Чтение онлайн

 – Что-то мне этот лук кажется знакомым, – каждое слово было сладким как мед. Женщина улыбнулась, показав находящиеся в ужасном состоянии зубы, даже бинковским было далеко до них.

 – Всего лишь щедрый подарок, – ответил Гарретт где-то позади меня. Он брал всякие бутылочки с полок, разглядывал их и ставил на место.

 – Я слыхала об этом... А не помогла ли получить подарочек одна из моих газовых бомб?

 – Да. Мне понадобится парочка новых, а еще световые. И, кстати, нет ли у тебя водяных стрел для моего спутника?

 Она весело прищелкнула языком, направляясь к полкам за стрелами и прочей утварью. Ступни у ней были самыми громадными, что мне доводилось видеть у женщин: они были скошены наружу, так что хозяйка косолапила при ходьбе. Малюсенькие глазки добродушно поглядывали на меня.

 – Я и не знала, что у тебя теперь есть ученик. – фраза повисла в воздухе, как нежная туманная дымка, потихоньку опускавшаяся к полу.

 Гарретт, не отвечая, положил на прилавок пригоршню всяких флаконов. Большинство из них были мне знакомы – сосуды со святой водой.

 – Там, куда ты собираешься, понадобится парочка огненных стрел и мин, красавчик, – сказала она, взглядом знатока окинув выбранные Гарреттом предметы. Он кивнул и указал на одну из странных металлических тарелок, которую хозяйка достала с полки позади прилавка. Вор очень осторожно обращался с этой штукой, стало ясно, что она совсем не то, чем кажется на первый взгляд. Я хотел было взять одну такую же и внимательно рассмотреть, но, уловив предупреждающий взгляд Гарретта, отказался от этой идеи.

 – Убери подальше пальчики, малыш, – раздался нежный голос торговки. Подняв голову, я лицом к лицу встретился с ее „чудесной“ улыбкой, что снова заставило меня разрываться между удивлением и отвращением. А она отвернулась и принесла несколько огненных стрел с задней полки.

 Гарретт отложил в сторону несколько металлических тарелок вместе с водяными стрелами и флаконами и теперь придирчиво разглядыал огненные. Они тихо мерцали в его пальцах во время этого осмотра. Оставшись довольным товаром, вор положил несколько штук вместе с остальными вещами. В то время как они с хозяйкой спорили о цене, я внимательно рассматривал витрины, обнаружив множество инструментов подобных тому, с помощью которого мой спутник мог открывать запертые двери. Продаваемое здесь оружие тоже имело одну особенность – оно было легким и удобным в обращении, броня тоже выглядела не тяжелой и не стесняющей движений. Если сначала было не совсем понятно, что за клиенты навещали эту лавку, то теперь это казалось очевидным, городская стража уж явно сюда не захаживала.

 Гарретт уже договорился с торговкой и подтащил меня поближе, ухватив за колчан. Он вложил туда несколько водяных и пару огненных стрел (в то время как я немного сопротивлялся такому детскому обращению), отпустил меня и сунул в руки две световых бомбы вместе с пригоршей флаконов святой воды. Остаток он забрал себе, рассовывая по карманам прочие принадлежности, и подтолкнул меня к выходу из лавки.

 – Удачи вам, – бархатным голосом произнесла женщина на прощание.

 И мы, не мешкая, отправились на кладбище.

 Придя туда (на этот раз через главные ворота) я с удовлетворением отметил, что следы случившегося позавчерашней ночью полностью скрыты выпавшим снегом, свежие и древние могилы тоже мирно спали под белым одеялом. Кроме нас здесь не было ни одной живой души и нигде не виднелось недавних следов. Пришлось долго пробираться по направлению к дальней части кладбища, где произошло убийство Гунтера. Было довольно-таки тяжело лезть по густому снегу и я прямо обрадовался, когда впереди выросла та самая стена, через дыру в которой удалось проникнуть на кладбище в прошлый раз. Здесь не было новых могил. Большие и маленькие мавзолеи и надгробия стояли уже долгие десятилетия. Большинство уже обветшало, надписи стерлись, но тем не менее там и тут можно было различить следы былого великолепия. Прозрачные сосульки свисали с остатков изящной резьбы, а снежные наносы как белая пудра покрывали растительный орнамент на том или другом камне. Сегодня кладбище не выглядело устрашающим. Как хотелось остаться тут наверху, среди снега! Но Гарретт со знанием дела направился к одному из самых старых мавзолеев и, пригнувшись, вошел в узкий дверной проем, чья решетка уже давно приказала долго жить.

