Чтение онлайн

Храм Посейдона и царский дворец, про стены из священного орихалка…

— Но тут же нет ни гавани, ни стен? — удивился парень. — Почему же ты говоришь, что видел подобное?

— Хар, не все картины гениального мастера похожи как две капли воды, но, если ты видел одну, ты можешь узнать и другие. А если ты видел копию, то, уж конечно, распознаешь оригинал! А вообще… Вы только теряете время. Пока не поздно — насладитесь этой божественной красотой, потому что нам, увы, придется ее уничтожить.

— Уничтожить? Все это? — не поверил своим ушам Хар.

— Ну да, — кивнул Олег. — А тебе что, религия работать сегодня запрещает? Так мы работать и не будем — подорвем это осиное гнездо к чертовой матери, и хватит. Или какие проблемы?

Проблем больше не было никаких — спорить с вампиром на пороге гнева мог рискнуть только полный безумец, а потому тему прикрыли. Последовав совету Олега, наслаждались неземной красой величественного города.

Мудрая поговорка гласит: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Не всякое великолепие можно передать словами, язык слишком беден, чтобы описать величественную красоту открывшейся перед путниками долины. Напоминающая по форме огромную чашу, метеоритный кратер, она со всех сторон была окружена полоской зеленого леса, а внизу, в самом центре, горделиво возвышался до небес хрустальный город. Похожий на иллюзию, мираж, он состоял из тысяч башен, соединенных ажурными мостами, и, как будто не касаясь земли, висел в воздухе, готовый растаять от первого луча солнца. Ни одна башня не была похожа на другую, острые шпили чередовались с покатыми золотыми куполами. Повсюду полыхали разноцветные магические огни, декоративные водопады чередовались с зеленью парков, украшенных узорами различных цветов. Между башнями белокрылыми лебедями плыли воздушные ладьи, невесомые и столь же прекрасные, как и сам город. И как будто из пустоты лилась мелодия, нежная, спокойная, умиротворенная, она звучала в дуновениях ветра и пении птиц, в шелесте листьев и звоне невидимых колокольчиков. Даже самый посредственный художник, окажись тут и сумей запечатлеть эту неземную красоту, навеки бы стал знаменитым, не написав в жизни более ни одной картины.

— Как давно я мечтал, что наступит прекрасный миг, когда я буду стоять на пороге их дома… — наконец прервал всеобщее молчание вампир. — Насладились? А теперь вперед, не забывайте — нам еще Люцифера искать.

— Тут? — не поверил Хар. — Ты собираешься искать Люцифера в этом городе?

— Именно! — подтвердил Олег. — Эти дьяволята-атланты всегда любили с потусторонними силами играть, им что бог, что дьявол — простые орудия, как немецкая мортира или испанская аркебуза. И вообще, Хар, запомни на будущее — чем более прекрасен лик, тем более гнилая натура может под ним скрываться…

Оспаривать достаточно сомнительную с философской точки зрения мысль никто не стал — людей и нелюдей манил хрустальный город, куда они и направились уже привычной боевой цепочкой.

А вокруг на склонах чаши аккуратными квадратами простирались поля. Буйным колосом поднимались на высоту человеческого роста травы, колосок к колоску, как будто не на полях выросшие, а созданные в лаборатории безумного генетика, решившего унифицировать все на свете. Росли они идеальными рядами, высаженные по линейке, синхронно качались под ветром, создавая впечатление, что это не отдельные травинки, а один огромный живой организм. И, по всем пасторальным законам, в полях то и дело попадались пастухи и пастушки, все как один улыбчивые и беззаботные, да выпасаемый скот не отличался особым разнообразием. Каждая корова, коза или иной мясомолочный зверь были точно такого же размера и формы, как все остальные, с тем же расположением пятен на боках, одинаково жевали траву и синхронно отмахивались хвостом от действующих будто бы по команде мух. И никто из окружающих, естественно, не обратил на путников ни малейшего внимания — пастухам положено пасти, а не заниматься наблюдением.

— Что это еще за насмешка над жизнью? Господи, Олег, что они есть такое? Они… они не живые! Господи спаси… — От волнения святой отец забыл о своем сане, и, как всегда в такие минуты, в нем проснулся тролль-шаман, способный одним взглядом отличить живое от мертвого.

— Они — идеальное общество будущего, как его видят «братья», — пояснил вампир. — Послушные рабочие особи вселенского муравейника, соединенные в единую сеть полулюди-полукиборги, и неважно, родила их мать или же они были собраны на конвейере. Именно такие заселяли Атлантиду и Гиперборею после того, как в неведомые дали улетели их создатели. Рабы, которые никогда не узнают о своем рабстве, разумные, чей разум намертво заперт в узких рамках. Йося, ты просто не обращай на них внимания — они тут будут повсюду, они строят и пашут, воюют и следят за порядком.

— Но это же… мерзко! — заключил Иосиф Киану.

— Полностью с тобой согласен, — кивнул Олег. — Одна из причин, почему я уже многие тысячелетия воюю с их создателями. Не знаю, как кому, а меня лично перспектива стать муравьем, чей разум растворен в неком мировом абсолюте, совершенно не прельщает.

