Чтение онлайн

Поверенный, который с бесстрастным видом стоял неподалёку, дожидаясь, когда ему будет предоставлено слово, солидно откашлялся и повторил, повернувшись к отчиму и словно не замечая изрядно потрёпанного вида последнего:

– Леди Клара, ваша покойная супруга, уважаемый господин Алистер, составила завещание, по которому её недвижимость, полученная после смерти первого мужа, переходит во владение её дочери в день совершеннолетия или в день свадьбы. Поздравляю, леди Алинара!

– Спасибо, уважаемый! – я приветливо кивнула головой, сдерживая самодовольную улыбку. – Прошу проследить за тем, чтобы мои бывшие родичи до заката покинули мой дом… и ещё… - я наклонилась ниже и прошептала: - Очень советую просмотреть их вещи перед тем, как они уйдут в закат. Что-то мне подсказывает, что они могут прихватить какие-нибудь ценные вещи на память. Только сделать это нужно аккуратно, без шума и пыли.

В глазах поверенного промелькнуло удивление, сменившееся гордой радостью: мол, вон какую деловитую жену сын босса отхватил! А мы-то думали, что единственный её плюс состоит вроде как в том, что она последняя из рода. Ан нет! Впрочем, я понимала радость поверенного – этот брак – хорошая сделка, выгодная для всех сторон. А я всегда любила хорошие сделки.

Поверенный с достоинством поклонился и громко заверил меня, что всё исполнит в точности, и отправится в мой дом немедленно, прихватив по дороге несколько проверенных людей. Ну и славно… в гробовой тишине мы прошли мимо застывших родичей, Алистер готовился упасть в обморок, а Бадди протягивал дрожащую руку мне, я сняла верёвочку и одобрительно похлопала толстяка по щеке.

– Я выполнил всё, как мы договаривались, - треснутым шёпотом просипел «братец» и неуверенно улыбнулся.

– Ты просто молодец, - заверила я его. – Теперь куриная немочь тебе не страшна.

Бадди поднял на меня благодарные глаза и с заметным облегчением выдохнул, а подошедший причт просил не сердиться на беднягу и заверил меня, что знает он одно отличное местечко, где тому будет удобно.

– Ага! – тихо хихикнула я, увлекаемая нервным Марком. – И тебя вылечат, и меня вылечат…

Я покидала храм с гордо поднятой головой и чувством выполненного долга. Да, пусть кто-то назовёт меня мелочной в своём желании отомстить за смерть двух ни в чём не повинных женщин, но я ни о чём не жалела. Да, скорее всего, отчиму придётся несладко после того, как его выпнут на улицу, как пакостного кота, зато у Бадди с местом жительства, вроде как, ситуация разрешилась…

Возле храма стояла карета, какой-то мужик, топтавшийся неподалёку, тут же подскочил и поспешил распахнуть передо мною дверцу, после чего мой супруг помог мне внедриться внутрь и уселся рядом, не проронив и слова. Хм… судя по тому, как он упорно не желает общаться со мной, наше знакомство явилось для хрупкой психики этого парня довольно разрушительным. А первое впечатление… сами понимаете.

– Миледи! – в голосе моего благоверного не было и тени благожелательности. – Я всё ещё жду от вас объяснений. Полагаю, что имею право их получить.

Я хмыкнула, подумав, что парень ещё на удивление терпелив и спокоен и с достоинством вёл себя в том бедламе, который мы оставили в храме. И да, если я хочу, чтобы у нас были долгосрочные деловые отношения, стоит показать своему партнёру, что я уважаю его интересы, поэтому, посмотрев в требовательные светло-серые глаза супруга, я с лёгкой полуулыбкой ответила:

– Вне всякого сомнения… видишь ли, дорогой супруг, то, что ты услышал сегодня в храме, имеет место быть… - и, заметив его язвительную усмешку, выставила вперёд руку и пояснила: - Я сейчас не про демона, конечно! Отчим на самом деле не желал нашего брака, но прямо отказаться от него не мог, он просто трусил. Вместо этого он придумал довольно сложную схему: для начала он запугивал меня, расписывая возможные «прелести» нашего брака для того, чтобы впоследствии выдать меня замуж за другого, за того, кто позарился бы на моё происхождение.

– Хм, - недоверчиво протянул Марк, его глаза потемнели и вместо сверло-серых я увидела цвет свинцово-серого неба, - позволь заметить, моя дорогая супруга, что ты не производишь впечатление робкой девушки, которую так легко напугать какими-то мифическими трудностями женщины, которая замужем за скотлингом.

