Чтение онлайн

Попрощавшись с вампиром, парень с девушкой разошлись по своим покоям. За окнами царила глубокая ночь.

Ровно в шесть тридцать утра по местному времени по всему городу раздался колокольный звон — трижды ударил Огненный Колокол. Огромный, магический колокол был отлит десятки веков назад, забылись в истории имена создавшего его мастера и тех магов, которые придали его звону особую, неповторимую тональность. Но до сих пор каждый житель города знал: если ударил Огненный Колокол — значит, настал тяжелый час, грядет война, неминуемы голод и эпидемии. Первый удар вещает горе. Если же колокол ударил дважды — грядет смертный час, последняя битва, где женщины, старики и дети наравне с мужчинами будут стоять на бастионах, отражая до последнего атаки нечисти, жертвуя собой ради великого Огня Прометея, ибо их призвание — защищать этот Огонь. Второй удар вещает смерть. О том, что вешает третий удар, не знал никто, но именно трижды пробил Огненный Колокол.

Комендантский час, военное положение, тотальная мобилизация — вот чем начал жить город в этот день, но на жизни Академии Магии это почти никак не отразилось. Вольные маги не подчинялись Храму Огня или Ордену Хранителей, они были сами себе хозяева, и никто против этого не возражал — именно им в грядущей войне предстояло стоять в первых рядах, отражая магические атаки и насылая на нечисть все беды мира, и если маги падут, то вся храбрость защитников, острота их мечей, зоркость глаз и огонь сердец не будут ничего значить.

Хотя ректор все же объявил общее собрание. Студенты, преподаватели, простые люди, что занимались уборкой и приготовлением пищи, — все собрались во внутреннем дворе Академии Магии, чтобы выслушать речь Архимага Джелиоса. Уставший, не выспавшийся — еще бы, всю ночь камни таскать и магией цементировать! — он, один из самых могучих волшебников всех времен и без преувеличения величайший и мудрейший чародей современности, был грозен в своем величии. Его голос доносился до каждого сердца, до каждой души, и даже вечно ехидный Камардон Варг ни разу не перебил речь ректора своими замечаниями.

— Братья и сестры! Вы все слышали голос Огненного Колокола, вы все знаете, что это значит, — настало время, когда нам следует забыть былые раздоры, забыть вражду. Мы все — Хранители, это наш долг, наша участь, наше тяжкое бремя. Не мы выбирали его, но именно нам нести то знамя, что было поднято предками! Скоро война. Сегодня Храм Огня сделал официальное заявление: город окружен, полчища нечисти, небывалые, стократ большие, чем ранее, идут к нашим стенам. Война уже на пороге, но мы должны сделать все возможное и невозможное, чтоб удержать врага! И неважно, что шансов нет и это все понимают, — нам некуда отступать, и мы должны до последнего исполнить свой долг! Я верю в вас, я знаю, вы не подведете меня, вы не подведете себя, вы не подведете наш город и наших предков. Вы не опозоритесь, вы будете настоящими героями, и, кто знает, быть может, в тот миг, когда будет потеряна всякая надежда, свершится великое чудо! Верьте и надейтесь, братья и сестры, и ничего не бойтесь — настал час показать нечисти, что умеют настоящие Хранители Огня!

— Зоя, подожди! — сразу после речи Архимага, пока мастер теней не успела вновь исчезнуть в своих отражениях, догнал ее Хар. — Подожди!

— Благослови тебя Господь, что ты хочешь, мой брат, от смиренной рабы Божьей? — копируя интонации святого отца, поклонилась женщина.

— Я к тебе с поручением от отца Иосифа… — Хар и так был красный от бега, так что дополнительному румянцу на его лице было неоткуда выступать.

— Святой отец? Слава Господу нашему, я знала, я верила, он найдет для меня достойное дело, дабы я искупила праведными поступками свои грехи!

— Именно так он и сказал! — кивнул Хар, убедившись, что Иосифа Киану нет рядом и ни подтвердить, ни опровергнуть тот ничего не сможет. — Сказал: «Передай Зое, что если она хочет искупить грехи перед Господом, то должна помочь мне в одном деле». Только он сразу предупредил, что дело очень опасное…

— Ради Господа я пойду на смерть! — уверенно заявила Зоя, и Хар ни капли не сомневался в правдивости ее слов.

