Чтение онлайн

Вполне очевидно, невозможность реализоваться в условиях плюрализма – тяжкий и незавидный жребий, ничем не лучше того, который выпадает на долю не имеющих никаких прав. При переизбытке ни во что не воплощаемых мнений общество невозможно считать стабильным и свободным от самоедства и от бездеятельности. Ему надолго уготованы прочная бесцельность, погоня за иллюзиями, так называемая лягушачья43, точнее – болотная перспектива.

Начинают проявляться признаки и следствия расплывчатого схоластизма, уводящие в умственные тупики, откуда рукой подать до неприятия несхожих мнений, противостояний и глухой обессмысленной борьбы «противу всего». А это ведь, собственно, есть уже оценка насилию над обществом. И уже не выручают самые шумные меры или призывы к согласию и примирению – эффективность их кратковременна и очень мала.

Тому пример – учреждение общероссийского праздника примирения и согласия; несколько лет его заносили в календарь на 7 ноября, однако никем он не был воспринят всерьёз. Поменяли дату – ничего не изменилось. Или ещё: полным провалом надо признать организацию общероссийского гражданского форума – попытку оживить реализацию мнений при несуществующих для этого предпосылках. Ничего путнего не могло выйти даже из прямых телевизионных встреч россиян с президентом страны; разрекламированные шоу опрокинулись и уже забыты по всё той же банальной причине – мнениям людей не обеспечиваются достойные выходы к реализации в жизни.

Что здесь может огорчать больше всего, так это полное блаженное якобы неведение СМИ о системном третировании нашего плюрализма, добытого в нелёгком борении в переходном периоде.

Постоянной угрозы ему, а также возможных ещё более чем теперь неблагоприятных последствий от его притеснения сами СМИ, кажется, не хотят и не собираются замечать. И понять их не так уж трудно.

Им не до того. Они производят массовую информацию и в её «наполнение» могут либо вообще не приводить ничьих мнений, либо приводить их несчётно и в каких угодно комбинациях и наборах, не запрещаемых законом; при этом другого интереса, кроме прибыли, как то и предусматривается при товарном обмене, к их реализуемости, никакого нет. Всё подчинено лишь цели функционирования набранной производственной мощи – самого по себе. – Это, однако, вовсе не означает, будто СМИ находятся в отстранённости по отношению к проблеме. Как раз наоборот: маховик оповещения, которым они обладают, именно он-то и приводит в наши новейшие времена к ускоренному наплыву подавляющей части мнений к месту, где им суждено гибнуть, ни в чём не проявляясь. И в конечном счёте по прямому содействию СМИ им устраиваются роковые скопления или открываются «шлюзы» для их переправки на орбиту невостребования – то самое, что вызывает у людей, у потребителей обоснованные приступы неприятия и раздражительности. Размах безостановочного действа СМИ по перевалке излишней «массы», исходящей от плюрализма, даже по нынешним понятиям о беспределе, не может не потрясать воображение и не вызывать горьких чувств.

Ещё Фемистий, ритор и философ античной Греции, очень радовался тогдашнему изобилию свободы в изложении и выражении мыслей у себя на родине, но при этом он едва ли не первым указывал также и на бедствие для рода человеческого, по его словам, «удручаемого всеобщими расхождениями во мнениях».44

Позднее Монтень уже говорил, что

…от множества толкований истина как бы раздробляется и рассеивается.45

и что

…вообще, перегружая душу впечатлениями, мы мешаем ей познавать и запечатлевать в себе познанное.46

Вот так, будучи прекрасно осведомлёнными об изъянах реальной демократии, мудрые завещали нам быть побольше настороже.

Теперь усталость и вред от наваленного с энергичной подачи СМИ изобилия очевидны каждому.

Ведь излишества «массовой информации» идут в направлении к потребителю не только в виде мнений. СМИ нещадно и безостановочно эксплуатируют перед рассеянной публикой то, что в наибольшей доле впитывается в «тело» массовой информации, – «обычную», «традиционную» информацию, всё, чем только определяется её не обговорённая законом предметность. Нет необходимости упоминать обо всех «пакетах» распространения массовой информации. Но поневоле приходится решать вопросы: как уберечься от лишнего? как быть?