К сожалению, мой дорогой супруг также не производил впечатление провинциального дурачка (а я внутренне надеялась на это, был грешок такой, признаю. И отнюдь не потому что хотела зла ему. С дурачками-то оно всегда проще как-то и привычней…), зато порадовалась тому, как мы легко и непринуждённо перешли на «ты». Очень, знаете ли, способствует укреплению межличностных отношений. На последнее замечание супруга же я только вздохнула и с сожалением окинула крепкую фигуру моего благоверного, мельком подумав: «Эх, милашка-очаровашка, если бы только знал, как давно меня никто не называл девушкой, а робкой так и вовсе никогда…». К сожалению, я никогда не смогу рассказать Марку о том, что настоящую Алинару испугать удалось, да ещё как!

– Ну, допустим, - задумчиво продолжил Марк, окидывая меня многозначительным взглядом. – Могу ли я поинтересоваться о том, как ты узнала про завещание своей матери? Вряд ли отчим добровольно поведал бы о нём.

– Конечно нет, - даже слегка обиделась я. – Нашла, когда обыскивала его кабинет. Тайник был так себе, если честно. Располагался в углублении столешницы и был предназначен только для совсем уж милых дурачков, потому что все другие непременно задались бы мыслью, для чего такая массивная столешница.

– Вот как? – в ироничном удивлении поднял тёмно-русую бровь Марк и подарил мне лучезарную улыбку. – С интересом послушаю, что было дальше…

На это я только махнула рукой и спокойно продолжила свой рассказ, слегка досадуя про себя на маленькую дурочку Алинару: она могла сама догадаться, что с этой усадьбой не всё так гладко. Ведь ни для кого не было секретом, что леди Клара получила этот дом в качестве вдовьей доли после смерти первого мужа и отца самой Алинары. Да, мы все помним, что её второй брак был… неудачным, назовём этот так… муж всячески издевался над бедной женщиной и её дочерью, пользуясь их беспомощностью. Но права на то, чтобы распоряжаться имуществом Клары, даже после её смерти, он не имел.

Глава 15

– Про завещание, сделанное Кларой, Алистер знал, конечно, и даже прятал одну копию среди своих документов. Но ничего предпринять не мог: вторая копия находилась у городского стряпчего, - вредного подозрительного старикашки. С которым просто так договориться было бы нереально. Собственно говоря, в самом завещании не было ничего экстраординарного – усадьба после смерти Клары переходит во владение её дочери, которая имеет право распоряжаться ею после своего совершеннолетия или после замужества. В том случае, если Алинара, то есть я, конечно, умру, то в этом доме надлежало устроить дом призрения. Вот Алистер и крутился, как уж на сковородке, ему нужно было выдать меня замуж, но так, чтобы я подписала документы, согласно которым я даю неограниченное право распоряжения своей собственностью.

– Странно, что Алистер не сумел заставить подписать что-то подобное свою жену. Тогда большая часть его проблем была бы решена, - протянул Марк, откинувшись на мягком сиденье.

Я пожала плечами, мол, кто его знает? А сама нырнула в обрывки воспоминаний своего тела. Вот отчим мягко о чём-то упрашивает Клару, улыбаясь и гладя её по худенькому плечику, вот кричит на жену, а та только молча моргает и шарахается в сторону, но упрямо мотает головой. Теперь она уже драит полы на лестнице…

Кто сказал, что она была слабой и беззащитной? Силе и стойкости этой маленькой женщины с блеклыми усталыми глазами можно было только позавидовать…

*** Марк

Несмотря на своё глубочайшее нежелание связывать себя узами брака с Алинарой дю Совьер, лорд Марк Рейн из клана Харнер слишком хорошо понимал свою ответственность перед кланом. Ни его желания, ни тем более, чаяния бедной девушки, его невесты, никто не спрашивал. За них всё решили давно и бесповоротно, так что единственное, что смог заставить себя сделать лорд Марк – это выдать себе мысленную оплеуху за собственное малодушие и отправить письмо своему поверенному с информацией о дате свадьбы. Молодой человек решил, что нет нужды растягивать сомнительное удовольствие: он приедет в Домерсет рано поутру, выслушает нудные наставления жреца на свадебной церемонии и даже не скривится после дрожащего: «Согласна!», выдавленного его юной супругой.