Последняя сила Майлун
Шрифт:
— Не-е-ет! — оглушающий и одновременно раздирающий крик девушки пронзил воздух. Она словно стрела метнулась за ним, летя со всех ног. Видя это, ведьма воспользовалась случаем и обрушила край земли, унося его вместе с Уолтером в бездну.
Гретель оказалась там через несколько секунд, упав на колени она зарыдала и кричала вслед падающему мужчине. Она видит, как он несется вниз и исчезает в толще волн.
Сердце бьется, опережая дыхание. Руки тянутся вслед за ним, куда-то вниз и она кажется, на несколько секунд теряет сознание от неистовой боли. Ничего не слыша, не ощущая, кроме боли терзающего сердца, она падает на живот и протягивает руки вниз. Пытается кричать, но не может сказать ни слова, лишь немой звук. Пытаясь рассмотреть его в воде, но она больше его не видит, его больше нет. Это еще сильнее захлестывает её сознание.
— Уолтер! — шепот полный отчаяния и горя. Она все продолжает его шептать и шептать, словно молитву, как нечто священное. Рыдая у самого обрыва, Гретель не может поверить в увиденное. Несколько секунд назад, он еще был здесь. Сердце запредельно билось, а душа выскакивала наружу.
Протягивая руки все сильнее навстречу морю, она готова прыгнуть вслед. Вглядываясь в шумное море, она понимает, что там его больше нет.
Подбежавший сзади отец, ухватывает её за плечи и оттаскивает назад. Гретель безудержно рыдает и не может произнести ни слова. Задыхаясь в своих же слезах, она заикаясь шепчет его имя, словно зовя его, чтобы он мог услышать. Двэйн гладит её по голове и прижимает к себе, ведь ему так знакомо это чувство. Терять самого дорого человека, всегда больно и это оставляет свои грубые шрамы на всю жизнь.
— Заберите её, — холодно сказала ведьма и отвернувшись собралась уходить. Гретта живо вскочила. В глазах разгорелась невероятная ненависть. Ей хотелось испепелить их всех, уничтожить и искоренить это зло. С красными от слез глазами и разбитым сердцем она готова сейчас на многое. У неё забрали самое дорогое: того, кого она любила всем сердцем. Несмотря на всю запретность их связи, они были вместе, потому что неистово любили другу друга, находя в друг друге именно то самое, в чем нуждался каждый из них — семье и поддержке, любви и понимании.
Она произнесла пару слов себе под нос, зловеще смотря на них. Земля пошатнулась, и грозно разверзлась. Огромная трещина образовалась между ними.
— Вы посчитали себя богами, и ваша гордыня погубила вас! Вы ставите себя выше всех ведьм. Кто вы? Совет? Вершители судеб?! — она говорила это с особой злостью. — Как вы и сказали, на земле должно быть равенство! — резкий поток огня изливался из ее рук. Зажмурившись, она чувствовала, как огонь жжет ладони, но терпела. Двэйн прикрывал её своей защитой, от нападок с их стороны.
Буквально перед её лицом пролетела серебряная стрела, она лихо пронзила грудь Двэйна. Её пустила одна из этих ведьм, пытаясь остановить Гретель, чтобы у них было время сбежать. Ведь все пошло не по их плану, им не удалось изначально сковать её руки. И отныне её сила страшна и губительна даже для ведьм из совета.
Пытаясь накинуть серебряные нити, они не выдерживали такого пыла и буквально плавились. Огонь не позволял прикоснуться к ней, всецело защищая.
Это лишь сильнее озлобило Гретель и с криком и всем отчаянием на сердце она выпустила силу. Словно туман заполонил глаза, и девушка больше не отдавала себе отчета. Огонь оказался слишком голодным и мстительным, поэтому оставил лишь обугленные кости, которые вскоре провались в толщу земли. Лишив всех сил Гретель, она упала и ползком ползла к отцу, что лежал, делая краткие вздохи.
