Чтение онлайн

— Ничего, — таирт покачал головой. — У Кароса новая забота — дженнай. Он сумел найти и уничтожить уже два их гнезда. Сам Карос тебе этого, конечно, никогда не скажет, но за встречу с дженнай–полукровкой он весьма благодарен. Оказывается, и в Бездне, и даже в самом Сдвоенном мире давно творятся странности, но Дракон никак не мог определить их источник. Сперва он полагал, что дело в Адептах Хаоса, но и после уничтожения их культа странности не прекратились. Кстати, вампиры, похитившие тебя, тоже действовали по наводке дженнай. Там начал распутываться такой змеиный клубок, что Каросу не до нас.

Я вздохнула:

— Я — просто магнит для неприятностей. Думаю, достаточно вывести меня в Бездну — и все дженнай, спрятавшиеся там, выйдут навстречу.

— Знаешь, шутить о таком в присутствии Кароса я бы поостерегся, — серьезно предупредил Мервин. — А то он и впрямь так поступит.

Потом таирт заговорил о нашей свадьбе.

— Карос запретил даже упоминать о ней, пока ситуация с кадари не разрешится. Когда выяснилось, что народ изгнанников помогал сопротивлению, желая ослабить страну перед собственным вторжением, восставшие притихли, все нападения на людей Дракона прекратились. Но если всколыхнуть народ известием о нашей свадьбе, последствия непредсказуемы.

Я молча кивнула — он был прав. Кроме того, моя свадьба с мужчиной, которого все считали предателем, подорвала бы то немногое доверие, что еще осталось к имени Шоралл.

Колебались две чаши весов, и мое личное счастье падало в ту, что несла гибель тысячам.

Я проснулась от пронзительного скрежета, который будто ввинчивался мне в голову иглами. Открыв глаза, вместо нашей с Мервином спальни увидела лишь мельтешение зеленых и желтых огней. Вновь торопливо зажмурилась, зажала ладонями уши — и поняла, что звук слабее не стал.

— Риэль, вызови Нити! — прорвался сквозь скрежет голос Мервина. — Поставь полную защиту по всем стихиям!

Работать с Нитями оказалось сложно, мерзкий звук отвлекал, но я все же справилась — и скрежет стал куда слабее, отходя на периферию сознания, а огни исчезли. Когда я вновь открыла глаза, увидела нашу комнату и Мервина.

— Что это за звук? — я перевела взгляд на окно, где в щель между шторами струился яркий свет, хотя мои внутренние часы говорили о глубокой ночи. — Что происходит?

— Ветвь Бъелльхелла начала действовать, — Мервин сделал резкий жест ладонью, шторы разошлись в стороны, и несколько мгновений мы молча смотрели на ночное небо, до самого горизонта располосованное огненными линиями.

Я сползла с кровати, подошла вплотную к окну, распахнула створки и, высунув голову, посмотрела наверх. Все восемь огненных полос сходились в единой точке почти над нашими головами, деля склон неба на сектора — словно какой–то безумный бог перепутал небеса с праздничным тортом и нарезал их по числу гостей. «Почему восемь?» — возник у меня в голове неуместный вопрос. Или это количество тех, кто приглашен на вечеринку безумного бога?

Я обернулась к Мервину — лицо таирта заметно помрачнело. Похоже, представшее перед нами зрелище оказалось неожиданностью не только для меня. Еще пару секунд он смотрел на огненные полосы, будто что–то подсчитывая, потом взял с ночного столика широкий металлический браслет с гравировкой в виде драконьей пасти, надел на левое запястье и замер, глядя в пустоту перед собой, беззвучно шевеля губами. Я молча ждала. Неожиданно Мервин вздрогнул, потом выдохнул и повернулся ко мне:

— На Сдвоенный мир напали дженнай, Дракон не придет нам на помощь… По крайней мере, пока не отобьет атаку. Он сказал — это займет не меньше суток.

Я застыла.

— Сколько… — мой голос сорвался, и я начала снова. — Сколько времени мы сможем продержаться? Сколько выдержат щиты?

— Против кадари — очень долго, но если нам противостоит магия дженнай, то меньше часа, — сказал Мервин, потом поднял ладони в знакомом жесте вызова Врат. Ничего не произошло. Он попробовал снова — с тем же результатом.

— Что ты пытаешься сделать?

— Отправить тебя в безопасное место… Похоже, Теритт окружен барьером — я не могу пробиться в Бездну. Тогда сделаем по–другому, — он торопливо схватил меня за руку и потянул к выходу из комнаты. Я не поддалась.

— Что ты задумал?

Меньше часа, чтобы обрушились щиты… Меня обдало холодом при мысли о том, что сделают кадари — и их союзники дженнай — с моим народом за оставшееся время. Двадцати три часа… Останется ли от населения королевства хоть половина к тому моменту, когда придет Дракон? Отчего–то мне казалось, что нет. Это будет война на уничтожение — кадари нужна новая территория для своих кланов, а эль–туань — досадная помеха этому. Они сотрут нас с лица земли, разрушат храмы — связывающие Теритт со Сдвоенным Миром — и поставят новый Барьер против Дракона. Двадцати трех часов вполне хватит для этого — на стороне кадари несколько сотен миллионов взрослых воинов, великолепно владеющих как обычным оружием, так и магией, и Властелин ведает сколько дженнай.

В глазах Мервина я заметила то выражение, которое прежде видела только однажды, когда он вел меня на первую встречу с Драконом.

Страх.

Страх не за свою жизнь, а за мою.

— Из главного храма я смогу пробить барьер, сконцентрировав энергию щитов, — объяснил таирт торопливо. — Риэль, скорей же!

Резким движением я выдернула у него руку:

— Но тогда щиты точно рухнут!

— Им все равно без присутствия Дракона долго не выдержать. Вот этого, в небе — этого вообще не должно было случиться! Ветвь Бъелльхелла не должна создавать такое! Не может! Будь уверена, это не магия кадари, это творение дженнай!

Мервин пытался говорить спокойно, но я видела — еще минута, и он потащит меня в храм, не слушая никаких возражений. Если понадобится — то и силой.

— Значит, мы обречены?

— Нет, мы нет.

— Но наш мир? Наши люди?

Мервин на мгновение отвел взгляд — достаточный ответ.

— Скорее, Риэль! — повторил он. — Я не знаю, сколько…

Яркий свет залил целый сектор неба, продержался несколько мгновений, потом погас. Скрежет, отзвук которого я продолжала слышать все это время, затих.

— Они прошли первый слой щитов, — сказал Мервин. — Райша, не время спорить!

— Ты прав, — согласилась я, чувствуя, как к горлу подступает ком страха. Оттуда, сверху, шла смерть — а я не хотела умирать. Я хотела, чтобы и я, и Мервин, и наш ребенок жили. Но…

— Я не пойду в храм. Я не брошу свой народ.

— Что? — переспросил таирт, явно уверенный, что ослышался.

— Я останусь, — ответила я твердо.

Выражение лица Мервина поменялось, и я поняла — с уговорами покончено. Сейчас он спеленает меня Нитями, как паук муху, и, если понадобится, отнесет на руках. Торопливо сделав шаг назад, я подняла ладонь: