Чтение онлайн

– Что ты делаешь, Тейт? – шепчу я сам себе, опускаясь на койку, стоящую вплотную к стене с железной решеткой. От скрипа древних пружин меня по спине подирает мороз. – Это полная дичь даже для тебя.

Как раз, когда я начинаю думать о том, чтобы прекратить бесплодные поиски и убраться отсюда подобру-поздорову, пока еще не поздно, я слышу, как захлопывается автомобильная дверь. Запрыгнув на койку, я смотрю в забранное решеткой оконце.

Перед зданием стоит Грег Тилфорд и беседует с Йэном Нили. После службы в Афганистане Грег вернулся еще большим засранцем, чем был до того, как отправился туда. Вечно взвинченный, вечно на взводе. После того, как Нили подарил городу эту новую компьютерную систему, Тилфорда, словно по волшебству, сразу же назначили помощником шерифа. Когда погиб мой отец, он из всех полицейских оказался в том хлеву первым и только и делал, что блевал. Не знаю, то ли потому, что я тоже был там и видел, как он тогда распсиховался, то ли потому, что он приходится двоюродным братом Йэну Нили, но с тех пор он вечно пытается ко мне прицепиться, придумывая для этого любой повод.

Похоже, эти двое о чем-то спорят. Я мог бы сбежать через заднюю дверь, продраться через самшитовую изгородь и скрыться в лесу, но ведь мой пикап припаркован прямо перед парадным крыльцом. Какой же я дурак. Разумеется, у них здесь установлена навороченная охранная сигнализация. И о чем я только думал? Воображал, что можно просто так вломиться в здание Общества охраны старины и об этом никто не узнает? Да в таком маленьком городке, как наш, нельзя даже спокойно погадить, чтобы об этом тут же не узнала каждая собака.

Мистер Нили идет по выложенной кирпичом пешеходной дорожке, ведущей к парадному входу в здание.

Чувствуя, как меня охватывает паника, я со всех ног взбегаю по лестнице и мчусь в заднюю часть здания.

– Клэй? – громко окликает меня мистер Нили, закрыв за собой дверь.

Я останавливаюсь как вкопанный. Я задыхаюсь и чувствую себя, словно зверек, попавший в западню.

– В моем кабинете, – спокойно говорит он, скрывшись в одной из главных комнат, находящихся рядом с вестибюлем, и включив там свет. Наверняка Нили просто хочет прочесть мне нравоучение на тему «я же тебе говорил», после чего помощник шерифа Тилфорд отвезет меня в городскую тюрьму.

Бредя по коридору к его кабинету, я испытываю стыд. Не потому, что меня застукали, а потому, что я был не прав. Шериф пытался предостеречь меня, но я не стал его слушать.

Я вхожу в главный офис Общества охраны старины – это богато убранное помещение, где со всех сторон на меня сверху вниз сердито смотрят чучела зверей и всевозможная атрибутика американского футбола.

Йэн Нили, сидя за письменным столом, жестом приглашает меня сесть в одно из неудобных кожаных кресел, стоящих напротив. Я помню, как сидел в этом самом кресле сразу после того, как погиб мой отец. Мне с трудом верится, что с тех пор миновал только год. У меня такое чувство, будто тот день от этого отделяет целая жизнь.

– Я удивлен. – Он крутит на пальце перстень члена команды по американскому футболу, выигравшей чемпионат штата, так что украшающий его рубин вспыхивает на свету стоящей рядом настольной лампы. – Зачем ты взломал дверь?

Я молчу. Я достаточно насмотрелся телевизионных сериалов и передач, чтобы знать, что не должен произносить ни единого слова, пока у меня не появится адвокат. Но откуда, черт побери, у меня может взяться адвокат?

– Я задаю тебе этот вопрос потому, что ключ от королевства и так все время находился у тебя в руках.

– Ключ? – Мне хочется согнать с его лица эту самодовольную улыбку. – Послушайте, если вы хотите заявить в полицию, чтобы меня арестовали, то просто сделайте это, и дело с концом. Избавьте меня от этих ваших ханжеских речей.

Его лицо смягчается, и он протягивает ко мне руку.

– Твои ключи от машины… это ведь ключи твоего отца, не так ли?

