Последняя из рода
Шрифт:
– Хм… - ну, раз так, - Алистер выглядел немного нервным, но в целом довольно благожелательно настроенным, - прошу присоединиться к нашему скромному завтраку, причт.
Судя по тому, как дёргался мой отчим, то не он был инициатором того, что к нам заявится божий человек. Думаю, что вряд ли он беспокоился о том, что в меня вселился демон – его больше тревожило что-то другое.
В тарелках была всё та же неизменная каша-размазня и рыба, так что отчим ничуть не покривил душой. Несмотря на это, «святой отец» (тут-то я уже сообразила, что милый дядька - местный церковник) охотно принял приглашение и, посматривая на меня, с широкой улыбкой заявил:
– Благодарю вас, проснуться пришлось ещё до рассвета – нужно было вставить кусок Откровений Великого в воскресную проповедь, а потом служба в храме…
Я сделала приличествующее случаю вежливое выражение лица, хотя про себя подумала, что не стоило причту из-за подобной ерунды лишать себя утреннего сна – и проповедь была бы короче, и прихожане, глядишь, добродушнее… Алистер совершенно неискренне посочувствовал мужику, у которого и маковой росинки во рту с утра не было, в то время, как наш парень Бадди вид имел довольно уксусный. Ещё бы, чует моё сердце (а я ему верю – ещё тогда закрадывалась у меня мыслишка, что выходить замуж за Женечку – идея так себе), что это именно он проволок святого отца в дом, дабы показать, что в меня вселился бес.
Что же, судя по всему, я всё сделала верно, во всяком случае криков: «Заковать беса в кандалы и сжечь в ближайший праздник!» я не услышала. Святой отец, вкупе с Алистером, с вполне довольным видом уплетали рыбу (вот же трескоеды!), Бадди нервничал и отказывался верить в моё коварство, а я, внутренне ликуя и чуть-чуть стыдясь своей радости от довольно мелочной подставы, налегала на кашу.
– Дочь моя, - всё так же светясь благодушием, заявил жрец после завтрака, - не могу ли я поговорить с тобой наедине?
– Конечно, причт, - благочестиво склонила я голову и голосом несчастной сиротки добавила: - Я сочту за честь побеседовать с вами сразу же после того, как выполню свои домашние обязанности. Мне нужно помочь на скотном дворе и вычистить камины в доме…
Не успел святой отец открыть рот для того, чтобы выразить своё удивление, как Алистер засмеялся тоненьким дребезжащим смехом и, натужно улыбаясь, поведал историю о том, как я всегда любила лично заниматься хозяйственными вопросами.
– Милая, мне кажется, что Рузалия чудесно справится с этой работой, - Алистер в очередной раз улыбнулся и обернулся ко мне, в его взгляде снулой рыбы было сомнение в моей дееспособности, если уж я умудрилась на людях брякнуть такую непотребность.
Я согласно закивала и посеменила в гостиную следом за отче. И да, пусть пока моя месть выглядит мелочной выходкой, но что-то мне подсказывает, что мне ещё выпадет шанс доказать, что стервой меня называли не просто так!
Глава 10
Глава 10
Святой отец прошёл в гостиную, уселся в кресло, после чего уставился на меня с видом опытного врача-психиатра.
– Только не говорите мне, что вы всерьёз планируете выяснять, не вселился ли в меня демон? – удивилась я, присаживаясь на соседнее кресло.
– Вовсе нет, дитя, - благостно улыбнулся причт и скрестил тонкие пальцы. – Да, именно подобные опасения высказал господин Баддерс, когда я увидел его после утренней проповеди. К сожалению, предубеждения могут быть сильны в неокрепших душах прихожан: - Я хотел бы поговорить о другом – насколько мне известно, планируется ваша свадьба с одним из представителей кланов Дейтона, с Харнерами.
Я согласно кивнула – было бы странно отрицать очевидное. Однако, священник не унимался, его голос звучал обеспокоенно:
– Но меня интересует, как вы сами относитесь к этому союзу? По нраву ли он вам? Или вас приходится неволить? Про лорда Марка говорят… разное.
На это заявление мне оставалось только мысленно фыркнуть: знал бы ты, божий человек, какие слухи в своё время ходили про меня! Да что там говорить, были времена, когда я тщательно культивировала самые шокирующие из них. Как говорится, и самой весело, и конкуренты в тонусе, и сотрудники в прострации. Но сейчас я состроила самое благочестивое выражение лица и проблеяла, что слухи о моём женихе явно преувеличены и я с удовольствием составлю счастье лорда Марка. И вообще, я трепещу в ожидании приезда своего жениха. Не знаю, удалось ли убедить мне причта, поскольку он сидел всё с тем же непроницаемым выражением лица.
– Ну, что же, хорошо, если так… - степенно ответил он, поднимаясь из кресла, после чего добавил, покидая наш дом: - …потому что поверенный лордов Харнер связался со мной и сообщил, что ваш жених прибывает в Домерсет послезавтра. И он просит тогда же и провести брачную церемонию.
Однако! А этот парень явно не из тех, кто оттягивает события, не так ли? На Бадди было грустно смотреть: он наплевал на то, что отец явно не в восторге от моей скорой свадьбы, будучи томим другими мыслями.
– И вы вот так просто уйдёте? – не поверил своим глазам толстяк. – Но как же так? Разве вам не показалось, что с Алинарой что-то не то?
– Да, насчёт одержимости, господин Баддерс… - отче обернулся и пристально посмотрел на Бадди, который готовился зареветь: - Советую вам больше отдыхать, спать. Возможны длительные прогулки пешком… Жду счастливую невесту в моём храме послезавтра.
– Да разве вы не видите, что это не она! – заорал Бадди, да так, что его пухлые щёки налились багрянцем. – Вот спросите, спросите её о чём-то! Как звали твою мать? А? Чего молчишь? Она не знает, я же говорил, что это демон!
– Имя моей матери было Клара! Меня саму зовут Алинара Элмина дю Совье, мне полных семнадцать лет…
– Довольно, миледи, - жестом мягко остановил меня причт. – Не стоит продолжать, я думаю…
– Как вы не понимаете, девчонка всегда была готова упасть в обморок, едва только увидев меня. К тому же была молчалива, услужлива и боялась даже своей тени, - Бадди несло, и его отец был вынужден сильно дёрнуть того за руку.
Оно и правильно – нечего посторонним знать о наших маленьких секретах. Мы сами разберёмся. По-родственному, так сказать. Причт ещё раз оглядел моего братца, замершего с выпученными глазами, и напомнил о совете больше гулять.
М-да… чует моё сердце, что святой отец перемудрил со своими советами – лицо Алистера из бледного стало пунцовым, он рвано вздохнул и кинул на меня взгляд, не предвещающий ничего хорошего. А, между тем, моей вины не было ни капли – это же не я приволокла причта в дом, заставляла себя работать по дому и, тем более, не я подписала то благословенное соглашение о моей свадьбе. Кстати, о последней… Алистер сухо распрощался со священником, подставив чело под благословение (Бадди стоял столбом, как жена Лота, не в силах поверить в то, что существует подобная несправедливость) и повернулся ко мне, стоило только за ним закрыться двери.