Чтение онлайн

— И вам добрый вечер, Илья. Как прошел ваш день? — Веду себя непринужденно, но глазки ему строю. Само это происходит.

— Без происшествий. А ваш? — Подходит еще ближе, и мой мозг начинает будто глючить. Слов в голове вдруг стало так мало. Разбежались по углам от волнения.

— Тоже…

— Какие у вас планы после званого ужина?

— Ты в них не входишь, — немного грублю в ответ наглецу и шагаю назад.

— Как жаль, а я надеялся вновь затащить вас в свою постель.

— Ты охренел? — возвращаюсь в реальность, и больше никакой любезности и красивых речей.

Он что, совсем бессовестный? Открыто предлагает мне секс?

— Немного. Так что насчет вечера? — Не унимается Илюша.

— Я еду к подруге в гости.

— Ну ладно, — равнодушно отвечает и уходит на кухню.

Что? Почему такой ответ? А как же: «Соня, я не могу забыть нашу ночь и хочу повторения?» Вот засранец.

Но я его раскусила, он это все специально. Специально так говорит, чтобы меня спровоцировать. Но я ему не поддамся.

Слишком много он о себе возомнил!

— Так что, ты сегодня к Эле поедешь? — спрашивает отец, и я будто чувствую нотку ревности в его голосе.

— Да, она мне уже раз сто написала. Ждет. Поедим, и поеду.

— Ночевать придешь или у нее останешься?

Отец пытается говорить равнодушно, но я слышу его беспокойство. Он меня и десять лет назад таким же голосом спрашивал.

— Приду. Да я ненадолго. — Улыбаюсь ему.

— Знаю я ваши ненадолго. Сейчас как языками зацепитесь, и все, не разорвать.

— Дома буду не позже одиннадцати…

Пытаюсь заверить отца, и тут за меня Аннушка заступается.

— Паша, ну хватит. Соня — взрослая девочка, что уж ты…

Папа вдруг начинает оправдываться перед невестой, а я смотрю на лицо Ильи, который еще чуть-чуть, и засмеется.

Конечно, ему легче, он парень. Парням родители всегда доверяют чуть больше, типа могут за себя постоять. Но и я могу. В моей сумочке есть газовый баллончик. И сейчас я бы им в ехидное лицо вруна пшикнула.

— Анна, все было очень вкусно, — говорю искренне. Да, теперь я понимаю Илью. Кулинарные возможности его мамы мне никогда не переплюнуть.

— Я очень рада. И давай переставай мне «выкать». А то я себя престарелой женщиной чувствую. — Вот она дает…

— Я так не могу.

— А ты уж постарайся, — шутит женщина. — А то я тебя буду Софьей Павловной называть.

— Ой, не надо. — Хохочем вместе с Аннушкой. — А можно тетя Аня?

— Ну ладно. Давай так. — Хорошо, что она согласилась. Теперь я не буду чувствовать неловкость, когда обращаюсь к невесте отца. — Илюш, ты у нас сегодня ночуешь?

— Да. Завтра с утра нам с Павлом Петровичем нужно съездить в главк, так что к себе нет смысла ехать…

Илья еще о чем-то беседует с мамой, но я уже полностью погрузилась в свои мысли. Он что, позволяет себе ночевать в моем доме?

А почему бы и нет? Уверена, ему тут и комнату выделили. Интересно, какую? Думаю, одну из тех, что на втором этаже.

Когда мы жили здесь нашей семьей, одну комнату занимала бабуля, папина мама, я ее почти не помню. Мне и пяти не было, когда она умерла. Когда комната освободилась, папа переоборудовал ее в свой кабинет.

Еще одна спальня всегда пустовала. В ней вроде только одна кровать и стояла, больше ничего.

Родительская спальня находится на первом этаже, поэтому у меня был весь второй этаж в распоряжении. Помню, как поздним вечером я тихонько пробиралась на чердак, чтоб поиграть в свою любимую игру, и никто меня не беспокоил.

А кто?

Родители крепко спали, а я могла просидеть в тусклом помещении полночи. Но сейчас я даже не посмотрела, что теперь во всех этих комнатах. Да я даже дом путем не обошла, как приехала. Была только в своей спальне и на чердаке. А все потому, что не могу ни о чем думать, только об этом деле.

И сконцентрировать внимание не могу. Только начинаю о чем-то задумываться, мысли тут же в другое русло уходят и вновь в голове крутится имя «Маша Звонарева».

***

Ужин закончился. Анна от моей помощи любезно отказалась, и я без зазрения совести собралась навестить подругу. Уже собиралась выходить из комнаты, когда в дверном проеме Илья нарисовался.

— Ничего себе у тебя подарков. — Ожидаемая реакция на количество подарочных пакетов в моей руке.

— Дочь подруги — моя крестница, я не могу иначе. По возможности стараюсь баловать.

— А меня? — Его глаза прожигают меня, и я не могу не смотреть в них в ответ. Поддаюсь…

— Что тебя? — Не понимаю, куда он клонит. Точнее мне все ясно, но этот разговор…

От его тона, слов я чувствую, как начинаю дышать быстрее. Возбуждаюсь. Чертово возбуждение только от его красоты, голоса.

— Меня не хочешь побаловать? — Илья чуть напрягает скулы, но выдает себя милой улыбкой. Готова поклясться, он чувствует то же самое, что и я сейчас.

— Возможно…

— Уже возможно? — Чуть встрепенулся. Мне кажется, или он ждал отказа? Но быстро подстроился под мой ответ. — Мне тебя забрать от подруги?

— А что ты скажешь родителям? Куда поехал?

— Ха, я обычно не отчитываюсь. — Ну вот опять он стал немного надменным. Его веселит мое беспокойство? Я за полное неразглашение. Не хватало мне еще разговоров там всяких за столом.

— Тогда я напишу. — Начинаю вдруг сильней флиртовать взглядом, своим телом, хотя сильнее, кажется, некуда.

Мое влечение к Илье такое мощное, что пробегает мысль забить на Эльку и снова оказаться в его квартире.

Подхожу совсем близко. Почти вплотную. Да, я хочу пройти, но еще больше я хочу…

Тянусь к нему и легонько касаюсь губ. Прижимаюсь к теплой плоти и замираю на долю секунды. Поцелуй такой, чтобы он лишь чуть зажег меня, предвкушающую нашу будущую встречу. И она будет.

Я знаю…

— А-а-а, Элька, как я соскучилась! — Напрыгиваю на подругу, как только она распахнула входную дверь. Одной рукой сдавливаю ее шею, а вторая в стороне, держит пакеты с подарками.

— Задушишь, отпускай, — говорит подруга, но меня не отталкивает. Знает же, что пока я не наобнимаюсь, ей от меня не отвязаться.