Чтение онлайн

– Не удивляйся, – Белава смахнула с глаз слезу, – мы с Веселином были в бегах. С твоей дочерью все хорошо, не волнуйся. Ее Дар увез в свою вотчину еще осенью, ведь сразу после твоего ухода нас посадили в поруб. Лютый устроил нам побег. Всю зиму мы провели в северянской глуши, а когда узнали, что Олег Киев взял, решили вернуться. Вчера только наконец-то добрались до дома. От Дара здесь весточку получили, что все у них спокойно, мирно, девочка растет здоровенькой. Ну а ты где была все это время? Впрочем, вижу, что высоко поднялась!

Ярина смущенно кивнула и принялась рассказывать о себе. Слушая сестренку, Белава споро накрывала на стол.

– А где Ворося? – удивилась Ярина.

Она уже давно хотела спросить о ключнице, зная, что та не допустила бы беспорядка в избе, когда хозяева были в отъезде. На лицо Белавы набежала легкая тень, снова состарив ее.

– Ворося повесилась сразу же, как узнала, что мы сбежали из поруба. Наверное, боялась мести, или совесть замучила.

– Почему?

Белава пожала плечами.

– Я с ней не говорила, но ходят слухи, что это она выдала нас Аскольду. Я не виню ее. Она узнала, что ее брат Жихарь не утонул во время шторма, а был убит Лютым, хотя команда Веселина клялась держать рот на замке. Но нельзя полностью положиться на людей, обязательно найдется такой болван, который расскажет все своей женщине или еще кому-нибудь, – и полетела молва. Не знала я, что Ворося так сглупит, могла бы и поговорить с нами, высказаться. Но, ты знаешь, может, это покажется тебе ненормальным, я не жалею, что сидела в порубе с Веселином. Мы тогда впервые много разговаривали, узнали друг друга лучше и вроде бы роднее стали, бережнее относиться начали друг к другу, поняли вдруг, что наша любовь вечная, даже если мы сгинем в порубе безвестно. Я, конечно, не могу точно передать те чувства, но, похоже, что мы и смерти не боялись, потому что вдвоем были. И хватит о грустном, видишь, я уже на сносях, чую, что мальчик родится. Я так счастлива! Да и у тебя, вижу, все хорошо. Почему ты не взяла мужа сюда?

– Бажан сегодня очень занят, надо устраиваться на новом месте, размещать людей. А мне не терпелось поскорее увидеть тебя и дочь. Жаль, что ее нет, но я думаю, что вдали от Киева ей будет лучше, спокойнее.

– Да, ты права. Девочке незачем знать, кто она. Дар и Милава вполне могут считаться ее родителями, а ты – теткой. Так будет безопаснее и ей, и нам.

Женщины проговорили до сумерек. На прощанье Ярина пригласила Веселина с Белавой к себе в усадьбу. Сестра заверила, что они обязательно придут знакомиться с Бажаном.

Вернувшись в усадьбу, Ярина рассказала мужу о дочери.

– Не печалься, милая, у нас тоже будут дети. А твоей девочке не позавидуешь: вдруг она узнает, что не воеводская дочь? Пусть живет у твоего брата, где никто не будет знать о тайне ее рождения.

Бажан ласково обнял жену, подвел ее к ложу, покрытому мягким покрывалом и заботливо усыпанному цветами.

– Я сенным девкам велел принести цветы. Мне нравится любить тебя среди благоухающего головокружительного запаха, как в наш первый день, помнишь, на праздник Ярилы?

– Да…

Ярина обняла мужа за шею, притянула его голову к своему лицу и с упоением впилась в его губы долгим поцелуем. Он же начал срывать с нее одежды. Несколько дней, проведенных в пути, лишили их возможности близкого общения, и теперь оба желали наверстать упущенное. Раздевшись, они бросились на ложе, приминая обнаженными телами цветы.

Утро встретило влюбленных ярким солнцем и заботами. Теперь у Ярины не было расторопной ключницы Милавы, и пришлось решать многочисленные трудности самостоятельно. Женщина с головой окунулась в хозяйские дела.

Прежде всего она послала нарочного в воеводскую вотчину под Киевом с наказом снарядить обозы с продуктами и одеждой, холстами и кожей. Затем принялась осматривать свое разграбленное хозяйство, чтобы точно знать, что уцелело, что надо восстанавливать в первую очередь, а что может еще подождать.

Бажан с утра отправился к Олегу и вернулся после обеда, сообщив, что уже скоро князь собирается выступить в поход и надо быть в любое время наготове: еще раз проверить оружие, починить его, подготовить к бою.

Воины сами чинили свое оружие. Мастеров-оружейников содержали только в богатых княжеских дворах, и они занимались исключительно изготовлением нового оружия, не принимая участия в его починке. Простые воины добывали оружие в бою, поэтому луки, метательные дротики, боевые топорики переходили по наследству.

Ярина с грустью наблюдала за подготовкой к походу, моля богов, чтобы они отдалили день расставания. Бажан ее не успокаивал. Не потому, что не замечал ее подавленного настроения, а потому, что у самого тоскливо сжималось сердце от предстоящей разлуки. Но Ярина, как жена воина, знала, что он своей судьбой не распоряжается.

Вскоре из вотчины пришел обоз с продовольствием, кожами, холстами. Ключница передала для Ярины весточку. У них все в порядке, перезимовали хорошо. Осенью раза два наведывались гридни Аскольда, искали Ярину, но не грабили и не бесчинствовали, только рыскали по всем клетям и повалушам, даже осмотрели гумно и искали в хлеву среди скотины. Но, слава Роду, теперь все позади. В вотчине все рады, что их хозяйка вышла замуж за знатного воина, и пусть она не сомневается – все будут преданно служить новому господину.

Ярина, выслушав посланника, была до глубины души тронута добрыми словами ключницы.

Потихоньку все вроде обустраивалось в жизни Ярины, но тяжесть какая-то давила все сильнее и сильнее. И как-то женщина поняла, что пора навестить княгиню киевскую.

В тереме княгини ничего не изменилось, даже наоконники и полавочники те же, а вот сама княгиня удивила Ярину своим преображением. Она как бы изнутри светилась сказочным светом, выходящим через голубые прекрасные глаза и белоснежную улыбку, делавшие женщину моложе и красивее. Невольно Ярина подумала, что княгиня впервые довольна своей судьбой и радуется жизни, и от этого и ей стало спокойно на душе: не будет больше интриг и мятежей, казней и заточения.

– Как давно мы не виделись! – воскликнула княгиня и дружески обняла Ярину. – Рассказывай, где ты была, где скрывалась. Я недавно узнала, что воеводиха вернулась в Киев с новым мужем, и хотела уже посылать за тобой мамку, а ты, легка на помине, явилась уже. Молодчина!

– Спасибо тебе, княгиня. Ты никогда не лишала меня своей милости и дружбы, и я век тебе буду служить верой и правдой, – растрогалась от приятных слов Ярина.

– Ну полноте, – княгиня отмахнулась, – я ничуть не сомневалась в твоей преданности, иначе и на порог бы не пустила. К тому же я никогда не забуду, что ты считаешься сестрой моего племяша, а он мне, поверь, как сын родной, и его друзья – мои друзья. От него недавно весточка была. Я каждый месяц гонца к нему посылаю. Дар постоянно беспокоится о тебе, спрашивает, не нашлась ли ты. Теперь я со спокойной совестью могу передать ему, что ты жива и невредима, и даже счастлива в семейной жизни. Это так?