— Папа, — она слезно уткнулась носом ему в висок. — Не уходи и ты, прошу. Не оставляйте меня одну. Я лишилась всего… Я же только нашла тебя. Прошу… — из глаз беспрестанно катились слезы, она чувствовала себя такой отчаянной и беспомощной.
— Мне пора, Гретта. Я и так слишком долго задержался здесь, — его губ коснулась тихая улыбка.
— Я потеряла всех, какой же тогда смысл, папа? Молю тебя, не оставляй меня вновь сиротой, — уставшие от слез покрасневшие глаза, всматривались в его. Случилось то, чего она боялась больше всего. Она лишилась всего, осталась одна.
— Хочу вновь услышать её голос, — мужчина улыбался, делая последние вздохи. А Гретель лежа, рыдала в его плечо. — Я так хочу рассказать ей о тебе…
— Прошу тебя, папа, — она не сдерживая слез плачет над его телом.
— Моя родная…не унывай, — слова давались все тяжелее. Но на секунду на губах появилась призрачная теплая улыбка, — Диана… — глаза устремились в небо, и он издал последний выдох.
— Нет, папа! — она вцепилась в его плечи, зарываясь носом в волосы у виска. Запрокидывая голову высь, девушка истошно закричала. Вся боль в её голосе отражала все отчаяние и пустоту внутри. Она потеряла, всех, кто был так дорог ей. Кого она любила всем сердцем.
Громкие всхлипы и она сидит рядом с бездвижным телом. По-прежнему держа его за руку, сжимая все крепче от скорби в душе. Слезы одна за другой скатываются по щекам и падают прямо на его ладони. Она не была готова потерять его так рано. И почему всегда страдают, те, кто рядом, почему она осталась жива, когда все, кто ей дорог безвозвратно ушли.
Встав на ноги, она пошатываясь пошагала в сторону пропасти. Сжимая медальон на груди, что бы доверен ей Уолтером, она испытывала всю вину перед ним. Что он оказался рядом, и из-за неё лишился жизни.
Внутри не чувствовалось ничего живого, все эмоции был подавлены горечью и слезами.
— Надеюсь на скорую встречу, мой дорогой Уолтер. Сколько бы трудностей мне не пришлось пережить, я найду тебя в каждой из жизней. Обещаю, любимый, — она шагнула навстречу пропасти и остановилась буквально у самого края, смотря в низ. Гретель проводила глазами облака на горизонте, за которыми пряталось солнце. Резко хлынул дождь, гром раскатился по небу. Тогда она опустила свой безжизненный взгляд вниз, и заметила на берегу, что-то похожее на человеческое тело. Это было далеко и поэтому разглядеть и понять было трудно. Но нескрываемая надежда показалась на её лице, она тут же невзирая на боль и недостаток сил, рванула вниз. От быстрого бега, рана в боку начала кровоточить, но Гретель не отступала, она бежала несмотря ни на что. Для неё нет сейчас никакой боли сильнее душевной.
Ноги проваливались в мокрый песок и было труднее передвигаться, дождь бил по телу, но Гретель уже была близка и видела тело, лежащее на берегу. Это был он. Она была уверена.
С каждым шагом ему навстречу, её надежда на то, что он жив укреплялась. Она так хотела в это верить, что попросту не представляла себе другой мысли.
Путаясь в подоле своего платья, девушка все же оторвала небольшой кусок и уже практически добралась до него. Уолтер безмолвно лежал на спине, не подавая признаков жизни.
Гретта упала рядом с ним на колени. Обхватив ладонями его лицо, она старательно пыталась привести его в чувства. Но в ответ лишь молчание, он не двигался.
— Эй, я тут, я рядом, — ладошки согревают его холодные щеки. — Услышь меня, любовь моя, — она вглядывается в каждый сантиметр его лица в надежде на движение. Может он взмахнет ресницами или уголок его губ дернется. Но его лицо будто окаменело.
— Ну же! — она побила его по щекам. Затем начала сдавливать его грудную клетку, выталкивая из желудка и легких всю воду. Попутно продолжая разговаривать с ним, о разном, неся всякий бред, будто он слышит её. И стоит ей замолчать, он больше никогда не придет на её голос.