Я неуверенно достаю из кармана ключи и кладу их в его ладонь.

– Вот этот, латунный. – Он отделяет его от остальных и пододвигает всю связку обратно ко мне. – Это ключ от парадной двери.

Я чувствую себя еще большим идиотом – если это вообще возможно. Я сжимаю ключ в руке, надеясь, что боль от его острых краев, врезающихся в мою ладонь, немного умерит терзающее меня чувство жгучего стыда, но оно становится только хуже… еще ощутимее.

Он поднимает телефонную трубку и набирает номер.

Мой пульс начинает бешено учащаться:

– Подождите! Я заплачу за стекло. Я добровольно все починю, сделаю все, что вы хотите, – быстро говорю я. – Только не…

Мистер Нили поднимает руку ладонью вперед, потом говорит в трубку:

– Думаю, мы все уже закончили с этим делом. Мы с Клэем просто немного поболтаем. Спасибо за помощь.

Я смотрю на окно, но ни черта не вижу из-за плотных штор. До меня доносится звук заводимого двигателя. Мистер Нили кладет трубку, и мы оба сидим молча, слушая, как машина Тилфорда отъезжает, как с каждой секундой шум ее шин становится все тише. Я понимаю, что должен бы сейчас испытывать облегчение, но блеск в глазах мистера Нили говорит мне, что я еще не окончательно выбрался из этой передряги.

Он откидывается на спинку кресла, скрестив руки на груди.

– Ну, так что ты искал?

– Мистер Нили… сэр… – Я снимаю бейсболку и кладу ее на колено. – У меня была тяжелая ночь… и вообще, тяжелый год. Мне показалось, что около полуночи я видел кое-что на вашем ранчо. Нечто извращенное. Я поехал к шерифу Илаю, и он сказал, что перед самой своей смертью мой отец говорил о какой-то тайной комнате. Я понимаю, что вероятно, схожу с ума, как и он сам, но я должен был выяснить для себя, есть ли здесь такая комната. Но здесь ничего такого нет. Теперь я это знаю.

– Тайная комната, да? – Левый уголок его губ приподнимается. – Хочешь на нее посмотреть?

У меня падает сердце.

Мистер Нили встает с кресла и нажимает на панели из темного дерева, которыми обшита стена за его столом. Открывается высокая узкая дверь. Она так идеально входила в пазы, что я бы ни за что ее не заметил.

– Никто и в мыслях не держал не пускать тебя сюда. Напротив, мы старались привести тебя к нам, – говорит он и входит внутрь.

Я заставляю себя встать, но у меня такое чувство, будто мою кровь заменили бетоном. Я делаю глубокий вздох, пытаясь приготовиться к тому, что сейчас увижу.

Мистер Нили включает потолочные светильники.

И я вижу, что это самая обычная комната. Я вхожу в нее и вижу старый музыкальный автомат из пятидесятых годов, пару столов для игры в покер, гравюры на ковбойские темы на стенах и длиннющую барную стойку.

Мистер Нили заходит за дубовую стойку и достает два бокала. Наливает в них бурбон и подталкивает один из бокалов ко мне. Я смотрю на виски, гадая, не отравлено ли оно, но мистер Нили, не раздумывая, осушает свой бокал.

– В годы сухого закона это местечко приходилось очень кстати. Теперь же оно годится только на то, чтобы прятаться здесь от наших жен. – Он усмехается. – Мы с твоим отцом провели здесь немало приятных минут. Ты напоминаешь мне его. – Он почесывает подбородок. – Он тоже был скрытен… всегда держал все в себе. Такого человека нелегко узнать по-настоящему. Но у него была слабость к женскому полу. Этого он не мог скрыть. – Нили со стуком ставит свой бокал на стойку. – Однако ты не беспокойся. Он избавился от этих своих замашек еще до твоего рождения. – Я залпом выпиваю бурбон. Мой желудок восстает, но за этим сразу же следует приятное, притупляющее чувства тепло. Он наливает нам еще виски. – То, что произошло с твоим отцом, носило характер куда более постепенный, чем представлялось на первый взгляд. Мы наблюдали за ним уже несколько месяцев. Ходили слухи.