Уже некоторое время в передаче «Момент истины» телеведущего на экране почти не видно. Выслушивает, задаёт вопросы, удивляется, возражает, и больше – из-за кадра, со стороны. Думается, это неплохой почин. Ведь давайте спросим: что может принести значимого разглядывание на экране костюмов, жестов, лиц, улыбок, причёсок, восприятие голосов рассказчика или комментатора? На протяжении часа, а то и многих часов за день? Глаза ведь редко бывают сыты.47

Если здесь не элементы пластики и построения образов, необходимые в искусстве, так ли уж обретаем ценности? Хоть бы это был и популярный телеведущий, даже – интервьюируемый, любой из участников показа, передачи! Содержание бесед, наличие смысла – прежде всего! Как раз тут, кажется, и есть «момент истины».

В ряде передач ведущим и приглашённым отводят места подальше от переднего плана, уменьшая в габаритах. Уже и то хорошо. Но что видим по большинству?

Некий парад имиджных перегибов. Затяжное, вызывающее, изматывающее пребывание на подиуме. С индивидуальными «манерами», недостатками. У того очки постоянно приспущены до подбородка; кто-то почти вслух часто моргает и неприлично облизывается; кому-то мешает выпадающий изо рта язык и т. п. Для чьей надобности это? А каковы новостные репортажи? Стало модным показывать корреспондентов – якобы для подтверждения факта нашего соучастия в событии. И опять – крупняком, долго, нудно. Заполняют экраны чередою старых или намеренно пустых заставок. Не отстают и в радийных студиях. Там изощрены в необычных придыханиях, интеллектуальном сопении, коверканиях речевых модуляций, скороговорке, музыкальных наслоениях, устранении пауз и во многих прочих шумовых причудах. В печатных изданиях свой кураж. Чуть ли не к каждому слову прилагают фотоснимок, рисунок, фотомонтаж, коллаж. Читателя измучивают мелкотою шрифта, затенениями, пестротами цветов и линий, переуплотнениями в компоновке номеров и страниц, не добавляющих содержательности.

Кто может сказать, что мы тут всегда имеем дело с материалами и сведениями «для неограниченного круга» в их значении каждый раз быть не формой, а новостью – новою или того лучше – первою вестью об интересном происшедшем событии, источником и носителем знания? Ответ очевиден: «массовая информация» в данном «наборе» ценностью никак не является, полезного даёт очень мало и далеко не узкому кругу и в непомерных излишествах нежелательна. А если помнить, что ни конституцией, ни законом о СМИ право граждан на её получение не предусмотрено, то, выходит, над нами уже давно учиняют изощрённое, неостановимое, масштабное насилие.

Ничем его не измерить, и, пожалуй, остановить сразу не получится. Лишний груз обречён тащиться по жолобу современного медиа-конвейера.

Как ни странно, улучшение закона о СМИ или осуществление каких-то других новых шагов изменить, наверное, сможет многое, но не всё.

Будет мешать не оседающая в обществе боязнь: а вдруг из-за того «в наличии» не окажется или убудет свободы слова и гласности, которые, к сожалению, хоть номинально – «ничьи», широко и чем дальше тем шире «используются» как инструменты политики, а значит одновременно и – коммерции, что, кстати, для СМИ – более существенно.

Ею пришпоренные, они в состоянии долго нести в себе энергетику беспредела и безотчётного, всё нарастающего, эскалационного насилия.

И как тут реагировать? Пока преобладает непродуктивное отрицание, когда по доброй воле соглашаются просто отойти в сторону, не принимать удара, особенно в виде ново стей – «титульной» части продукции, которую должны изготавливать непосредственно СМИ.

Ещё когда в России никто и не слыхивал о «массовой информации», Чехов, имевший обыкновение переводить серьёзное в тихий смех, выдал совет вот какой:

Не читайте Уфимских губернских ведомостей: из них вы не почерпнёте никаких сведений об Уфимской губернии.48

Нам, однако, уже не до смеха. Известный художник Новиков из Санкт-Петербурга, переживший слепоту, о новостных сообщениях радио заметил, что их не слушает.

По его мнению, новости

…разрушают человека сильнее наркотиков и порнографии.49