Чтение онлайн

Светлые волосы миниатюрного эксперта-криминалиста были собраны в высокий хвост. На макушке у неё красовались очки в синей оправе, а на миниатюрном лице — ещё одни, в красной оправе, подчёркивавшие её карие глаза. На ней была белая футболка с изображением мультяшного вампира, пьющего кофе из комично большой чашки, и надписью «НЕ БУДУ СПАТЬ ВСЮ НОЧЬ». Футболка была завязана узлом на поясе короткой юбки из тёмно-бордового бархата.

Джемма подпрыгнула на цыпочках.

— Ну?

Джонус выпрямился на стуле.

— Я согласен, это… Ронан. Мы как раз…

— Делаете что-то, что вызовет у меня лёгкую панику, я уверен.

Джемма поправила очки блестящим синим ногтем.

— Мы смотрели на твою кровь.

— Как я и сказал, — сухо ответил Ронан. По крайней мере, от одной мысли об его крови под микроскопом, его эрекция немного поутихла.

— Но… — Джемма приподняла брови.

— Позволь мне разобраться с этим, Джемма, — прервал её Джонус, вставая со стула.

— Оооо, это требует навыков общения? — спросила Джемма.

— Боюсь, что да.

— Тогда это твоё шоу, — сказала Джемма, похлопав доктора по спине своей маленькой ладошкой, прежде чем сесть на только что освободившийся стул.

Когда Джонус подошёл к двери, Джемма сменила очки и посмотрела на предметное стекло через микроскоп. Затем взглянула на свои огромные часы и сделала пометку в блокноте из розовой бумаги, лежащем рядом с микроскопом.

Ронан вышел в коридор вместе с Джонусом. Прежде чем доктор успел начать рассказывать о том ужасном, что они обнаружили в его крови, Ронан сказал:

— У меня появилась идея насчёт противоядия. Как его использовать. Против Кадароса.

Брови Джонуса подпрыгнули вверх.

— О. Да. Вообще-то, именно над этим мы с Джеммой и работаем.

— О, — удивлённо произнёс Ронан. — С каких это пор?

— С тех пор, как вы все вернулись с Атара. Мне нужно было на чём-то сосредоточиться.

— О. Я только что подумал об этом, минут пять назад.

Джонус фыркнул.

— Я подозреваю, у тебя на уме были другие вещи.

Ронан не хотел обсуждать ничего из этого, поэтому сосредоточился на насущной проблеме.

— Ну, и что ты думаешь? Может ли это быть использовано против него?

— Теоретически, да. Это… яд, — лицо доктора побледнело, когда он произнёс это последнее слово. Он отвёл взгляд, и на его лице было ясно написано чувство вины.

Ронан тихо сказал:

— Ты пытался мне помочь.

Джонус закрыл глаза.

— Я сделал тебя больным, Ронан, по-настоящему больным. На долгие годы.

— Это не твоя вина.

— О, не моя? — огрызнулся Джонус. — Разве я не врач? Я не тот, кто должен разбираться в этом дерьме, помогать, а не причинять боль?

— Ты не знал. Как ты мог знать?

— Я знал, что в твоей крови что-то не так, но я думал, это из-за того, что делали эти ужасные, злые люди, извращая науку, извращая медицину — а потом я пошёл и сделал ещё хуже. Я должен был сам догадаться.

— Ты не несёшь за это ответственности!

— Тогда кто несёт, Ронан? А?

— Чёртов «Генезис», потому что они всё это затеяли! Очевидно же! Чёртова Амарада, которая знала — с самого начала знала правду. Чёртовы боги, потому что они изначально создали этот чёртов бардак! Ты помог мне, Джонус, когда я нуждался в помощи — перестань качать своей бл*дской головой! Ты сделал всё, что мог, используя информацию, которой располагал. Это всё, что может сделать любой из нас. И если бы я не был так чертовски напуган, возможно, я бы посмотрел на вещи по-другому. Может быть, я бы рассказал тебе правду о том, что случилось с «Генезисом». О хождении разумом. И о другом дерьме тоже. И знаешь что?

Джонус провёл дрожащими пальцами по своим вьющимся, упругим волосам.

— Что, Ронан?

— Если бы ты не разработал для меня противоядие, мы бы сейчас не смогли его использовать.

Джонус всё ещё смотрел в сторону, выражение его лица было мрачным.

— Теоретически.

Ронан прищурился.

— Ты продолжаешь использовать это слово.

Джонус невесело усмехнулся.

— Да, потому что кому-то всё равно придётся сделать инъекцию.

— Позволь мне позаботиться об этом. Просто приготовь шприц.

— Я понял, подожди, — Джонус повернулся, чтобы вернуться в лабораторию.

— Джонус?

Доктор помедлил. Сердцебиение Ронана участилось. Ему было не по себе от такого дерьма, но ему нужно, чтобы Джонус его понял. За эти годы они провели вместе много часов. Тяжёлых часов, но могло быть и намного хуже. Ронан был не в лучшей форме, когда Джонус начал пытаться ему помочь.

Ронан не сомневался, что Джонус помог ему. Джонус во многом восстановил его доверие к людям. Иногда Ронану казалось, что его недоверие всё так же сильно, как и после «Генезиса», но это неправда. Когда он оглянулся назад и по-настоящему подумал о том, каким злым и реактивным он был много лет назад, он абсолютно точно понял, что это неправда.

— Ты был нужен мне, — сказал Ронан, — и ты был рядом, и если бы тебя не было… Не знаю, был бы я сейчас здесь или нет.

— Бл*дь, Ронан, я…

— Просто принеси этот проклятый шприц.

Джонус издал фыркающий смешок. Покачав головой, словно его нисколько не удивило, что Ронан прервал дальнейший разговор, Джонус вернулся в лабораторию.

Пять минут спустя Ронан отправился на поиски Кира. Комудари находился в кабинете Джодари, обсуждая, какую поддержку может предоставить ВОА, когда Тишь нападёт на Резиденцию. Кир стоял на своём обычном месте в центре комнаты. Джодари, вместо того чтобы сидеть на привычном месте за столом, прислонялся к нему спереди. Оба мужчины скрестили руки на груди, но, на этот раз, между ними не было враждебности, только общая цель.

Они оба подняли головы, когда Ронан появился в дверях. Когда он сказал им, что хочет сделать, Кир нахмурился.

— Разве это их не насторожит?

— Они всё равно узнают, как только мы приблизимся. С таким же успехом я мог бы собрать информацию, прикинуть количество людей и местоположение.

Кир продолжал хмуриться, как будто ему это не нравилось.

— Либо так, либо я пойду один, — сказал ему Ронан.

— Ни за что на свете, бл*дь. Мы все будем с тобой, Ронан, несмотря ни на что.

Бл*дь. Ронану действительно нужно прекратить эти напряжённые разговоры прямо сейчас, иначе он, чёрт возьми, сойдёт с ума. Вот почему он не спросил Кира о Сайрен. Он не мог. Ему нужно выполнить работу. Шприц в его кармане был достаточным напоминанием об этом.

Он не думал о своём долге как о чём-то большем, чем работа, и уж точно не как о божественном предназначении. Он не чувствовал, что исполняет волю Идайоса. Он чувствовал себя самим собой, как и всегда. Он чувствовал, что, как и всегда, важна только предстоящая битва.