Чтение онлайн

— Да таким как ты лучшее поощрение — снятие взыскания! — контратаковал шеф. — Которых у тебя не одно и не два. Так что еще спасибо скажешь!

— За эти два месяца я понял одну простую вещь, — вздохнул Виктор и убрал ноги со стола. — Мне от вас никакой пользы. Вся эта история, это расследование… Пресловутый «статус полицейского» мне никак не помог. Одни проблемы. Мне проще без вас всех. И я эффективнее без вас. А может еще и денег больше заработаю, как знать? А нервов точно меньше потрачу.

Он резко встал, достал из кармана служебное удостоверение и бросил на стол.

— А кто будет тебе задницу прикрывать? — зарычал шеф. — Ты притянул к делу государство, полицию, спецслужбы. Прикрылся ими, чтобы тебя боялись тронуть. Уйдешь — ничего этого не будет.

Виктор уже шел к выходу из кабинета. Остановился в дверях и сказал:

— Всегда есть варианты. Я думал, что выбрал лучший. Но это всё мои дурацкие остатки порядочности. А с вами всеми… — он на секунду задумался. — С вами я даже на старой пристани в соседних тазиках стоять не хочу.

Пока шеф соображал что ответить, Виктор вышел из кабинета и аккуратно, без стука, прикрыл за собой дверь. Его не заметили — стажер вернулся с ящиком пива, и «контрабандный отдел» потихоньку начинал праздновать. А кабинет — в конце опенспейса, и до пожарной лестницы оттуда два шага. Был соблазн вернуться хотя бы за кружкой, но Виктор прогнал его из головы. Лихо открыл пожарную дверь ногой, и покинул родной отдел полиции. Навсегда.

* * *

Виктор не был дома почти ровно два месяца. Холостяцкая однушка всё это время простояла закрытая. Внутри ждал бардак — он-то никуда не уезжал. Воздух казался каким-то сырым и пыльным, запахи — непривычными после космического корабля. Виктор распахнул настежь все окна — пусть проветривается. Затолкал одежду в стиральную машину, запустил. В душ лезть было лень, просто сунул голову под кран. Глянул в немытое зеркало и задумчиво изрёк:

— Ну и рожа…

Протопал в комнату и упал на кровать. Не верилось, что всё кончилось. Организм будто по инерции пытался работать на полную, хотя давно уже можно остановиться и выдохнуть. Вроде бы. Наверное. Или всё-таки что-то не доделал?

Виктор так и пролежал целый час, тупо глядя в потолок. Кругом была новая жизнь. Начиная с того, что он был дома днём до обеда — очень непривычное состояние для полицейского, даже в выходной. И кстати, какой там день недели? Пока вспоминал, протупил еще полчаса. Сном это называть было нельзя. Потом вдруг понял, как по-дурацки он выглядит со стороны. На застеленной кровати лежит, раскинув руки, взрослый мужик в носках, трусах, футболке и оперативной, блин, кобуре с пистолетом. Только сигареты в зубах не хватало, но Виктор к этой заразе относился резко отрицательно. Вытащил пистолет, задумчиво посмотрел на него и кинул на прикроватную тумбочку. Пистолет столкнулся с будильником, отчего последний свалился на пол и обиженно звякнул. Будильник был винтажный, с пружиной, подарили когда-то. Виктор даже ни разу не заводил его — проще поставить на телефоне. Кстати, где телефон? Он был во внутреннем кармане куртки. Потом Виктор закидывал вещи в стирку. Но в крошечной ванной комнате половину места занимал душ, а половину — стиралка, было тесно, неудобно, руки заняты. Поэтому Виктор и нацепил кобуру обратно на себя — положить было некуда. Куда при этом делся телефон, он не помнил. То есть, с ненулевой вероятностью он всё еще в кармане куртки, которая лихо крутится в стиральной машине… Или уже не крутится, достиралось поди? Телефон не самый дешевый — по работе нужна была камера получше и много памяти, но ударопрочность и водонепроницаемость никто не обещал. Виктор рывком поднялся с кровати и рванул в ванную, благо до неё два шага. Достиралось! Выгрёб всё из барабана, проверил карманы на куртке — пусто. На штанах — пусто. И цемент не отстирался, кстати. Рубашка — пусто. Засунул голову в барабан — тоже ничего нет.

