Чтение онлайн

– Капитан Халтреане, служба безопасности мэра, - представился он.

Энди вспомнил, что мэр не страдал никакими дефектами речи. Надеясь, что его реакция быстрее, он сунул руку в карман и выхватил пистолет. Однако в Халтреане не попал. Пушку у него вышибли быстро.

– Пошли в машину, - отрывисто приказал Халтреане.

26. Мощи.

Мир для Аланкреса уже несколько минут был тусклым, двухмерным и серым, как если бы он опять стал человеком. Когда-то он надеялся, что перестанет испытывать хотя бы часть человеческих страданий, изменив способ существования ( тогда он стал бы ради этого кем угодно) и не ошибся. Ни один человек не вынес бы того, что он испытывал сейчас. Если б он смог рассуждать, он позавидовал бы способности людей испытывать шок и лишаться чувств. Увы, этого, несмотря на свое состояние, он сделать не мог. Чувства оставались острыми, хоть и были перегружены невыносимой болью, усталостью и страхом, разум реагировал на все происходящее кругом как прежде, и Алик знал, что так будет, покуда не свершится чудо и он не умрет наконец или не потеряет это никому не нужное сознание.

В машину залез Энди, с которым вместо Асета был господин в белом, положивший, как только влез, руку на спинку сиденья. Блеск его перстней резал глаза. Они о чем-то говорили, Алик тут же забывал услышанное, уловил только, как пришелец наклонился через спинку и взглянул на него.

Алик прекрасно слышал голос, воспринимал эманацию, видел белый костюм и глаза, напомнившие темноту латлайских пещер.

Это было некоторй оплошностью, но побороть возникшее вдруг желание сил не было.

– Элис...
– вырвалось у него, после чего он все-таки провалился в блаженное полубессознательное состояние, за которое, очевидно, надо было благодарить носителя этого имени.

– Элис?
– переспросил Энди. Ему это имя ничего не говорило.

– Элис Халтреане, - любезно пояснил вампир, рукой с двумя перстнями закрывая дверцу а другой поворачивая ключ зажигания.

На пустыре за свалкой Элис остановил машину и вытащил из кармана пистолет Энди.

– Вылезай, - скомандовал он гангстеру, - и захвати эти... останки.

– Которые?
– мрачно сострил Энди.

– В мешке, - бросил Элис, сбрасывая пиджак и вылезая на пронизывающий ветер.

Энди ничего не оставалось, как выйти следом, сжимая в руке мешок со святыми мощами. Он знал, что покуда у него мешок, Элис, в нечистой природе которого он был почти уверен, близко не подойдет. Вот если бы исхитриться и подойти к нему...

– Оставь эти мысли, - произнес стоящий к нему спиной вампир.

– Вы меня убьете?

– Я всех убиваю. Но тут есть Аланкрес, который может захотеть отомстить более тонко. Ему иногда такие вещи в голову приходят, до которых я, грубый легионер, додуматься не могу.

Энди передернуло.

– Дабы избавить тебя от унижения, - продолжал Элис, - быть подвергнутым волевой диктовке, я предлагаю тебе самому осуществить ритуал погребения останков святого. Таскать с собою трупы, это варварство, и твоя совесть...

– Моя совесть советует кинуть им в тебя, а потом отдать Асету, сказал Энди.

– Твоя совесть не принимает в учет ветра, моей скорости и того, что Асет обойдется...

Энди обернулся и увидел Алика, стоящего рядом с машиной держась за крышу. Его, похоже, шатало, одна рука у него бессильно висела, как сломанная. Склонив голову, облепленную мокрыми волосами он пристально, но без ненависти смотрел на гангстера.

– Наверное обидно сначала так по-идиотски влететь, а потом еще выслушивать от вампира про совесть, - негромко произнес он, бегло улыбнувшись.

– Ты придумал, как мне отомстить?
– спросил Энди. Происходящее начинало его выматывать.

– Да. Представь Тень за спинкой своего инвалидного кресла. Она тебя ненавидит.

– Я не ошибся...

– Если ты про Асета, то это не я.

– Ты хочешь сказать, что был искренним?

– С тобой? Я тебя не понимал, и никогда не пойму. Ты - анкаианец, помимо прочего...

Ты, натурально, что-нибудь из нормальных эмоций хоть зрительно помнишь?

Элис наконец обернулся и поймал взгляд гангстера.

– Конечно, - сказал он мечтательно, но серьезно.
– Ведь в этом секрет нашего воспетого легендами обаяния. Мы всегда чувствуем то, что вы видите. И это делает нас очень уязвимыми.

– Тошно мне от вас, - Энди лег на землю, и закинул руки за голову. Вы предпочитаете порочных людей, так можете меня высосать. Уверяю, порочнее не найдете. Только не заставляйте каяться, а то до утра не управлюсь.

– Я на службе, - сказал Элис и достал телефон.
– Так что придется ограничиться опергруппой.

Энди вскочил.

– А улики?

– Их собрал наш следователь. Толковый мужик.

Энди удивленно посмотрел на Алика, сидящего на земле рядом с машиной.

– Я тоже художник, - прошептал тот угрюмо.

– Гений мести, - заметил Элис, посмотрев на него иронически нежно. Любит раскрашивать спящих агентов гуашью.

Энди выругался. Но даже Элис был не готов к тому, что он сделал в следующий момент, настолько это было банально и поэтому совершенно непредвиденно. Он, покопавшись в маленьком кармане на рубашке, вынул что-то миниатюрное, о чем даже подумать нельзя было, что оно способно стрелять, и успел выпустить в Алика две пули прежде, чем Элис его остановил, от неожиданности одновременно ментально и физически.

Когда подъехала опергруппа, гангстер не сопротивлялся. Проследив за погружением его в броневик, Элис подошел к Алику.

– Чем он в тебя?

– Обычными...

– Выживешь?

– Не знаю... Эти мощи меня доконали, но постараюсь. Тебе Ирма сказала?

– Она за тебя волнуется. Извини, мне нужно ехать. Я - второе лицо мэра.

– Легенда... что он никогда не спит?

– Она.

– Прощай.

27. Восход.

Алик хотел умереть. Он чувствовал, как прекрасный, восхитительный и такой желанный покой наконец-то объял его измученное сознание, но тут в нирвану влез какой-то противный звук...

– Алечка... Алька... Это не ты, что ли?

Невероятным усилием воли Аланкрес собрал разбегающиеся в предчувствии свободы части своего сознания и открыл глаза. Небо светлело. Он с облегчением отметил, что поблизости нет никакой техники, способной домчать его в укрытие затемно.

Зато на краю поля зрения мелькал чертик.

– Ты только подумай, - орал он, - такая новость! Знаешь, Князь Тьмы, он, конечно, идея, Логос и все такое, но в чем то он содержаться должен... Эти идиоты засунули его в образ и подобие свое, вот что ужасно! Но это все ретроспектива... Ты меня слышишь?

Алик болезненно вздрогнул от обрушившихся на него децибел.

– Слышишь... Ну, я так думаю, должен же он быть в хоть в чем-то... собой, понимаешь?

– Ну что еще... Помер я.
– прошептал Аланкрес, удивившись пришедшему извне ощущению, похожему на поддержку. Ну, да ведь рядом Тьма...

– Так вот, будучи собой он просто, тупо и банально охренел, понимаешь? Он решил подарить чьей-то приглянувшейся душе приятную вешь с присущим ему широким размахом. А она тащится от миленького мирка Анкаианы, сечешь?