Чтение онлайн

– Отправить на восточный фронт, - добавил Егер.

– Так точно.

– Благодарю вас за совет, штурмбанфюрер.

– Рад быть вам полезным. Кстати, кто вас лечит?
– спросил Брауэр.

Егер почувствовал в этом вопросе не просто человеческое участие: он понимал, с кем имеет дело, и потому был начеку.

– Мои доктора перед вами.
– Он показал на груду лекарств.
– Но я был бы вам признателен, если бы вы могли порекомендовать мне хорошего специалиста, - решил идти ва-банк Егер.

– У меня на примете есть один профессор,. он здесь отдыхает, думаю, он будет вам полезен, - ответил Брауэр.

– Благодарю вас.

Брауэр ушел, оставив в душе Егера сомнения и тревогу. Он долго ломал голову: зачем приходил Брауэр?! Неужели I только затем, чтобы передать привет от невесть откуда появившегося Очкарика? Черт бы его подрал. Надо же так сложиться обстоятельствам. И это накануне грядущих событий... Откуда объявился его «знакомый», который к тому же собирается повидать его? А врач-профессор? Что это? Случайность или нечто большее? С гестапо шутки плохи.

Егер ходил по комнате и не мог успокоиться. Раздавшийся стук в дверь вывел его из этого состояния.

– Войдите, - мгновенно беря себя в руки, сказал он.

Вошла Матильда. Она широко улыбалась.

– Знаете, что он мне сказал?! Он сказал, что обрел в вашем лице товарища и друга.

– Вы рады, фрейлейн Матильда? Я тоже доволен... А сейчас извините, я немного утомился и мне нужно отдохнуть. Вы не обидетесь на меня?
– Сейчас ему нужен был Ратнер, только он, и поэтому приходилось спешить.
– Кстати, фрейлейн Матильда, у меня к вам просьба. Мне необходимо встретиться с Ратнером, и причем как можно скорее.

– Что-нибудь случилось?

– Да нет, ничего.

– Он будет рад с вами встретиться: он сам этого ждет.

– Значит, наши желания совпадают. На завтра можно рассчитывать?

– Как вам будет угодно.

– Жду вас к четырем часам дня.

На следующий день Матильда на два часа раньше обусловленного времени привела Ратнера в дом. Егер в это время находился в саду и, посмотрев на часы, недоуменно пожал плечами.

– Что случилось?
– как можно спокойнее спросил Егер,

– Он чем-то расстроен и попросил меня как можно быстрее устроить встречу с вами. Я была вынуждена...

– Хорошо. Идемте...

В гостиной Ратнер нервно расхаживал из стороны в сторону.

– Хайль!
– вскинул руку Ратнер и вытянулся в струнку.
– Штандартенфюрер, я очень нуждаюсь в вашем совете, если позволите. Не откажите в любезности выслушать меня.

Егер жестом показал наверх, приглашая Ратнера в свою комнату.

– Я только что хотел закусить. Не составите ли компанию?
– спросил Егер.

– Очень кстати, я голоден.

– Поскольку вас еще ждет работа, я не предлагаю вам спиртного, - наполняя свою рюмку, произнес Егер.

– Напротив, сейчас я свободен от работы, - как бы оправдываясь, заметил Ратнер.

– В таком случае за ваше здоровье.
– И Егер придвинул к Ратнеру рюмку.
– Так что с вами случилось?

– Не знаю, с чего и начать. Разрешите мне быть с вами откровенным, поскольку вы являетесь представителем столь могущественного учреждения...
– взволнованно начал Ратнер.
– Вокруг меня намотался какой-то клубок. И все это идет от Брауэра. Какие-то высказываются подозрения, дело дошло даже до шантажа...

– Скажите, в чем суть собранных на вас сомнительных сведений?

– Вот, вот, сомнительных... Он так мне и говорил, - обрадовался Ратнер, услышав знакомое слово.

– Кто говорил?

– Штурмбанфюрер Брауэр. Тут недавно в охраняемой зоне «молоко» был задержан фотограф...

– Вы что, охраняете молоко?
– перебил его Егер.

– Извините... Привычка... Бензохранилище. Прежний шеф пытался добиться от него признания, с какой целью он там оказался и что фотографировал, но немного погорячился... и тот скончался... Гестапо узнало, что фотографа видели до этого в магазине Лотта, а я с ним был немного знаком... Ну, вот поэтому гестапо и шьет мне дело...

Егер встал, подошел к приемнику, включил его.

– А какие у вас в действительности были отношения с Лоттом?
– полюбопытствовал Егер, стараясь придать голосу спокойный, ровный, независимый тон.

– Обычные. Заходил к нему в магазин, как и все, покупал блокноты, карандаши, ручки, чернила...

Егер внимательно посмотрел в глаза Ратнеру, но тот выдержал его пристальный взгляд.

– По-моему, вы неискренни, господин Ратнер.

– Я?!

Егер понимал состояние Ратнера и поэтому не торопил собеседника.

– Я говорю правду, - наконец выдавил из себя Ратнер.
– Обычные житейские отношения. И почему они вдруг могут меня компрометировать?

– Это дело гестапо. Я хочу одно понять, если ваши отношения с Лоттом, как вы говорите, носили обычный житейский характер, то чего, собственно, вам тогда бояться?

Ратнер при этом вопросе посмотрел на Егера и, не выдержав его взгляда, опустил глаза.

– Пп-они-маете... есть одно пикантное обстоятельство...
– после некоторого раздумья произнес Ратнер.

– Какое? Мне нужна только правда.

– Я ему немного... задолжал... и не успел возвратить.

– Вот видите, а если Лотт - враг рейха?. Больше того - агент иностранной разведки? Ведь не случайно он пытался скрыться после задержания фотографа. Тогда что?
– На слове «пытался» Егер сделал особый акцент и при этом заметил, как Ратнер побледнел.

– Клянусь, - начал было он, но, спохватившись, замолк.
– Помогите... Век буду вашим рабом, помогите, - умоляюще произнес Ратнер.

– Садитесь. Обсудим обстановку, - предложил Егер, обдумывая, с чего начать разговор.

Ратнер тем временем дрожащими руками схватил со стола бутылку и жадными глотками начал прямо из горлышка поглощать коньяк. Егер отнял у него бутылку, поморщился.

– Возьмите себя в руки. И расскажите подробно ваш разговор в гестапо, - приказал Егер.

– В гестапо? Ах, да, у Брауэра...
– начал Ратнер.
– Он все время допытывался о моих взаимоотношениях с Лоттом, спрашивал, знал ли я его, как познакомился, встречался ли с ним и где... Намекал на неприятности... Да, да, на неприятности. И тут же предложил мне сделку: он не даст хода имеющимся на меня сомнительным материалам, а я за это должен сделать... слепки ключа к сейфу шефа... Я согласился...