Виктор сел на пол спиной к двери душевой кабины и злобно посмотрел на стиралку:

— Так не бывает. Ты жрёшь только носки, это даже я знаю.

Стянул с себя один носок, скомкал и запустил в барабан. Следом — второй. Поднялся, начал собирать постиранное с пола… и увидел телефон на коврике. И тут же вспомнил, что кинул его на крышку стиралки. А оттуда он мог и улететь — эта зараза сильно трясется при отжиме.

Виктор покрутил телефон в руках, разблокировал экран — всё работает.

— Ну трындец я детектив, — проворчал он вслух. — Какой детектив, такое и дело.

Телефон отправился на тумбочку к пистолету, а Виктор некоторое время развешивал белье, ругался со стиралкой, искал чистую футболку, потом чистую кружку — перед отъездом даже посуду не помыл. Потом кофе. Нашел банку растворяшки, заварил, понюхал… и вылил в раковину. Потом решительно взял всю банку, вывалил в унитаз и спустил воду. Этим сортом дрянной растворимой гадости он был сыт уже по горло.

Но организм полицейского без кофе работать отказывался — многолетняя привычка брала верх. Значит, надо сходить до магазина. Юми бы узнала — смеялась бы весь день. Интересно, как она там?

Сел на кровать, сгрёб с тумбочки телефон и задумался. Они с Юми сошлись — громко сказано, конечно — под стрессом и на адреналине. В условно «мирное» время всё могло быть совершенно по-другому. Не исключено, что придётся знакомиться заново. Тем не менее, странноватая «художница» определенно стоила того, чтобы попробовать.

Виктор запустил на телефоне почтовый клиент, набрал адрес. Время доставки — тридцать шесть часов, другая система всё-таки. Почесал затылок и стал сочинять текст.

" Привет, Юми! Как ты там? Знаю, что рисовать не перестала — я теперь на тебя подписан. Продолжай в том же духе.

Я дома, разобрался со всем и со всеми. Окончательно. Вот буквально только что. Лежу плюю в потолок. Даже на работу теперь не надо — ушел, гордо хлопнув дверью. Так что я больше не коп. Еще сам не привык.

Кстати, пока не забыл: есть у меня подозрение, что в открытый космос придётся лазить еще не раз и не два. Так что хочу прикупить себе скафандр. Только нормальный, а не то аварийное безобразие. Но я в них ни черта не понимаю. По-хорошему надо еще какие-нибудь ускоренные курсы для чайников пройти хотя бы. Может, у вас на станции что-нибудь такое есть? Вряд ли кто-то ходит пешком по космосу лучше вас. Так что если есть что-то такое — напиши мне.

Хотя знаешь — в любом случае напиши. Буду ждать."

Перечитал раза три — всё-таки это не обычный обмен однострочными репликами в мессенджере, длинные письма еще писать уметь надо. И нажал «отправить».

* * *

За следующие три дня Виктор отмыл всю квартиру, перестирал всё что стиралось и выспался на полную катушку. Даже купил хорошего кофе — опять растворимого, но в этот раз поприличнее, за банку просили бешеные деньги. Заварил, осторожно попробовал… и понял, что этому сорту нужно название. Предыдущий был «гадостью» и никак иначе, тогда этот… Виктор снова отпил из кружки и торжественно изрёк в пространство:

— «Нектар богов». Не меньше.

Если подпереть телефон будильником, можно смотреть на нём новости как в телевизоре. Гнали политоту местного значения пополам со светской хроникой. И то, и другое у Виктора проходило под заголовком «да блин, кто эти люди вообще?». Решил пройтись по подпискам, вдруг там Юми чего нарисовала. Но первой в ленте высветилась… Дженнифер. Виктор недовольно поморщился. Однако этот позор журналистики надо бы держать под наблюдением еще некоторое время.

Репортаж назывался «Шок!!! Консорциум и нелюди — невероятные тайны исчезнувших цивилизаций! Власти скрывали это от вас! Знаменитый ученый раскрывает тайны!»