Чтение онлайн

— Стоящие камни, — улыбнулась Лин.

Дариен моргнул. Он видел колонны камней в роще в форме кольца.

— Я думал, кроль Элдгест убрал их, — сказал он. — Назвал их богохульством.

— Но эти остались, — сказал Хассен. — Может, Элдгест умер, не успев завершить работу. Люди города неподалеку в тайне поклоняются старым богам и порой приходят сюда. Тут, у Кровавого моря, врата к дальнему востоку, и древняя вера живет здесь.

— Хассен, это звучит как песня, — сказала Лин.

— Возможно, — ответил он. — Смотрите.

* * *

Они не долго пытались понять, о чем он: женщина, тонкая и с длинными темными волосами, вышла из-за деревьев. Ее кожа была необычно белой, словно крови не было, и ее платье вилось за ней по траве и было белым. За ней следовал седеющий уставший мужчина с лирой на бедре.

Женщина повернулась к ним, они увидели блеск ее голубых глаз. Но Лин уже их узнала.

Она посмотрела на них, и женщина отвернулась. Лин поняла, что они их не видели.

— Ты привела меня причинить больше боли? — сказал мужчина, нарушив тишину. — Я люблю тебя, Мира. Ты знаешь.

— В этом весь ты, — сказала она, — обвиняешь меня в боли. Я пытала тебя, желая то, чего хотят все женщины. Да?

— Скажи, зачем ты меня сюда привела, — сказал он. — Прошу.

Ветер трепал ее волосы длинным черным флагом за ее головой. Даже в воспоминаниях Летрелла его избранница была не такой красивой, как в жизни. Лин не знала, была это его мысль или ее. Их воспоминания сливались, и она боялась, что вскоре разницы не будет. И она полюбит женщину в тени стоящих камней.

И уйдет.

— Я найду того, что меня полюбит, — сказала Мира в тихой ярости и захлопнула дверь дома. Она бросила его лиру в стену, надбив навсегда.

Эдриен не починил лиру и не заменил до конца.

— Сюда тебя привела не я, а Путь, — сказала Мира. — Я твой проводник, я для тебя вторая, как и в жизни.

— Ты ошибаешься, — сказал Эдриен. — Ты никогда не была второй. Ты — все. У меня были кошмары с твоей смерти.

— Может, сны шептали то, что Путь привел тебя узнать, — сказала Мира. Ее голос из резкого стал мягким. Но немного твердости осталось на лице. Лин помнила смесь радости и расстройств, дни ссор и ночи страсти. Жизнь с Мирой требовала от Эдриена всего. Может, потому он и не остался?

Лин была уверена, что неуверенность была от Эдриена. Может, эти мысли приходили к нему, когда он встретил мертвую любовь на Пути.

— Что я должен знать? — спросил Эдриен.

Она смотрела на него с состраданием, но лицо ее застыло.

— Я умерла не от чумы, Эдриен.

— О чем ты? — но он отпрянул, словно не хотел слышать. Он прижал ладонь к покрытому мхом камню.

— Дело было в ребенке, что ты дал мне в последнюю ночь здесь, — сказала Мира.

Костяшки руки, которую Эдриен прижимал к камню, побелели.

— Р-ребенок?

— Он родился рано, всего через четыре месяца, — сказала она. — Кровь не прекращалась, — она подошла к Эдриену и убрала его руку с камня, притянула к себе. — Прости, любимый, — сказала она. — Я не хотела, чтобы ты знал.

* * *

Казалось, прошла вечность, но этого было мало, когда они разделились. Ветер на утесе терзал их, словно хотел развести их в стороны или сбросить насмерть. Нед сжимал талию Рианны, и она не казалась ему хрупкой.

— Не знаю, как ты можешь любить меня, — сказал он. — Но я не хочу тебя отпускать.

Она рассмеялась. Он думал, что это сон.

— И я, — сказала Рианна. Она поднесла ладони к его лицу. Некоторые ее ногти сломались, все пальцы были в засохшей крови. Улыбка пропала, она смотрела на него. Ей не нужно было задирать голову, они были почти одного роста. Она сказала. — Ты можешь любить кого-то с такими руками?

Нед поймал ее ладони и прижал к губам.

— Я люблю твои руки.

Она притянула его ближе и уткнулась лицом в плечо. Нед закрыл глаза и крепко обнял ее. Он не хотел отпускать ее.

— Трогательно, — сказал голос за ними.

Нед открыл глаза, но не ослабил хватку. Он тут же узнал мужчину в тени деревьев, зеленые глаза, как стрелы, были направлены на них.

— Простите, — добавил Валанир Окун и пошел к ним. — Над любовью не смеются в нашем беспощадном мире, — Неду казалось, что Пророк сам столкнулся недавно с беспощадностью: его лицо было изможденным.

— Где мы? — спросила Рианна, отодвинувшись от Неда и повернувшись к Пророку. — Вы знаете?

— Так вы настоящие, — сказал Валанир Окун. — Не знаю, радоваться или нет. Это опасное место, а вы не готовы. Я не знаю, где мы, — продолжил он, — но мы не знаем этот мир. Путь привел нас сюда.

— Путь, — сказал Нед. — От этих поэтов не избавиться?

Рианна рассмеялась и сказала:

— Их не нужно бояться.

И тут из воздуха появились Марлен Хамбрелэй и Марилла. Они озирались, словно боялись атаки.

Марлен пришел в себя первым, заметил Неда и прищурился.

— Ты.

— Да, — сказал Нед.

— Отойди от него, — сказала Рианна.

— Я не хочу ему вредить, — сказал Марлен. Он взял Мариллу за руку. Нед с потрясением увидел слезы на ее лице, глаза были большими и пустыми, как у куклы.

— Она в порядке? — сказал Нед. — Что случилось?

— Проклятый Путь издевается, — сказал Марлен. — Песни Летрелла не упоминали, что это гадкое испытание. Но мы выглядим лучше вас, — он посмотрел на Валанира Окуна. — И вы здесь. Это уже интересно.

— Я польщен, — сказал Валанир Окун. Его глаза расширились, он отпрянул на шаг. — Марлен, — сказал он, с трудом сохраняя голос ровным. — Как ты себя чувствуешь?

Марлен растерялся.

— Что? — его лицо исказилось, рот раскрылся, глаза выпучились. Он застыл в полный рот и рухнул на землю, как поваленное дерево.

Марилла упала на колени, попыталась повернуть лицо Марлена к себе. Она удивительно пронзительно закричала:

— Помогите ему.

Нед и Рианна попытались побежать к ней, Валанир вскинул руку и остановил их. Марлен издавал жуткие сдавленные звуки.

— Назад, — сказал Валанир Окун. Он стал выше, возвышался над ними, и его голос был напряжен от сдерживаемой ярости. — Он здесь.

* * *

Сцена переменилась, Дариен не успел подумать. Они стояли на голой скале, что пронзала пустое небо над синим морем. До этого Дариен понимал, где они, но это место было другим. Море синевой жалило глаза, его музыка была такой, что хотелось плакать.