Чтение онлайн

Вот только люди, существа хитрые и изворотливые, научились скрываться от Снегопада. Пусть бы жили так и дальше, да только дичать начали, а значит, чтобы не опустилось человечество окончательно, ему нужно помочь. Нужно ускорить процесс.

Якорь согласился это сделать, а "головастые" показали как. Химиков среди них было много, а Женя оказался хорошим учеником.

И вскоре он начал свою "спасательную" миссию и начал... с научного комплекса. Ведь учёные тоже люди, и их там было много.

Женя оторвал взгляд от фотографии. Чёрт знает, сколько прошло времени, но Лида и дети уже тихо сопели и только Фёдор, положив ружьё рядом с собой, караулил сон своего семейства.

– Задремал. Реветь давно перестало?
– вполголоса спросил Якорь.

– Закончился Снегопад. Давно, - ответил Липкин.

Женя спрятал снимок, встал и забросил рюкзак на плечо.

– Чего затеял?
– Фёдор потянулся к ружью.

– Расслабься. Поссать выйду.

Якорь аккуратно приоткрыл дверь и выглянул наружу. Снега нет, земля чистая. Тает он быстро, а точнее не тает, а улетучивается на небо, чтобы потом опять на головы человеческие обрушиться. Да и от снега в нём осталось всего ничего: название и внешний вид. На самом то деле Снегопад - это колония микроорганизмов и не простых, как заверяли Якоря учёные, а микроорганизмов с зачатком разума.

Снаружи стоял непроглядный мрак. Женя шагнул за порог и прикрыл за собой дверь. Заприметил чуть в стороне металлическую трубу. Вот она сейчас как раз и пригодится.

Справив малую нужду, Якорь захватил трубу и вернулся к двери. Он давно перестал чувствовать угрызение совести и тем более жалость, оттого и действовал без спешки, спокойно и размерено.

"Главное - цель. Главное - остановить Снегопад. А люди? Что - люди? Пыль. Земля к земле, как говорится", - думал он.

Трубу поставил к стене. Из рюкзака достал две стеклянные бутылочки, одну - на пол-литра, вторую - грамм на сто, не больше. Осторожно открыл обе и из маленькой несколько капель влил в большую.

А потом ускорился. Быстро закупорил обе. Что поменьше бросил в карман, а другую - встряхнул и зажал в руке.

Якорь не спеша, словно облегчившись, назад возвращается, открыл дверь, но входить не стал. Швырнул бутылку в центр комнаты, захлопнул дверь - послышался звон бьющегося стекла и крики Фёдора - и припёр её трубой, а сам отошёл.

Женя уселся прямо на траву и взглянул на наручные часы. Флюоресцентные стрелки светились ярко, и засечь полторы минуты ему труда не составило.

В здании послушалось шипение, из-под двери вырвалась тонкая струйка газа. Закричали дети, смолкли, закашляли. Дверь сотряслась от мощного удара - это Фёдор попытался пробиться наружу. Вновь вздрогнула и снова напрасно.

– В сторону!
– это уже прокричала Лида.

Дверь прошила дробь.

Мельтешение, беготня и вновь попытка прошибить дверь с плеча, а потом хриплый мужской окрик:

– Лида!

Газ действовал быстро, Липкиной хватило лишь на один выстрел.

Ещё один удар в дверь и всё. Тишина.

Женя улыбнулся. Горд был собой, ведь время правильно рассчитал. Ровно девяносто секунд.

Якорь натянул на лицо противогаз и встал. Он небрежно оттолкнул ногой трубу и распахнул дверь. К ногам его упал Липкин. Так и умер Фёдор, пытаясь двери вышибить. Нет чтобы окно проломить. Окна хоть и мелкие, но дети бы пролезли, а он о своей шкуре думал.

Красные глаза выпучены, а рот полон белой пены.

