Чтение онлайн

Николай и ближние к ним операторы засмеялись.

– К кому же тебя пока приставить?
– спросил Семушкин, оглядывая зал.

– К Скутеру. Роман - его добыча, - предложил Левин.

– Ах, да, точно! Поступаешь на стажировку к Андрющенко.

Николай повел новичка в дальний угол зала. Этот работник "электронной разведки" поразил Романа своим внешним видом. В стандартном кресле сидел, развалившись, самый обычный панк. Розовый ирокез был разрезан надвое тонким ободком черных наушников. Судя по равномерному покачиванию головы, парень слушал что-то ритмичное. Развернув кресло к себе, Левин содрал со странного оператора наушники и представил его Роману:

– Знакомься, Игорь Андрющенко, в миру Скутер. Это он выловил тебя из Интернета.

– Бэд?
– спросил Скутер.

– Да, - признался Роман.

– Держи, - панк протянул новичку перебинтованную руку, и Роман с удивлением отметил, что, несмотря на кожаный прикид с миллионом заклепок, лицо хакера выдавало его немалый возраст.

"Лет тридцать, не меньше, " - подумал Малиновский.

– Введи его в курс дела, будешь опекать крестника первое время,предложил Левин.

Крестником Скутера он назвал Романа не зря. Три месяца назад Малиновский нахально забрался в одну из многочисленных сетей ВМС США. Данные о наличии на складах разного рода вооружений и амуниции показались ему неинтересными, и он их попросту стер. Тогда он думал, что сумел проделать все это без следа, но в тот же вечер группа захвата в масках и камуфляже разнесла в щепки дверь в скромное жилище Малиновских. Перепугав соседей, они, к ужасу предков, забрали с собой единственного отпрыска старинного польского рода.

После первых трех дней допросов Роман уже уверовал, что его ожидает если не расстрел, то как минимум пожизненное заключение. Но именно на третий день в кабинете следователя появился Николай Левин. Они беседовали часами. Долго, дотошно Левин расспрашивал подследственного о его образовании, взглядах на жизнь, проверял его знания как программиста.

– Так где ты обучался программированию? Курсы какие-нибудь заканчивал?

– Да нет, - пожимал плечами явный флегматик Роман.
– Отец показал, как надо запускать компухтер, ну а остальное я уже сам все понял.

– И сколько же тебе было тогда лет?

Роман наморщил лоб.

– Лет десять, - неуверенно вспомнил он.
– Или чуть меньше.

– А чего полез в эту сеть ВМС?

– Да просто она первая мне попалась. Мне все равно было, лишь бы им навредить.

Левин крякнул.

– Навредил ты скорее нам. Мы к этой базе данных две недели пробирались, и на тебе, под самым носом стирают все, что нам надо.

– Чего, количество постельного белья на складах?
– удивился Роман.

– Не только. Например, запасы торпед с ядерным зарядом за июль месяц. Если сравнить их с предыдущим месяцем, то будет понятно, сколько подлодок вышло в море на дежурство. Ясно?

– Да, - вздохнул Роман, поникнув головой.

Вскоре допросы прекратились, затем молодому хакеру официально предложили поступить на службу в спецотдел ФАПСИ. Проверки всех уровней, начиная с генеалогии и кончая детектором лжи, продолжались два месяца. Уже во дворе корпуса "НИИ", при последнем перекуре на свежем воздухе, Левин коротко рассказал новичку историю создания их команды.

– У нас всегда была группа информационной контрразведки, но после Японии мы поняли, что одним нам не справиться. В это время целые армады наших хакеров начали громить японские сети, и руководство решило привлечь их к этой работе. Мы тестировали всех, отобрали лучших и вот уже второй год работаем вместе. Хвалиться, конечно, большой грех, но... большинство успехов на Балканах и в Персидском заливе обеспечили именно мы. "Эйзенхауэр", сошедшие с ума крылатые ракеты, летевшие вместо Белграда в Хорватию и Болгарию, АВАКС, столкнувшийся при посадке с взлетающим "Праулером", - это все наша работа.

– Класс!
– восхищенно сказал Роман.

– Да, удачно получилось. Но особенно ценной была информация, получаемая с американских спутников-шпионов.

– Вы что, перехватывали ее прямо из космоса?

– Первое время. А затем просто нашли одну сеть с уже расшифрованными сигналами. Самое забавное, что они передавали эту информацию внутри одного здания. Американцы все-таки перемудрили со своей всемирной паутиной.

– Я не пойму, почему они все еще не отрезали нас от Интернета?

– Потому что надеются залезть и в наш карман. Но, по-моему, зря.

После знакомства Скутер начал вводить новичка в курс дела.

– Можешь звать меня просто Гера, - сказал он, потом показал оттопыренным пальцем на экран дисплея.
– Сейчас я шарюсь по ближнему зарубежью, там янки чувствуют себя как рыба в воде. Кое-кто из хохлов им явно помогает, и уже оттуда они долбят наши сети...

Разговор прервал подошедший Семушкин.

– Гера, ты скачал заказанную информацию по химии?

– Да, вчера еще.

– Где?

– Вон, пласт в сидюке торчит.

Семушкин вытащил диск и, поигрывая им, спросил:

– Гера, а что это у тебя с руками?

Романа тоже интересовал этот вопрос. Пальцы и кисть руки заслуженного панка России были перевязаны пластырем.

– А, ерунда.

– Снова подрался?
– допытывался член-корреспондент.

– Не подрался, а отбивался, отбивался от этих козлов из Союза молодежи! Морды у них как из стали, а мозги, наверное, вообще из чугуна, болезненно перекосившись, Скутер пошевелил перебинтованными пальцами.

Семушкин тяжело вздохнул.

– Гера, тебе тридцать два года, а ты все как пацан. Сколько можно хипповать!?

– Андрей Ильич, мои убеждения прошу не трогать! Я в отличие от многих убеждений своих не менял и не поменяю!

– Пойми, дурилка, с твоими мозгами в институт надо, а не в "Ржавый пень" шляться каждый вечер. Что за счастье такое - надраться пивом, водкой и схлопотать по фейсу! Вон рожа-то какая, сразу видно - с бодуна! Как у тебя только мозги еще после этого не глючат!

Роман слышал про этот ночной клуб, последнее убежище для столичной молодежи с задатками неформалов - панков, металлистов, рокеров. Все остальные клубы или были закрыты властями, или там заправляли военизированные дружины Союза молодежи.

Воспитательный процесс продолжался еще минут пять, затем начальник ушел.

– Забодал, бугор, - пробормотал Скутер, осторожно оглянулся назад и вытащил из-под стола пластиковую бутылку пива. Сделав добрый глоток, он предложил Роману:

– Будешь?