Чтение онлайн

— Юми, мы тут! Ползи сюда!

— Корабль прямо за окнами, могут увидеть, если оптика хорошая.

— Да чтоб тебя, иллюминаторы на уровне плеча начинаются! Ползи спокойно!

Но Юми, похоже, «залипла». Сидела в положении, которое ей казалось безопасным, и боялась выйти. В армии на теоретической подготовке что-то такое изучали, но Виктор то ли проспал лекцию, то ли за ненадобностью всё выветрилось. И теперь он никак не мог вспомнить, что с «залипшим» бойцом полагается делать.

Положение спас Вольфрам. Протиснулся мимо Виктора, скользнул на пол, и… побежал. Натурально побежал лёжа. Как ящерица. На одной паре рук и носках ботинок, лишь слегка задевая пол магазинными подсумками на пузе. И со страшной скоростью.

«А ведь две руки свободны…» — с усмешкой подумал Виктор — «То есть он одновременно и стрелять может. Боевые крокодилы идут в атаку…».

Вольфрам, тем временем, добрался до Юми. Сначала выдернул у неё автомат и поставил на предохранитель. А потом, не слушая никаких возражений, схватил девушку за шкирку — там на бронежилетах есть ручка для эвакуации раненого — и поволок по полу к лестнице. На ногах и двух руках бежал, третьей рукой тащил Юми, четвертой — придерживал на спине сумку с газоанализатором и оба автомата. Скорость от этого меньше не стала.

— Боевой крокодил-ниндзя, — хмыкнул Виктор. Больше чтобы отвлечь офигевшую девушку.

Юми даже не фыркнула — похоже, шутка прошла мимо неё.

— Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь, — отмахнулся Вольфрам. Усадил Юми на лестницу и вернул автомат. — Корабль не видно?

— Вроде нет, — ответил Виктор. — Надо повыше вылезти…

И тут в галерее резко потемнело. Что-то большое на секунду закрыло солнце.

— Я говорила! — фыркнула Юми.

— Успел заметить? — спросил четырёхрукий. Он был ниже всех на лестнице и потому увидел только тень.

— Покрупнее «Кицунэ», округлые борта, тупой нос, — задумался Виктор. — Больше не успел рассмотреть.

Он пригнулся и сел на лестницу рядом с Юми.

— Выполняют съёмку поверхности, — сказал Вольфрам. — Мы так же делали.

— Или следят, чтобы мы не улетели, — вздохнул Виктор.

— А смысл? — вклинилась Юми.

— Смысл в том, что абордажная партия может быть уже на станции. Высадили и взлетели.

— Армейская школа? — кивнул Вольфрам.

— Вроде того. При штурме здания сначала чистят первый и последний этаж. Чтобы противник никуда не делся. Могли они уже высадиться на борт?

— Я не почувствовал изменение вращения, — ответил Вольфрам.

— Станция огромная, — удивилась Юми. — Разве можно?..

— Можно. Автоматика сейчас не работает, а корабль — всё же заметная масса. Центр вращения немного сместится, это можно засечь. Но при моём теперешнем состоянии здоровья ничего не гарантирую.

— Тогда вопрос попроще, — Виктор поднялся и зашагал вниз по лестнице. — В скольких посадочных шахтах Консорциум поставил тамбуры?

— В трёх, — ответил Вольфрам. Помог Юми встать и повел её следом.

— Какой ближайший?

— Он занят «Кицунэ», остальные значительно дальше.

— Плюс он не знают планировки, значит у нас есть фора.

— Ты думаешь, десант на борту? — спросила Юми.

Она отцепила руку Вольфрама, обогнала Виктора и резко остановилась, глядя ему в лицо.

— Я предполагаю худшее, — улыбнулся Виктор. Достал пульт от радиостанции и задумчиво посмотрел на экран. — Эта штука только что поймала короткий сигнал. У всех всё выключено?

— Да, — ответила Юми.

— Я проверил, — добавил Вольфрам.

— Тогда ходу, ходу! Бегом.

Совсем бегом не получилось. Всё четко по военным наставлениям — быстро, но шагом. У Виктора сработала армейская выучка, у Вольфрама — скорее всего тоже, хотя черт его знает чем он занимался в жизни. Юми никто не спрашивал, тянули за руку и всё. Благо у Вольфрама даже с автоматом наизготовку две руки свободны.

Виктор замыкал колонну, постоянно оглядывался назад, и краем глаза следил за пультом радиостанции. Пока было тихо.

— Как заперт корабль? — спросил он.

— На капитанский допуск, — ответил Вольфрам.

Значит, врагу на борт не попасть. Дверь откроет только Юми, причем живая. Начнут ломать — «Кицунэ» поднимет тревогу и оповестит по радио. Вроде бы. Виктору осточертела «снотворная книжка», и он от скуки читал всю документацию, какую находил. Но космонавтика оказалась настолько обширным предметом, что юридический факультет родного универа рядом не валялся. А ведь есть еще «космическое право», например…

Прошли очередной перекрёсток коридоров. Красиво «нарезали пирог» в разные стороны. Чисто. Только Юми путалась под ногами. Нервно оглядывалась, кусала губы, а автомат сжала так, что руки дрожали. Вольфрам тянул её под локоть свободной рукой.

— Что с радио? — спросил он.

— Только что был еще сигнал, — ответил Виктор, скосив глаза на пульт. — Четыре секунды, два разных передатчика.

— Рядом друг с другом?

— Не может определить, сигнал отражается от стен. И всё зашифровано.

— Гражданское шифрование твой рюкзачок вскроет без проблем, — заметил Вольфрам. — Минут за десять. Вряд ли у пиратов хорошая военная система.

— Верю. Но трындят мало, не хватит данных для анализа.

— Тем не менее, десант на станции, — вздохнул Вольфрам.

— Почему? — оживилась Юми.

— Потому что два передатчика, — ответил Виктор. — Вряд ли здесь два корабля… Так, угол.

Он развернулся и прицелился назад по коридору. Надо подержать тыл, пока Вольфрам не досмотрит угол. Аккуратно, по большому радиусу, нарежет пирог за поворот коридора, убедится что там всё чисто… Обычная работа в паре.

Это заняло секунд пять.

— Чисто, — объявил Вольфрам, и потянул Юми за поворот.

Виктор двинулся следом. Сделал пару шагов, затем снова обернулся.

«Если держишь сектор» — учил когда-то инструктор в армии — «и пришла команда уходить, убедись что не получишь в спину». С тех пор осталась привычка — изображать, что уходишь, а потом возвращаться и проверять еще раз. В гражданской жизни толку нет, но под стрессом и адреналином всегда вылезает то, что отрабатывал до автоматизма.