Последняя инстанция. Расследование
Шрифт:
– Мы остановились на том, что я – хреновый следователь… – напомнил я.
– А, да, звонок отвлёк… – Сашка улыбнулся. – Если бы ты вёл следствие, как положено нехреновому следователю, то узнал бы одну странную вещь…
– А именно?
– Ты не перебивай. Мне всё это тоже не так-то просто говорить. Копнул бы ты чуть поглубже, и выяснил бы, что девичья фамилия Татьяны Масловой – Александрова. А отчество её как?
– Юрьевна, – не понимая, чего хочет от меня напарник, ответил я. – Юрьевна…
– Правильно. Ничего не напоминает?
– Ничего, – зло буркнул я. – Александровых пруд пруди. Юрьевичей – море…
– Ага, – весело согласился Сашка. – Один прямо перед тобой сидит.
Я обмер. Александр Юрьевич Александров! Так вот он, недостающий элемент пазла. Вся картинка в сборе. Вот, значит, для чего Сашка все эти разговоры душеспасительные вёл, агитировал, сволочь такая!..
– То есть… – только и смог вымолвить я.
– То есть, Татьяна Маслова – моя родная сестра, любимая старшая сестрёнка, которую убили эти мрази, Гаргаевы. Сергеев! Женька – моя родная племянница… Вот такое у нас продолжение «мыльной оперы» прорисовывается, – улыбнулся напарник.
Глава 60
Я встал, обошёл кабинет по периметру, внимательно осматривая все углы и относительно скрытые выступы. Заглянул под стол, разобрал настольный телефон.
– Не параной, Сергеев! Не пальцем деланный. Нет тут ни прослушки, ни камер. Проверяю периодически. Есть друзья, помогают.
– И много у вас таких «друзей»? – поинтересовался я.
– Много, – совершенно серьёзно ответил напарник. – Больше, чем ты думаешь.
– Просто, заговор какой-то, – я немного помолчал и подумал. – Знаешь что, прослушка – прослушкой, но давай лучше переберёмся куда-нибудь подальше отсюда.
– В «Поляну»?
– Ну, давай в «Поляну». Мне без разницы. Я так понимаю, разговор у нас будет непростой.
– Правильно понимаешь, начальник, – улыбнулся мой старинный и верный друг.
Друг ты мне сейчас, Сашка, или враг? Всю дорогу до кафе мы молчали. Сашка только дозвонился до шеф-повара и попросил того накрыть, «как обычно».
– Если что, там водитель есть штатный, он довезёт до дома. Ну, если сами не сможем… – усмехнулся напарник.
Столик был накрыт. Еда в глотку не лезла, зато водка проскакивала – будь здоров! Не пьянила, не дурила голову, но и не расслабляла.
– Давай так, майор! Мне как-то рассказы рассказывать не с руки. Ты спрашивай, чего не понимаешь, а я буду отвечать. Честно, без утайки. Годидзе? Ну и ладненько, – воспринял Сашка моё молчание за согласие, – начинай.
Я долго думал с чего начать. Именно сейчас я мог получить, похоже, все ответы на вопросы, которые уже давно висели в воздухе и монотонно, как дятлы, долбили мозг.
– А за что это мне вдруг такое доверие? – засомневался я.
– Э-э-э… – замялся Сашка. – Ты вот скажи: ты перед уходом дал фоторобот в розыск. Я не видел, чей именно… Мне скажешь, чей?
– Барби… – я был недоволен собой, Сашкой и ситуацией.
– Вот поэтому и доверие… Я был почему-то уверен, что ты так и поступишь. Да и Жан не просто же так в тебя влюбилась… Она у нас девочка разборчивая, абы к кому не прикипит. Ну, давай, что узнать-то не терпится?
Спрашивай, пока я добрый.
– Пока я добрый, ты сидишь тут водку хлещешь, хотя мог бы уже загорать в КПЗ.
– С какого перепуга? – изумился напарник. – У тебя на меня что-то есть? Хоть что-то, кроме того, что я сам же тебе и рассказал?! То, что Маслова – моя родная племянница – это не доказательство моего соучастия. Я её мог не видеть с тех пор, когда ещё живы были её родители. И докажи, попробуй, обратное! Нет, майор, с этим у тебя ничего не выйдет. А то, что ты сейчас в руках имеешь описание убийцы и её отпечатки, то ты сможешь их сличить только с реальными отпечатками Жанны, да и то, когда её поймаешь.