— Так я не понял — они роботы или живые существа? — переспросил Хар.

— А где грань? — вопросом на вопрос ответил вампир. — Роботы из железа, а живые существа из органики? А если сделать органического робота, он станет живым? Или твой мозг поместить в электронную схему? Они — живые роботы, если тебе так будет понятнее, а вообще не морочь себе голову такими вопросами, они просто есть, и все. Бери пример с меня — шесть тысяч лет назад мне слово «робот» даже в страшном сне не могло присниться, и ничего, не помешало — отправил проклятых атлантов на дно Средиземного моря…

Ответ Хара явно не устроил, но больше Олег на эту тему распространяться был не расположен, так что пришлось смириться с тем, что есть. К сожалению, времени и возможности провести детальное исследование местных жителей не было, анатомическую походную лабораторию с собой парень как-то не догадался прихватить.

Кого меньше всего волновали проблемы природы местных жителей — так это Марию и Камардона. Девушка как истинный оборотень умела полностью сосредоточиться на первостепенной цели, отсекая все ненужное. Такими же способностями, правда не врожденными, а приобретенными в результате долгих тренировок, обладал и рыцарь. Хотя, когда к нему с вопросами лез все тот же неугомонный Хар, отвечал спокойно и без утайки.

— Кстати, я вот тебя давно уже хотел спросить, да все как-то случая не представлялось, — донимал Магистра парень, — что ты делал в Академии? Ты же учился не под вымышленным, а под своим настоящим именем, и учился давно — неужели Магистру Ордена нужно образование Академии Магии? И как так получилось, что ни Архимаг, ни кто другой тебя не вычислили? Ты же личину не использовал?

— Не использовал, — подтвердил Камардон Варг. — Нет, Хар, мне как Магистру не нужно волшебство. В

Ордене Хранителей хватает собственных чародеев, которые никогда не учились в Академии, но наши методы подготовки кадров ничем не уступают академическим, Просто наши маги не любят попадаться на глаза. Ты, например, слышал что-либо о Тиналисе Химе?

— Где-то проскальзывало имя… — Хар задумался, — Нет, не могу вспомнить. А кто он такой?

— Солдат. Рыцарь Ордена. Потомственный чародей, величайший из магов современности — без его помощи нам бы никогда не удалось одолеть Архимага Джелиоса. Живет скромной солдатской жизнью, в свободное от работы время обучает остальных магов Ордена. С такими чародеями мой скромный дар Ордену не нужен — таланты Магистра должны лежать в иных сферах, одна из них — искусство быть незаметным. Ты совершенно прав — я, Великий Магистр, поступил в Академию Магии как обычный студент, под своим настоящим именем, без иллюзорной личины. И даже Архимаг меня не узнал — мне повезло, мы никогда ранее не встречались. Личность Магистра не публичная, он не должен, как Архимаг или Наместники, в обязательном порядке участвовать в массовых ритуалах, и я сделал все возможное, чтоб в лицо меня знал как можно меньший круг людей. Я понимаю, тебе, может быть, в это нелегко поверить, в твоем мире главный человек страны у всех на виду, но у нас именно так обстоят дела.

— Но ты так и не ответил, зачем ты столько лет проучился в Академии?

— Я не учился, — отрицательно покачал головой Магистр. — Я наблюдал. Ордену давно стало известно, что в Академии творятся темные дела, мы не могли больше оставаться лишь сторонними наблюдателями и должны были вмешаться в происходящее. Но риск слишком велик, маги способны учуять подлог, и я сам отправился на разведку. К сожалению, за мной не стоял Прометей, я не мог, как ваш вампир, обо всем договориться лично с ректором. Но должен был стать в Академии своим, вот и пришлось потратить на это три года своей жизни, проучившись на общих основаниях. Но согласись — результат стоил затраченных усилий. Мы смогли разоблачить логово некромантов, эффективно следить за вами и в нужный момент устранить нависшую над Орденом внутреннюю угрозу. Есть ли еще у тебя вопросы? Спрашивай, я отвечу.

— Есть! — обрадованно закивал Хар. — Как становятся Магистрами? Как ты им стал? У вас в Ордене наверняка есть предатели — как вы с ними боретесь? А как вы нанимаете разведчиков среди нечисти, как вы находите с ними общий язык, что вы им можете предложить? У вас есть что-то вроде тайного языка, только для посвященных? Вы какие-нибудь ритуалы проводите? Что нужно, чтобы поступить в ваш Орден? Как вы взаимодействуете с Храмом Огня и Академией Магии? Что и почему…

Камардон пожалел о своем обещании, но отступать было некуда. Рыцари не изменяют своему слову, и пришлось выдавать любопытному Хару — а тот умел задавать самые каверзные вопросы! — всю подноготную Ордена Хранителей. Впрочем, Камардон никогда не стал бы Магистром, если бы не умел напускать тумана даже в самые простые вещи. Его развернутые и полные ответы не несли никакой информации, он отвечал много, по сути, но при этом умудрился не открыть ни одну из сберегаемых Орденом тайн.