Последняя из рода Гррой. Зелье старика Эдди
Шрифт:
—Повзрослев, я понял, от какой участи Боги избавили Уореллов.—Джерард кашлял, бил себя в грудь, но продолжал говорить.—Помимо языка Грроям досталась от драконов их сила, жестокость и магия.
—Ваша фантазия умиляет,—ответила Амальтея, наглаживая глобус.
—Напротив, леди Гррой, я знаю, о чём говорю. К разговорам с драконами располагает только варварский драколинг. Язык, которым владеете Вы, призван управлять ими и отдавать чудовищам приказы. И я думаю, Вы понимаете, какие приказы я имею в виду. Алан и Роман, ненавидящие и уничтожающие всё, что хотя бы косвенно связано с Грроями, сохранили Вам жизнь, чтобы Вы нашли драконов. Раскол среди белых и чёрных колдунов достиг того пика, при котором без драконов уже не обойтись.
—Когда я познакомилась с Романом, то сама напросилась с ним в город.
—Если Вы так думаете, значит, их план сработал.
Она подняла глаза на Джерарда.
—Обвинения без доказательств — пустой трёп.
—Варварским драколингом с рождения владеют все потомки принцессы Камелии. Некоторых нечистокровных, вроде Алана и Романа, обучил этому языку Дэниел Гррой. Разве я смог бы открыть дверь, если бы не знал варварский драколинг?
Амальтея опёрлась на стол. С одной стороны, рассуждения Джерарда казались ей логичными, а с другой что-то всё равно не сходилось. Только она не понимала, что именно.
—Если Вы говорите правду, значит, отец ошибся, и у него никогда не было наследников, владеющих чистым драколингом.
—Не думаю, что Дэниел Гррой с его знаниями и дотошностью мог ошибиться.
—Да и какая теперь разница, владею я им или нет, если мне некем управлять?
Джерард тоже опёрся на стол и посмотрел ей в глаза.
—Вы так и не поняли? Никаких заколдованных аметистов не существует. Не камень, а Вы призвали дракона на северных землях. Аметист в руках драконорожденного всего лишь удваивает его силу.—он протянул Амальтее камень.
Она зажала его в кулаке.
—Вы помните день, когда мы гуляли с Вами в нашем саду?
—Да.
—Вы помните, что там случилось?
Джерард наморщил лоб.
—Я провалился в ваше вонючее болото. Вы меня проверяете?
—Я должна была убедиться, что Вас не заколдовали.
—В таком случае,—он схватил её за руку,—я тоже хочу знать, что рассказываю секреты из дневника сэра Грроя его настоящей дочери. Что я сказал бородатому дикарю, когда он хвастался заслугами северян?
—Что южане умнее.
Джерард ослабил хватку, но её руку не отпустил.
Она улыбнулась.
—Вы болван, сэр Уорелл.
Он выпрямился.
—Закройте глаза и сосредоточьтесь на драконе.
Закрыв глаза, Амальтея прижала к губам кулак с камнем. Она старалась думать о драконе, пыталась представить Клычка, но вместо него отчётливо видела Алана, сражающегося с королём. Один на один. До последней крови, как хотел биться Дерек.
Чавкающие звуки, приближающиеся к двери, вынудили Джерарда резко обернуться, а Амальтею открыть глаза.
—Если сэр Уинсли заколдованный дракон, то у меня получилось.
Преодолев ступеньку у двери, в комнату зашёл Марк.
Джерард фыркнул.
—Если сэр Уинсли не откажется от любви к ночным трапезам, то в скором времени действительно станет похож на гигантского ящера.
—Вы забрались в крайнюю комнату замка, чтобы меня обсуждать?—на этот вопрос никто не ответил, поэтому он задал следующий.—Что вы тут делаете?
—Мы ищем дракона.—сообщил Джерард с таким видом, будто приглашал Марка на королевский приём.—Уходите, сэр Уинсли. Вы мешаете нам сосредоточиться.—он отвернулся и закрыл глаза.
—Я думал, что Вы уже выросли из детских игр, сэр Уорелл.
—Ваши слова меня ничуть не трогают, сэр Уинсли.
—Зачем Вы пришли?—спросила Амальтея.
Марк хмыкнул.
—Я люблю Дерека, но вместе с тем не испытываю желания сидеть у его постели рядом с матерью и лить горькие слёзы, потому что он что-то не то выпил или съел, поэтому я решил найти вас. Нам вроде как дружить положено. Надеюсь, вы меня не осуждаете?
—Спросите его о чём-нибудь,—Амальтея обратилась к Джерарду,—Вы его лучше знаете.
Джерард снисходительно повернул голову в сторону Марка.
—Итак, лето десятого правления Его Величества короля Влада, нам по пять лет. Мы с Вами сидим в саду. Хорошая погода располагает к играм, но они нас не радуют. Что я сделал, чтобы развеселить Вас?
Марк посмотрел на Амальтею.
—Он заразил Вас своим безумием?
—Отвечайте.—сказал Амальтея.
—О, Боги! Как я могу помнить то, что было двенадцать лет назад! Я иногда забываю, что делал вчера, а вы спрашиваете про десятое правление Его Величества!
—Нам было очень весело.—настаивал Джерард.
—Очень весело, сэр Уорелл,—прошипел Марк,—мне было, когда Вы пытались надуть лягушку! Извините, что я не помню, в какое лето правления Его Величества Вы намеревались вставить ей соломинку в зад!—Амальтея кашлянула.—Простите, леди Гррой. Лягушка жива и, кажется, до сих пор скачет в саду Уореллов. Джерард уронил и её, и соломинку, но за попытку издевательства главная героиня лизнула его в глаз.
Джерард покраснел.
—В десятое лето правления Его Величества я принёс Вам книгу о птицах, обитающих на южных землях. Что касается лягушки, то я был ребёнком.
—Вам было одиннадцать лет.
Амальтея тряхнула головой.
—Почему мы всегда обращаемся друг к другу по второму имени?
—Это традиция.
—Глупая традиция. Джерард.
Впервые назвав наследника Уореллов по первому имени, Амальтея вздрогнула. Джерард скривился.
—Это имя мне режет слух. Точно кашу по тарелке размазали.
—Вас так родители назвали.
—Ваше имя, сэр Уинсли, не лучше. Марк. Марк. Марк! Так, наверное, птицы кричат.
Марк насупился.
—Да, когда видят, как размазанная по тарелке каша хочет надуть лягушку.
Джерард прищурился, но долго претворяться не смог. Он скромно хихикнул, прикрыв рот ладонью, а Марк похлопал его по плечу, как это делали Роман и Алан, когда хотели друг друга поддержать.
Амальтея протянула им руку, в которой сжимала аметист.
—За мир между чистокровными домами, но против традиции называть друг друга по второму имени.
Когда руки всех троих соприкоснулись, полки одного из шкафов задрожали.