– Почему это? У меня есть её отпечатки по всему дому…
– О-как! Ну и как ты себе это представляешь? Приносишь её зубную щётку на экспертизу и просишь криминалистов: «Посмотрите-ка, не моя ли это мамзель бродит по белу свету со снайперской винтовкой и жаждой справедливости? Она у меня тут столовалась пару месяцев. Так вот, возникло у меня подозрение, что она и есть тот самый мститель»… Так ты себе это представляешь? И что? Медаль тебе дадут?.. Мы по кругу ходим. Обсуждали это уже… Давай вот что, сейчас по домам, обмозгуем всё как следует. Особенно, это тебе следует сделать. Дальше будем думать. А Жану я скажу, чтобы она тебе позвонила. Идёт?
– У меня выбор есть? Втянули вы меня в свои игры, Робин Гуды хреновы…
– Ну, так я пошёл?
– Нет, теперь уж погоди!.. Теперь, чтобы думать дальше, как ты изволил выразиться, мне надо видеть ситуацию со всех сторон. Так что, тарапыться нэ надо! Сиди, пей, ешь… Жизнь такая, неизвестно, доведётся ли ещё…
– Оптимист ты, Серёга! С такими взглядами на жизнь, консервы на зиму заготавливать – не твоё. Ладно, давай, блиц-опрос.
– Ты в курсе всех дел?
– Ну… в общих чертах. Да не мнись ты, удовлетворяйся! А то, я смотрю, ты от вопросов своих опух уже. Что тебе ещё не терпится узнать? Давай я буду Золотой рыбкой, исполняющей желания!
– Тогда, Золотая рыбка, верни меня на два месяца назад. Я напишу заявление на отпуск, которого у меня уже несколько лет не было, и умчусь в Крым.
– Жан тоже всё время в Крым рвётся. Что вам там, салом намазано, чи шо?.. Давай, я буду информационной Золотой рыбкой, а не исполнительной!
– Лады. Тогда скажи: откуда на члене Кировского слюна Новикова и чья там помада?
– Эвона как!.. Это тебя сейчас больше всего интересует? Ну и ни фига ж себе! Ладно, ладно… – Сашка заметил мой взбешённый взгляд. – Обещал – честно, расскажу честно. Тут такая история смешная вышла… Новиков этот, бычара слабоумный, затесался случайно сюда, в «Поляну». Хрен знает, зачем его сюда принесло. Может мимо шёл, может ещё что… Короче говоря, он по своему обыкновению, принял на грудь литра полтора водочки. А тут водка не палёная и не разбавленная. Ну, его и сморило. А там, в подсобке комнатка есть, специально для таких случаев. Его туда и оттараканили, проспаться. Без всякой, заметь, задней мысли. Прискакала Жан – то да сё… Потом заметила быка этого спящего – он слюни пустил по подушке, храпит, как трактор. Она над ним похихикала, потом вытащила из шкафчика какую-то баночку мелкую от приправ, помыла её и давай слюни эти в эту пробирку собирать. У неё, видимо, тогда ещё план созрел, как следствие по ложному пути пустить. У неё мозг работал каким-то странным макаром – не зря ей за креатив рекламы по десятке зелёных её контора отгружала. Она этого Новикова в глаза не видела, и даже предполагать не могла, что все его данные в картотеке имеются. А то ещё сильней бы прикололась. В фантазии ей не откажешь. Вот так слюни Новичка попали на член артиста малых и больших академических театров.
– Кто наркотик колол?
– Жанна, она спец в медицине. Тебе же капельницу делала – не помнишь, что ли? А если про минет будешь спрашивать, то не парься. С ней Лагина там была.
– То есть, Лагина весь расклад знала?
– Как есть, всё до мелочей. Они там покувыркались, потом Жан предложила парню ширнуться «лёгеньким», ну и привязала его, хохмы ради, к кровати. Пока Жан укол делала, Лагина удовлетворяла Кировского сексуально. Потом они, не спеша, на пару, тщательнейшим образом вытерли весь дом, все отпечатки, вымазали всё, что было у Жана в баночке, в смысле, слюни Новикова, на пенис Кировского и спокойно свалили.
– Почему прислуга взяла выходной?
– Так Кировский сам попросил их не приходить. Он же знал, что к нему вечером две девицы приедут для групповушки, вот и сослал прислугу в выходной, чтобы папахену не настучали. Ещё вопросы по Кировскому?
– Кто доказал, что он сидел за рулём «порше»?
– Очевидцев нашли. Они чётко подтвердили, что это был он. Он парень приметный, да и узнаваемый. Да и видеозапись там была. Просто она «исчезла» в процессе следствия за определённую мзду. Ещё вопросы?