 Характерный запах заплесневевшей от времени каменной кладки ударил в нос, когда я последовал за ним. Внутри было очень тесно и при всем желании непонятно, где же находится вход в городские Катакомбы. Гарретт тем временем надавил на одну из плит, казавшуюся частью пола. Я надеялся, что на этом месте не разверзнется бездонная дыра, как в Св. Квинтусе. Но ничего подобного не произошло – плита не проломилась, а легко отошла в сторону, просто нужно было знать, куда нажать. Глазам открылась какая-то шахта, я решил что это все, что осталось от древнего колодца. Волосы на затылке встали дыбом. Нет, я ни за что не спущусь туда! Ни на метр!

 А Гарретта занимали проблемы другого рода: он разглядывал шахту и ругался сквозь зубы. Искоса поглядев на меня, он проворчал:

 – Кто-то тут уже лазил, причем недавно. Гляди – ни паутины, ни пыли.

 Не уверен, что должен был горевать из-за отсутствия этих атрибутов склепа. Сама необходимость спускаться вниз мало радовала, а стряхивать с себя при этом сотни восьминогих бестий и их кружева казалось еще менее привлекательным. Но выражение лица Гарретта было мрачным.

 – Возможно, там внизу мы встретим кое-кого.

 Вздохнув, он запахнул плащ, подтянул лук и начал спускаться в шахту – плотно прижимаясь спиной к одной стене и упираясь ногами в противоположную, при этом осторожно сползая вниз. Я спрашивал себя, почему бы не воспользоваться этой самой знаменитой плющ-стрелой, но потом увидел, что здесь негде было закрепить ни веревку, ни даже волшебную лиану.

 От вида исчезающего во тьме Гарретта мой желудок переворачивался. Чего я здесь собственно делаю? Я был хаммеритом, а не осквернителем гробниц! – Вообще-то я всего лишь зеленый неофит. Но все равно никто не в праве заставлять меня лезть в эту дыру, ведущую, казалось, в никуда! – Да, Первосвященник Маркус ожидал, что я буду сопровождать вора. Но никто не предупредил, куда может привести эта экскурсия!

 – Ты идешь или как? – нетерпеливо прогремел голос Гарретта откуда-то снизу. Моя сопротивление вновь было сломлено. Нерешительно бормоча, я упирался спиной в стену шахты, карабкаясь вниз. Это оказалось довольно просто, нужно было лишь не дать панике завладеть собой. Слабый дневной свет растворился где-то наверху и теперь еле-еле можно различить лишь контуры стен. Тут внутри они были холодными и гладкими, но хотя бы не сырыми.

 В конце концов стало совсем темно. Я чувствовал себя заживо погребенным, а внутри рос животный страх, затруднявший дыхание. „Только без паники“ – бормотал я про себя, но уже не контролировал собственные действия. Почувствовав судороги в ногах, попытался остановиться, чтобы дать отдых ноющим мышцам, но вместо этого беспомощно соскользнул на несколько метров вниз, и лишь небольшой выступ спас меня от падения. Задыхаясь, я вцепился разламывающимися от боли пальцами в камень, а ноги со всей силы упирались в противоположную стену шахты.

 – Чего ты там застрял? – послышался снизу голос Гарретта. Очень хотелось сказать в ответ что-нибудь едкое, но надо было беречь дыхание, чтобы не свалиться. Руки и ноги тряслись.

 Лишь спустя некотрое время я снова был в состоянии карабкаться дальше. Наконец-то снизу пробился тоненький лучик света, это придало мне мужества. Достигнув выхода из шахты, я очутился рядом со своим спутником. Мы стояли на нескольких досках, которые на головокружительной высоте кое-как образовывали перекрытие над огромным помещением, между ними зияли огромные дыры. Ненадежные опоры под нами прогнили насквозь и покрытылись плесенью, так что было жутко там находиться – я все время опасался падения. Но Гарретта абсолютно не волновало состояние ветхих стропил, он на моих глазах уселся на них, болтая ногами над пропастью. Не было особого желания следовать его примеру, когда он безмолвно указал вниз. Однако я, борясь со смертельным страхом, все же подполз поближе, заметив обычную насмешливую улыбку.