Посмертие. Второй шанс
Шрифт:
Так, избегая схваток с хищниками и крупными травоядными, точно так же, как и ненужных разговоров, отряд вышел к берегу большого озера. Звериное чутьё Грефа вывело воинов как раз к искомой цели, и к исходу четвёртого для их взорам отрылся поросший древними деревьями холм, который стал вполне надёжным убежищем для нескольких десятков человек.
Ничего не говорило о присутствии здесь какого-либо врага, но Лангак оказался верен своей новоприобретённой параное. Жестом он приказал всем оставаться под прикрытием густого кустарника, после чего добрых полчаса пристально осматривал холм и его окрестности. Греф не разделял опасений молодого вождя, но и виду не подал. Наоборот, он предпочёл укрепить авторитет главы отряда и присоединился к рекогносцировке, используя то свое чувство, которое было у него более развито, чем у соплеменников. Но запахи тоже не свидетельствовали о возможных неприятностях.
Наконец Лангак счёл результаты наблюдения удовлетворительными. Он прижал ко рту кулак и выдал звук, практически не отличающийся от рева местного оленя. О том, какому животному подражал молодой вождь, Греф догадался, хотя именно такого звука ему ещё не доводилось слышать. Впрочем, не составляло большого труда догадаться, что в качестве условного сигнала будет использоваться рев животного, который не соответствует сезону, например. В ответ с вершины холма раздался громкий стрекот, сменившийся серией цоканий, будто в кроне одного из древ сорились сойка и белка.
Выслушав эту мнимую перепалку до конца, Лангак жестом приказал воинам двигаться к холму.
– Всё в порядке?
– решил уточнить обстановку Греф, обращаясь к собеседнику, впрочем, почти на грани слышимости.
– Все живы. Но утром были замечены чужаки.
'Только этого ещё не хватало', - подумал Греф, но продолжать расспросы не стал.
Сохраняя полное молчание, а также максимально избегая открытых участков, отряд добрался до подножия холма. Здесь их уже ждал воин, разрисованный в уже знакомый Грефу 'камуфляжный окрас'. Оборотень решил составить компанию Лангаку и тоже выслушать новости. И не он один - такого же мнения оказался и Глатак.
– Утром на берег озера вышел чужак. Нас он не заметил. Напился воды, поймал дротиком рыбину, съёл её сырой и ушёл в сторону островов.
– Он был один?
– Мы видели только одного. Искать следы не стали.
Греф было удивился такой осторожности, но тут же сообразил, что не прав. Воины не могли поступит иначе: слишком мало их осталось с женщинами и детьми. Так что решение затаиться было в данной ситуации самым верным. Раз их не обнаружили, то и незачем лишний раз рисковать.
– Как он выглядел.
– Высокий. Худой. Очень сильный - рукой метнул дротик с берега и убил большую рыбу. Раскраски на нём не было. Только ожерелье на шее.
– Ожерелье?
– Да. Но из чего оно - не разглядели. Далеко.
– Он был вооружён только дротиком?
– У него ещё было копье. Я такого ещё не видел. Таким в лодке грести можно. Ещё был нож. Больше мы ничего не могли разглядеть.
При этих словах Греф непроизвольно потянулся к шраму на боку. Описание копья было очень знакомым. Да и внешность его владельца очень напоминало оборотню одного из противников.
Отряд уже исчез среди деревьев, а потому никто не увидел, как Греф стал объектом внимания трёх собеседников. Поначалу он не понял, что случилось, но спустя пару секунд сообразил, в чём дело. Догадка породила в его груди звериное ворчание, которое и заставило соплеменников насторожиться. Пришлось объясняться.
– Хиддим, - коротко поведал Греф о причине такого своего поведения.
– Ты уверен?
– переспросил Лангак.
– Я так думать. Чужак похож на враг, который ранить меня.
Воцарилось молчание. Все знали обстоятельства возвращения Грефа в родное племя, и теперь его подозрения заставляли насторожиться ещё больше.
– Надо искать следы, - наконец решительно произнес Лангак.
– Я искать, - тут же взял в свои руки инициативу Греф, - Один, и он протянул свое оружие соплеменнику.
– Греф, - пристально посмотрел оборотню в глаза молодой вождь, - Только следы. Никаких сражений. Здесь мало воинов и много женщин с детьми. Сейчас не время для мести.
– Понимать. Я только искать и смотреть следы. Очень осторожно.
– К ночи возвращайся.
Греф кивнул и повернулся к встречавшему их воину.
– Покажи место, где ходить чужак.
Воин посмотрел на Лангака, и тот утвердительно кивнул головой.
Поиск и изучение следов Греф начал на том участке берега, на котором видели чужака. Едва провожатый удалился, оборотень тут же принял звероподобный облик и начал старательно принюхиваться. На мелкой мокрой гальке надеяться отыскать какие-либо отпечатки или запахи было делом безнадёжным, а потому поиски отправной точкой стал кустарник, росший чуть поодаль от кромки воды.
Грефу повезло. Благодаря звериному чутью он уже довольно скоро обнаружил едва заметные отпечатки ступней неизвестного. Впрочем, его познания в науке чтения следов пока находились на очень низком уровне, и потому к наступлению он с достаточно большой долей уверенности мог утверждать только две вещи. Чужак пришёл со стороны большой реки и действительно направился к гряде островов. Хотя других следов оборотень не обнаружил, но утверждать, что неизвестный только один было нельзя. Он вполне мог быть разведчиком, который направился к месту встречи с основными силами.
Но когда Греф уже собирался возвращаться, удача ему улыбнулась: недалеко от берега он заметил сломанный дротик. Подобрав находку, оборотень заторопился к холму - темнело, и Лангак уже наверняка начал беспокоиться.
***
– Он один, - с уверенностью сказал Огра, вернув находку Грефа Лангаку.
Оборотень вернулся, когда уже окончательно стемнело, и, не обращая внимания на приветствия соплеменников и родственников, сразу же направился к молодому вождю. Тот в свою очередь немедленно созвал совет всех свободных от дозора воинов, а также шамана и ведьмы. Неизвестность куда неприятнее, чем знание о том, что в окрестностях бродит целый отряд врагов. В последнем случае хотя бы знаешь, что предпринять.
– Один?
– переспросил Греф.
– Наконечник грубый, - брат понял, что объяснить свои выводы всё же придётся, - Сделан из обыкновенного камня. Древко грубо остругано. Плохое оружие: таким охотиться на зверя больше кролика нельзя. Охотник делает такое, когда далеко от племени, а оружие сломалось или потерялось.
– Дозорный говорить о копье, - засомневался Греф.
– Чужаку предстоит долгий путь. Опытный воин не будет рисковать хорошим оружием ради охоты, если до дома ещё далеко, - ответил Лангак, - Огра прав. Чужак здесь один.