Чтение онлайн

Через пару недель монотонной работы, за время которой ощущения наличных и монет в руках и вялый обмен любезностями с клиентами стали привычными, внезапно исчез Марио.

Однажды ясным осенним днем Мина увидела у кассы, где работал мистер Ким, вместо Марио подростка лет восемнадцати. Заметив Мину, мистер Ким натянуто улыбнулся и ушел в глубь магазина. Она как можно непринужденнее поздоровалась с новым сотрудником, представившимся Даниэлем.

Вот только где же Марио? В то, что у него выходной, отчего-то верилось с трудом. Когда Мина только осваивалась с должностью кассира, Марио неизменно ее поддерживал. Что-то во всей ситуации не сходилось. Впрочем, как знать, может, он просто заболел или взял отпуск?

Даниэль учился быстро, работа в супермаркете явно была для него не новой. Когда поток посетителей уменьшился, он предложил Мине свою помощь. Она отказалась и принялась наводить порядок на рабочем месте, стараясь не обращать на парня внимания, потому что не могла придумать ему занятие. Марио всегда сам находил себе работу. Она огляделась в поисках мистера Кима, но до конца дня не увидела ни его, ни хозяина.

В конце смены в вещах ее ждала корейская груша, завернутая в пенопластовый рукав. Вдохнув аромат пятнистого плода, пахнущего осенью, хрустящей и сладкой, Мина обхватила грушу обеими руками и на секунду прижала к груди.

Выйдя из туалета, Мина пошла по ряду с прохладительными напитками, чтобы взять что-нибудь для себя, и внезапно заметила удаляющегося мистера Кима, который, казалось, целый день ее избегал. Она не хотела на него наседать, просто не могла дольше выносить неизвестность о Марио. К тому же его попытки спрятаться от нее отчего-то ранили, заставляли сомневаться, не ошиблась ли она, приняв его подарки за нечто большее, чем проявление вежливости и доброты, которые распространялись на всех.

– Мистер Ким! – позвала Мина.

Он обернулся. Его лицо казалось изможденным, под глазами залегли глубокие тени.

Она подошла ближе, остановившись на почтительном расстоянии, чтобы никто ничего не заподозрил.

– Он заболел? – с ходу спросила Мина.

– Кто?

– Марио.

– О! Нет, он… – Мистер Ким оглянулся, будто проверяя, что рядом никого нет. – Его выслали. Обратно в Мексику.

Мина неожиданно явственно почувствовала расстояние, разделяющее их, – холодное, как алюминиевая банка в ее руке. Возникло странное желание швырнуть ее в проход, чтобы разбить жесткий свет люминесцентных ламп.

– Но почему? – Голос дрогнул, когда до Мины полностью дошел смысл его слов. Вероятно, они больше никогда не увидят Марио.

– Не знаю. Я пытался… Когда я об этом узнал, то подумал, что можно отправить ему денег на адвоката.

– Почему его выслали?

– Не знаю, может, у него не было документов.

– О. – Мина уронила взгляд на пол. Догадывался ли мистер Ким, что и у нее нет документов – пока нет? Понимают ли это и остальные? Или, может, Марио попал в какие-то неприятности и его схватили полицейские?

– Его семья – мама, брат и сестры – все еще здесь. Они живут вместе.

– Значит, ничего нельзя сделать? Его просто вышлют?

– Это не впервой. Даже не знаю, из-за чего такое происходит.

– Он ведь долго здесь работал, верно?

– Да, только это не имеет значения.

– Но… должно же быть хоть что-то. Как он мог так внезапно исчезнуть?

– Когда он без предупреждения не вышел на работу, я заволновался и позвонил его маме, она-то и сообщила мне о случившемся. Кажется, он содержал всю семью. Его отца убили на улице, когда тот шел домой, – выстрелом из ниоткуда. – На глаза мистера Кима навернулись слезы. – Как же это несправедливо.

– Мы можем для них что-нибудь сделать?

– Не уверен, хотя попробую собрать для них денег. – Мистер Ким вытащил из кармана рубашки пачку сигарет – Мина и не догадывалась, что он курит. – Вчера вечером я заносил им продукты. У его мамы младенец и трое маленьких детей. Думаю, ей помогают семья и церковь. А я хочу собрать денег среди наших, только пока никому не говорил.

– Хорошо. Дайте мне знать. Я хочу помочь.

Аккуратно, подушечками пальцев мистер Ким вытянул сигарету из пачки. В этот момент Мина испытала почти нестерпимое желание взять его за руку.

Неделю спустя Мина, кутаясь в пуловер, вышла из супермаркета и забралась на пассажирское сиденье большого белого фургона, пахнущего выхлопными газами, сырым картоном и перезрелыми фруктами. Сидящий за рулем мистер Ким включил радио, и из колонок внезапно загрохотала поп-музыка. Он пощелкал станциями, пока не нашел старую песню Dedicated to the One I Love группы The Shirelles. Свернув на дорогу, мистер Ким влился в ровный поток машин раннего субботнего вечера, постукивая пальцами по рулю и беззвучно подпевая радио с энтузиазмом молодого человека, не исковерканного жизнью.

Мина улыбнулась такой крупице веселья во время довольно мрачной поездки. Покачиваясь в такт музыке, она с любопытством глядела в окно на незнакомые южные кварталы, старалась не смотреть на своего спутника. Их близость заставляла ее нервничать. Достаточно было протянуть руку, чтобы дотронуться до него, и никто этого не увидит. Никто не узнает.

Фургон остановился перед двухэтажным многоквартирным домом с решетками на окнах и трещинами на штукатурке, похожими на виноградную лозу. Мистер Ким вытащил из фургона пакеты с пожертвованной едой и понес ко входу, где набрал номер квартиры на домофоне. Ответил женский голос, и он представился. На мгновение Мине показалось, что ему не откроют, но затем раздалось противное громкое жужжание, и дверь отворилась.

Мама Марио ждала их на пороге. У нее был вид женщины, которая привыкла к плохим новостям. Крашеные светлые волосы, темные у корней, были собраны в свободный высокий пучок над тяжелым лицом с глубокими морщинами между бровями. Черная футболка, вытянутая на шее, обнажала хрупкие ключицы.

– Ола, Лупе, – начал мистер Ким на неуверенном испанском. – Э-э, у нас есть еда, э-э… макароны, молоко, соки… для вас.

Лицо Лупе тут же засветилось, она хлопнула в ладоши от радости и вытянула руки, чтобы помочь Мине с сумками, но та отказалась. Они вошли в квартиру. На продавленном диване сидели трое жизнерадостных детишек разных возрастов, прикованных к телевизору, где показывали какую-то испаноязычную программу, – при каждой шутке или глупом трюке они звонко хохотали. На коленях старшей девочки лет десяти сидел младенец с густой копной каштановых волос и пускал слюни, которые ему периодически вытирали салфеткой.

Мина улыбнулась, вспомнив свою дочь в таком же возрасте – ее розовое личико, маленькие закрытые глазки, носик пуговкой, тонюсенькие пальчики на ручках и ножках, нежнейшие складки кожи и запах… этот сладчайший запах младенца, мягкий и воздушный.

– Хотите чего-нибудь выпить? – спросила Лупе по-испански, жестом приглашая их сесть.

Мистер Ким поставил пакеты на круглый обеденный стол и выдвинул два стула для них с Миной, пока Лупе наливала апельсиновый сок. Мина вдруг осознала, как сильно хочет пить, и с благодарностью отхлебнула прохладный напиток. Лупе села рядом и посмотрела на детей, весело смеющихся перед экраном телевизора. Старшая дочь убавила громкость.