхты, точно такой же, на каких сюда, на Землю, прилетали поохотиться и поразвлечься аграфы. Это был шанс. Главное, теперь незаметно захватить бот и на нём добраться до яхты. Можно, конечно, и до Луны долететь, но тогда с яхты заметят и поднимут тревогу, а нам этого не надо. Так что придётся захватывать и яхту.

До посадочной площадки, обозначенной у аграфов как № 4, добрались довольно быстро. Встроенный в бронескаф экзоскелет позволял развивать скорость бега до 60 километров в час, а с антигравитационным поясом так вообще можно было лететь на высоте до 50 метров со скоростью до 250 километров в час на расстояние в 500 километров. Или спрыгнуть с высоты в 10 километров и плавно, как на парашюте, приземлиться. Классная штука, я вам скажу.

Я успел занять позицию как раз перед самым приземлением бота. Площадка функционировала в автоматическом режиме, так что искин сказал, что перехватит управление охранным комплексом и подчистит все логи. Не известно почему, но аграфы не любили долго находиться на Земле и в Солнечной системе. Прилететь на одну-две недели могли запросто, но не дольше. Потом у них появлялось чувство дискомфорта, которое становилось всё сильнее и сильнее и которое не могла купировать ни одна медкапсула. У них было даже что-то вроде тотализатора, кто дольше пробудет на Земле.