— На смерть не надо. Зоя, отец Иосиф передал, что в нашей Академии под обликом праведного сына церкви скрывается злобный еретик, растлитель умов, упорствующий в своей ереси, он втайне от всех хулит Господа и приносит жертвы дьяволу!

— Скажи мне имя, и я убью его! — В глазах Зои Кортеш полыхал огонь ненависти, и этому несчастному еретику явно предстояло пережить самые неприятные минуты своей жизни.

— Зоя, отец Иосиф знал, что ты это скажешь. Он просил напомнить тебе, что убийство — тяжкий грех! Даже еретика можно наставить на путь истинный, но для этого нам сначала нужны доказательства его ереси, а чтоб их добыть, его нужно как-то отвлечь… Именно это тебя, верную дочь церкви, святой отец и просил проделать…

Зоя Кортеш была лучшим мастером теней и боевой магии, так что Хар даже не сомневался, что у нее все получится.

— «Братья и сестры!» — передразнил ректора Олег, — Хорошая речь, но сколько же я таких уже наслушался… Нет чтоб сказать: ребята, нам все равно подыхать, так давайте же поприкалываемся напоследок, подпалим эту нечисть в хвост и гриву. Вся эта патетика… Машунь, Йося, вы что, не согласны со мной?

— Он их на святое дело наставлял, — пожала плечами девушка, в этот день впервые показавшаяся на людях в человеческом облике — все равно никому до нее дела не было. — Если они не могут победить, то должны знать, что сражаются и умирают не просто так.

— Господь, помоги им сразить нечестивцев… Ибо, хоть немногие из них познали свет истинной веры, душа их чиста и дело праведно! — добавил великан.

— Странные вы, люди, а также тролли и октоборот- ни, и почему вас так и тянет за что-то святое умирать… — задумался Олег. — Нет чтоб, как я, жить. По-моему, мой метод более продуктивен. Хотя дураков большинство…

— А что бы ты делал? — спросила Мария с нарастающим гневом. — Если бы ты был простым человеком? Простым жителем этого города? А не вампиром из иного мира, а? Скажи, Олег, ты бы трусливо бежал, оставив их всех на растерзание нечисти, да? Ты бы показал свою спину? Или ты вообще забыл, что такое быть смертным, считаешь себя богом, а их — ничтожной пищей, годной разве что на то, чтоб сосать из них кровь! Молчишь, да? Тебе нечего сказать? А ведь действительно ты бесовское отродье, прав святой отец, нет в тебе ничего светлого, я-то думала, ты все еще тот, благородный Олег, который, рискуя собой, вытащил из костра обреченного оборотня, а ты… А ты…

— Не дай гневу завладеть тобой, дочь моя, — обнял девушку Иосиф Киану. — Тебя переполняет горе, ты полюбила этот народ всем сердцем, и больно тебе, что им всем предстоит предстать перед Господом раньше отмеренного им срока. Но мы все смертны, а твои слова… Зря ты так. Олег не худший из вампиров, и я, отец Иосиф Киану Арторийский, верю ему.

— Ну, Йося… От тебя я такого не ожидал, — развалившись в кресле, дружелюбно улыбнулся вампир. — Чтоб святой отец за вампира… Впору креститься и кричать: «Аллилуйя!» Уже простил, что я тебя немного покопать заставил? Я же знаю, тебе, троллю в душе, с камнями поиграть только в радость, хоть и не признаешь этого… А Машке я вот что отвечу: хочешь знать, что бы я делал, если бы был простым человеком? Я бы собрал большую-большую армию, всех способных держать оружие, взял с собой Огонь и сам бы пошел войной против Люцифера. Во главе войска.

— Но это безумие! — встрепенулась девушка. — Вы бы погибли — ведь нет никаких шансов…

— Когда я плыл на Атлантиду, еще не вампиром, а простым человеком, мне то же самое говорили. И где теперь Атлантида, а где я? То-то же…

Девушка задумалась, святой отец начал молиться, а вампир размышлял: что за странные звуки раздаются снаружи и куда мог деваться этотпроклятый мальчишка? Но Хар — не Том Сойер, а Олег — не его тетя Полли, чтоб бегать по всей Академии и кричать: «Хар!» Как потерялся, так и найдется. Хоть Олег его и предупреждал, что утром они собираются вместе обсудить последние события и думать, что дальше делать. У парня были свои неотложные дела, и вампир ему был не указ.