Чтение онлайн

Бурные фантазии о том, как меня рвут на лоскутки твари внизу, почти достигли апогея, когда на горизонте что-то замаячило. Чем ближе я приближалась, тем отчётливее понимала, что это остров. В воздухе! Копилка под названием «теперь я видела всё» заполнилась ещё на один процент. То ли ещё будет. Нутром чувствую…

Когда достигла острова, передо мной распростёрся древний город. Точнее то, что от него осталось. Везде, куда бы ни падал взгляд, лежали руины зданий. От некоторых даже камня на камне не осталось. Среди всего этого хаоса блуждали тени.

Но вскоре я заметила, что всё же одно здание уцелело и осталось почти не тронутым временем, если можно так выразиться, говоря о Кхар'зокксе. Это был монументальный храм, вырезанный в скале, чей фасад достигал тридцати метров в высоту и около двадцати в ширину. Его арочный вход украшали узорчатые рисунки, а четыре каменные колонны подпирали куполообразный портик. На той части крыши, которая выпирала из скалы, сидело двенадцать скульптур, отдалённо напоминавших горгулий. «Войди ж-же», — прошипел голос. Пересилив нежелание подчиняться и страх неизвестности, я переступила порог, где меня ждала кромешная темень.

Двигаться дальше не особо хотелось. Я уже мысленно успела построить лабиринт, протяжённостью в несколько километров и запустить туда улучшенную версию минотавра. А попасть в его лапищи не является моей заветной мечтой. «Какая ж-же ты с-сладкая. Так бы и с-съел тебя. Хватило бы на с-сотни лет. Ж-жаль, з-закон з-запрещ-щает», — громким эхом раздался утробный голос. «Покажись мне. Надоело играть в прятки!», — осмелела я, почувствовав нарастающий гнев.

Какой-то самодовольный индюк, зовущий себя властелином сего мира, смеет таскать меня везде, где ему вздумается. Да ещё и без моего согласия. Теперь вдобавок к этому говорит, что сожрал бы меня с удовольствием! Не пойдёт! Хочу посмотреть на этого… этого… свет… нужен свет. «Нет! Не с-смей…»

Но было слишком поздно. Мрак начал сгущаться, становясь вязким, слово нефть. Он окутал меня, даря успокоение и забирая тревоги. Я почувствовала себя ребёнком в нежных объятиях матери. Но умиротворение длилось недолго. Его сменила дикая жажда, которая бывает у путников в пустыне под палящим солнцем. И тогда я ощутила, как медленно тьма начала вливаться в меня, растекаясь кленовым сиропом. Когда волна блаженства схлынула, и я начала приходить в себя, то поняла, что тьма в храме стала менее густой. Я смогла разглядеть стены и тонкие колонны, тянущиеся к потолку. Уловив движение сбоку, повернулась и увидела его…

Гигантская сущность была соткана из клубящейся тьмы, которую то тут, то там прорезали молнии. Она поистине внушала ужас. На небольшой голове был надет шлем, украшенный тремя ребристыми гребнями, спускающимися к затылку. Визуально казалось, что духа покрывал пластинчатый костяной доспех с многочисленными наростами в виде длинных шипов. Хаотично бегали лёгкие волны по телу. Я отшатнулась, когда его вдруг изнутри продавило человеческое лицо с гримасой боли. Сразу вспомнились старые фильмы ужасов, где дитя дьявола, неистово пытаясь прорваться на свет, показывает через кожу живота матери своё «ангельское личико». Сначала я подумала, что мне это привиделось. Но когда так же вылезли сразу две морды, одна из которых больше походила на звериную, то я осознала, что это отнюдь не затейливая игра моего воображения.

«Ты-ы! Ты убиваешь нас-с! Пош-шла проч-чь!!! Инач-че я поглощ-щу тебя и плевать будет мне на з-закон!», — стал выплёскивать свой гнев владыка, наступая на меня.

Искренне поверив в его угрозу, я отшатнулась. Хотелось сжаться в комок, провалиться сквозь землю, убежать отсюда как можно быстрее и дальше. Но больше всего мне захотелось домой… к маме. Не хочу больше видеть этого монстра, не желаю находиться в этом мире. Я так устала. Пожалуйста, пусть это все закончится. Прошу… домой.

