Чтение онлайн

– Да.

... После этого разговори прошло совсем немного времени. Однажды Егер хотел было напомнить Матильде о Ратнере, но она вдруг заговорила о нем сама.

– Вы как-то проявили интерес к Ратнеру, - начала Матильда.
– Сегодня он показал мне своего нового шефа - полковника Шульца, а я и не подозревала, что обслуживала столь важную персону.

– А что стало с прежним шефом?

– Якобы отстранили от дел за плохую охрану молокозавода.

– Разве молоко охраняют?
– изумленно поинтересовался Егер.

– Да еще как. Мне рассказывала подружка, что ее парня забрали и отправили на восточный фронт только за то, что он случайно оказался в запретной зоне и стал спрашивать у часового, что они так тщательно охраняют.

– Значит, мне это не угрожает. Я только что оттуда, - заметил Егер.

Матильда сначала не поняла шутку Егера, а когда слова постояльца дошли до ее сознания, она с сожалением покачала головой и в смущении произнесла:

– Я не имела в виду вас...

– Я так и понял. Что еще интересного рассказывал ваш Ратнер?

– Ничего особенного. Он зачастил в ресторан. Не дает мне прохода. Набивается в гости... Боюсь я... Надоело все это. Решила уйти из ресторана, - вдруг заявила она Егеру.

Егер внимательно посмотрел на Матильду. Ему она нужна была именно там, в ресторане, а ее знакомство с Ратнером - особенно. Егер думал над тем, как бы убедительнее объяснить Матильде о необходимости оставаться в ресторане, и не только поддерживать, но и развивать свое знакомство с Ратнером. Открыться перед ней, учитывая обстоятельства конспирации, он пока что не мог, не имел права.

– Сегодня в газетах, - осторожно начал Егер, - опубликовано сообщение о расстреле гестаповцами двух местных патриотов.

– У нас в ресторане об этом говорили и были возмущены.

– И вы в их числе?

– Я стыжусь, что мне приходится обслуживать...
– И, не закончив фразы, Матильда испуганно посмотрела на Егера.

– Не обижайтесь, Матильда. Но если говорить серьезно, то- настоящий патриот может и должен быть полезен своей родине на любом посту, где бы он ни работал. Надеюсь, вы согласны?

В ответ Матильда молча кивнула.

– И не только одним возмущением, - улыбаясь, добавил Егер.
– Ну, а что касается вашей работы, то я не советую вам уходить из ресторана и тем более категорически отвергать ухаживания Ратнера. Он - офицер рейха, человек, по всему видно, влиятельный и может пригодиться. Только по-умному держите его от себя на расстоянии. Думаю, вы с этим справитесь.

Наступила минута молчания.

– Хотите чашечку кофе?
– спросила Матильда.

– С удовольствием.

Матильда вышла на кухню. Приготавливая кофе, Матильда думала о Егере. Кто же он на самом деле? Друг или враг? Можно ли ему доверять или нет? Этот вопрос не раз возникал перед Матильдой. С одной стороны, Егер произвел на нее благоприятное впечатление. Обходительный, степенный, чуткий, лояльный, можно сказать, демократически настроенный человек. Этим он нравился и вызывал симпатии. С другой стороны, служба Егера в гестапо смущала ее и порой ставила в тупик. Чем занимается гестапо, известно каждому ребенку. И как после этого совместить дружбу отца, активного подпольщика и революционера, с фашистом? После долгих раздумий, помня рекомендацию отца и следуя собственной интуиции, Матильда решила в конце концов поверить Егеру.

Пока Матильда готовила кофе, Егер подошел к висевшему на стене портрету. Он сразу узнал отца Матильды. Перед его глазами невольно всплыли эпизоды, предшествовавшие его поездке сюда.

...Вот кабинет в доме на Лубянке.

– Товарищ генерал, майор Серов прибыл по вашему приказанию.

– Здравствуйте, Николай Максимович. Садитесь. Познакомились с делом Ганса Гофмана?

– Да.

– Человек он надежный. Сегодня вам организуют с ним личную встречу. Используйте ее, как говорят, на всю катушку.

...Вот он с Гансом Гофманом на даче. О многом говорят. Ганс рассказывает ему о своей жизни в Австрии, о семье, об участии в демократическом движении, о борьбе с фашизмом.

– Когда фашисты подошли к Курску, я твердо решил пойти добровольцем на восточный фронт и тут же отдать себя в распоряжение советских товарищей, - говорит он глуховатым голосом. (Серов слушает его внимательно, хотя об этом ему уже известно из дела Гофмана.) - И вот случай представился, и сейчас я счастлив, что в антифашистском комитете военнопленных вношу посильную лепту в разоблачение фашизма, его сути и целей. Я понимаю, что этого мало, может быть, ничтожно мало, но, если меня позовут, я не пожалею и своей жизни ради уничтожения коричневой чумы...

– Отто, кофе готов. Вы слышите меня?
– вернул его к действительности голос Матильды.

– Извините, я немного размечтался...

Как и условились, Матильда пришла вместе с Ратнером. Сегодня она была свободна от работы, однако, зная, что Ратнера можно найти в ресторане, пошла туда, чтобы попасться ему на глаза. Расчет удался. Как только Ратнер увидел Матильду, он тут же подошел к ней.

– О! Фрейлейн Матильда. Добрый вечер! Как я рад вас видеть.
– Ратнер галантно отвесил ей поклон.

– Извините, господин Ратнер, но я спешу. У меня дома гость, он болен и ждет меня, - ответила Матильда.

– Гость? Когда же он успел появиться? Смотрите, Матильда, я не переживу этого. Кто он?
– Ратнер погрозил Матильде волосатым пальцем.

– Приехал с восточного фронта на отдых по ранению, привез привет от отца. Извините...
– И Матильда сделала попытку уйти.

– Куда же вы? Позвольте проводить вас, фрейлейн Матильда?

– Не стоит, господин Ратнер.

– Вы не пожалеете об этом, фрейлейн Матильда. Ратнер зря не бросает слов на ветер, - самодовольно ухмыльнулся он.

Ратнер пригласил Матильду в свою автомашину, которой управлял сам.

По просьбе Матильды они заехали в аптеку. Однако нужного ей лекарства там не оказалось. Тогда Ратнер предложил свои услуги. Матильда охотно согласилась. Они заглянули в специальную аптеку, обслуживающую только офицеров рейха из местного гарнизона, и там Ратнер купил необходимое лекарство.

Когда Матильда и Ратнер поднялись в комнату Егера, тот лежал в кровати и дремал. Ратнер посмотрел на висевший на вешалке френч с погонами штандартенфюрера СС и обомлел.