Якорь схватил его за руку и отволок чуть в сторону. Потом вернулся в здание. Лида скрючившись лежала в метрах двух от выхода, а вот дети так и не сошли с подстилки.

Газ клубился по-над полом и медленно и лениво полз наружу.

Женя вынес остальные тела и положил рядом с Фёдором.

"Дань богу Снегопаду, прямо-таки", - эта мысль ему ещё ни разу в голову не приходила.

Каждый раз после чей-то смерти чувствовал, что на шаг ближе к победе становится, оттого и настроение поднималось.

Еду и две бутылки чистой воды Липкиных Якорь переложил себе. Фонарик с аккумулятором, мешочек с патронами, плащ-дождевик, на удивление целый, ни единой заплатки - всё это тоже перекочевало в Женин рюкзак. Ружьё повесил на плечо.

Всё, делать здесь больше нечего. Якорь дверь закрывать не стал, пусть проветривается, и не оборачиваясь поплёлся в сторону Заводи. Другие на его месте и одежду сняли бы, целые шмотки нынче в цене, но Якорь брезговал.

Мрак вокруг. Небо звёздное, яркое, нет ни облачка на небе. Только вдали у горизонта сверкают молнии, но бояться этого не стоит. Обычная грозовая туча, Снегопад молниями не швыряется.

Где-то справа завыли волки. Якорь остановился, прислушался и успокоился. "Серые" далеко.

Вскоре уткнулся в русло реки. Берег был обрывистым, а вода тёмной, оттого чуть и не рухнул прямо с обрыва. Только неяркий отблеск луны в воде заставил остановится.

Обрыв густо порос камышом. Хорошее место для тайника. Недолго думая, Якорь спрыгнул в заросли и сапёрной лопаткой вырыл небольшую яму. Спрятал там противогаз, два баллончика с газом и сумочку с химикатами, после чего присыпал ямку, словно и не было здесь никого.

Слухи о гибели нескольких поселений уже давно ползают среди людей, оттого к пришлым стали везде относиться гораздо подозрительнее, и если у него отыщут этот саквояж и баллоны в придачу - не миновать жестокой расправы.

Остался на руке кожаный браслет со спрятанными внутри ампулами с ядами, но браслет хитрый, с рельефным рисунком и понять где просто рисунок, а где ампулы выпирают незнающему человеку не по силам.

Заводь была небольшим поселением. С обеих сторон речушки плотно стояли полтора десятка домов, а окружала их деревянная изгородь. Зверья боялись да бандитов. Последних гораздо больше.

И когда Якорь, топая по-над берегом, вышел к воротам, его сразу окликнули.

– Стой! Дальше ни шагу.

Голос заспанный, видать сторож слегка задремал.

Якорь замер.

– Чего надо?
– грубо окликнули его.

– Обменяться, переночевать, согреться, - спокойно ответил Женя.
– Проблем я не доставлю.

На минуту его собеседник умолк. Небось с напарником переговаривается.

– Все так говорят... Руки держи перед собой и движений резких не делай.

Рядом с воротами открылась неприметная дверь. Якорь смело прошёл внутрь и оказался в небольшой комнатушке, разделённой на половину столом. Спереди стол был укреплён металлическими пластинами, а за ним сидел белобородый мужичок с дробовиком в руках. Второй сторож - паренёк лет двадцати, он то и открыл дверь - стоял у стены, слева от Жени.

– Оружие отдай, - заговорил молодой.

Якорь снял ружьё с плеча. Потом отстегнул с ремня на поясе кобуру с ножом.

– Огнестрел у нас запрещён, - сказал бородатый.
– Нож можешь забрать после досмотра.

– А у тебя дробовик что-ли игрушечный?

– А я исключение, - оскалился старший.
– Мне многое можно... И с гостями непрошеными вытворять... Откуда идёшь?

– Из Дубово.

Якорь не врал. Посёлок Дубово в сорока километрах от Заводи находился, оттуда он и притопал.