Сознание начало покидать меня. Я летела в бездну. Но всё оказалось гораздо интереснее. Когда перед глазами перестали мелькать разноцветные кляксы, я попыталась сориентироваться: ровные дороги, обрамлённые бордюрами тротуары, высокие многоэтажки. Это же… мой город! Я вернулась!

Забыв обо всём, что было до данного момента, забыв, что нахожусь не в своём теле, я помчалась к себе в квартиру. Радовало то, что от нужного дома меня отделяла пара кварталов. Я посчитала столь малое расстояние слишком большим. Показалось, что прошла вечность, прежде чем я оказалась в том самом подъезде, из которого прежде выходила каждый день, спеша на работу. Взлетев по лестнице, я остановилась перед коричневой дверью и собиралась уже позвонить в звонок, но поняла, что сделать такого простого действия не смогу. И тут на меня вновь обрушилась вся тяжесть реальности: я — тень. Другого сейчас не дано. Оставалось надеяться, что смогу преодолеть препятствие в виде двери и застану маму в квартире. Хотя, что мне какая-то дверь, если я тут скачу по мирам как сайгак. Пф-ф, тоже мне проблема.

Так я и пошла напролом, ни капли не усомнившись в своих возможностях. И, разумеется, всё прошло гладко. Просочилась внутрь как миленькая и в комнатах, в которых не был зажжён свет, стала искать маму. Прошло всего несколько дней с тех пор, как я покинула своё жилище, а уже забылись некоторые вещи: расположение мебели, цвет постельного белья, материал полотенец, лежащих в ванной. Нормально ли это? Или я могу вскоре забыть вещи куда важнее, чем фирму зубной пасты, которой пользуюсь вот уже как три года? Пользовалась…

Маму я нашла в её спальне, спящей под любимым пуховым одеялом. Мне даже дышать стало легче от того, что она сейчас не бодрствовала. Наверное, потому, что не хотелось уловить в её прекрасных глазах боль и печаль. Ещё я боялась увидеть слезы на щеках.

Как же невыносимо хочется обнять её, успокоить, сказать что-нибудь вроде «Привет, я вернулась. Теперь никогда тебя не покину. Обещаю. Очень тебя люблю, родная». Но я не могу сказать этих важных слов. Возможно ли будет сказать их хоть когда-нибудь? Не буду терять надежду, ведь только она осталась у меня. Держит на плаву. Надежда, что поговорю с матерью, расскажу о своих приключениях и злоключениях. Надежда, что останусь живой, что не паду к ногам Андора, вымаливая жизнь взамен на его право владеть мной. Нет… этого не будет! Во что бы то ни стало! Никогда я не стану его пешкой в грандиозной игре, в финале которой он поработит тысячи миров. Жирно будет деточке! Если от меня действительно зависит будущее, то я буду бороться и встану этому демонишке поперёк горла.

Для этого нужно вернуться обратно на Гераксис и продолжить обучение. Но как? Я так точно и не поняла, каким образом проделала столь «захватывающий» путь на Землю. Помню только, что перед погружением в сон подумала о возможности путешествий, о которых говорил Родогарн. Вроде всё. Теперь мне нужно подумать о Гераксисе? Или быть может… о Магнусе? Но сначала попрощаюсь.

Я заползла на кровать и посмотрела на маму. «Я очень не хочу уходить. Обещаю, что вернусь, как только смогу или пришлю весточку. Расскажу в ней абсолютно всё. Надеюсь, ты поверишь мне. Клянусь, что никогда не забуду о тебе и буду любить больше всего на свете. Ты всегда останешься в моем сердце. До встречи». Пришло время возвращаться туда, где я узнала о себе правду. Возвращаться к тем, кто помог её открыть.

Я начала представлять рощу эхтисов, огненное дерево, около которого лежало моё тело. — «Мне нужно обратно, необходимо…», — повторяла слова, как мантру. Ничего не менялось. Я по-прежнему находилась у себя дома. Тогда вызвала в памяти образ Магнуса. Вспомнила, как прошло наше знакомство, когда чуть не огрела его кочергой. В первые несколько дней я считала его суровым и нелюдимым. А на самом деле он просто боится открыться, боится доверять и, наверное, не хочет привыкать к кому-либо. Почему…? Что такого случилось в прошлом? Жаль, мне не узнать. Я очень хочу помочь ему. Если смогу. — «Пусть окажусь вновь рядом с ним». — Но как я не просила, никто меня не слышал. Я была не в силах покинуть стен маминой спальни. Что же делать? Неужели… теперь останусь здесь навсегда?