Чтение онлайн

— Теодор, можете пожалуйста убедить своего сотрудника, что не собираетесь делать ничего плохого со мной или моими людьми? — Глава мутантов в этот раз заходит с другой стороны.

— Мне кажется, что волноваться в данной ситуации все же нужно мне, — хмыкает генерал. — Двое мощных мутантов внутри моей базы, еще и идут к моей дочери. А скольких вы могли привести с собой и оставить снаружи — никому не известно.

— Я бы не стал рисковать и приводить своих людей к военным, — Максим немного удивляется словам Теодора. — Хватит мне одного бездумных нападений. К вашему сведению, мы такие же люди и тоже хотим жить спокойно.

— Ничего против этого не имею, — генерал говорит с легкой грустью в голосе. — Не забывайте, моя дочь — неконтролируемый мутант.

— Рори уже ждет нас, — вмешивается в диалог Джейк, а затем представляется. — Я Джейк — ее врач. И друг. Работаю с Кирой.

Коридоры больницы кажутся слишком длинным, светлыми и напряженными. Запах лекарств неприятно щекочет нос. Я сосредотачиваюсь на своем состоянии. Когда глава мутантов рядом со мной, мои чувства слишком острые. Я будто становлюсь другим человеком. Не уверена, что мне нравится это. Я чувствую слишком многое, а это не только приятные эмоции. Все сразу накрывает волной, с которой справиться сложнее обычного.

Аврора встречает нас радостно, но видя незнакомые лица тушуется и становится более сдержанной. Она не знает, что будет в этот раз. Девочке пришлось пережить немало, а я и вовсе позволила ей почувствовать себя вновь нормальной.

— Рори, привет, — выступаю вперед я, полностью беря себя в руки. — Как твои дела?

— Нормально, — тихо отзывается ребенок.

— А я привела к тебе своего друга, — показываю взглядом на главу мутантов. — Его зовут Максим, он такой же как мы.

Мужчина машет рукой в знак приветствия, не спеша подходить. Все понимают напряженность ситуации. Ведь сегодня сыворотку девочке еще не кололи, а значит ее сила уже должна была начать рост.

— Скажи, ты сейчас слышишь голоса? — Уточняю у малышки.

— Вдалеке, — тихо признается Аврора, но этого достаточно, чтобы Максим услышал и нахмурился.

Мужчина подходит ближе к нам, присаживаясь, чтобы находиться на уровне с ребенком. Он немного улыбается, чтобы не пугать девочку.

— Позволишь мне послушать, что они говорят? — Мутант протягивает руку малышке, давая ей выбор. У меня по коже пробегают мурашки, оборачиваюсь к генералу и доку. Они смотрят на нас с напряжением, но не вмешиваются.

Аврора на минуту задумывается, её тонкие пальцы нервно сжимаются, а затем она всё-таки протягивает руку главе мутантов, осторожно касаясь его ладони. Макс, стоявший рядом, напрягается, будто чувствует что-то ещё до того, как это случается.

И тогда всё вокруг меня начинает плавиться, как старая плёнка в перегретом проекторе. Больничная палата с её серыми стенами, запахом лекарств и тихим гулом аппаратуры вспыхивает белым светом, и я проваливаюсь в чужой мир.

Я оказываюсь в просторном зале. Мерцающий полумрак свечей бросает дрожащие тени на стены, высокие арки под потолком обтянуты тёмными тканями, словно поглощающими свет. Люди вокруг — оживлённое море ярких одежд, блеска драгоценностей и приглушённого смеха. Они пьют из высоких бокалов, еда на столах выглядит изысканно, воздух пропитан ароматом вин, пряностей и лёгкого оттенка горящих фитилей.

Но что-то не так.

Ощущение чуждости вползает мне под кожу, заставляя оглядываться. Гул голосов перекрывает странное напряжение в воздухе. Я не понимаю, кто эти люди, но вижу, как между ними проплывает девушка с озерно-спокойными глазами. Её лёгкое платье касается пола, пальцы чуть касаются пламени свечи — и огонь сползает вниз, пожирая тонкую материю скатерти. Она даже не замечает этого.

Я хочу двинуться, предупредить, сказать хоть что-то — но не могу. Я здесь только тень, призрак, немой свидетель.

Девушка прижимается к мужчине с оружием. Тот едва слышно кивает. В другой части зала другой охранник мягко оседает на пол, будто засыпает. Кто-то в толпе, не прерывая разговора, прикрывает двери. Щелчок замка режет тишину громче, чем удар колокола.

Внезапно слова вырываются из потока голосов, как чёрные капли на белой ткани:

— Они хотят убить всех.

Что-то внутри меня застывает, и мир замирает вместе со мной.

Первый крик — тонкий, острый, пронзительный. Я успеваю увидеть, как мужчина в богато расшитых одеждах хватается за живот. Из-под его пальцев вытекает что-то тёмное. Капли крови падают на мрамор, превращая его в расколотое зеркало.

Воздух густеет от криков, запаха крови и горящей ткани. Я чувствую это на вкус, железистый привкус смерти. Люди мечутся, их одежда цепляется за опрокинутые столы, за руки тех, кто уже не встанет.

Женщина с распущенными волосами бросается прямо ко мне, протягивая руки вперед. Глаза её огромны, губы бледны.

— Помогите… отпустите!

Я отшатываюсь, но мне некуда. Чьи-то руки хватают её сзади, она кричит, но её голос тонет в общем гуле.

И вдруг — удар.

Я больно бьюсь спиной о стену. Мир трескается, ломается, разлетается сотнями острых осколков… и я снова в палате.

Холодный свет ламп. Запах антисептика. Тишина.

Все смотрят на меня. Аврора чуть подаётся вперёд, её глаза расширены. Макс нахмурен, мутант стоит неподвижно, но в его взгляде что-то изучающее, сосредоточенное.

Я тяжело дышу, не в силах сразу осознать, где я. Только одно ясно — то, что я видела, было реальным. Слишком реальным

— Ты в порядке? — первой нарушает тишину девочка.

— Да, — улыбаюсь и вру я всем. — А ты?

— Голоса стали совсем тихими, — улыбается малышка. — Дядя Макс спрятал меня от них.

— Мы выделили Максиму комнату рядом с твоей, — говорит генерал, когда мы оказываемся на улице.

Солнце давно скрылось за горизонтом, дорожки освещаются только тусклыми фонарями. Солдаты уже не выглядят такими напряженными, хоть и продолжают внимательно нести пост на своих местах.

— Спасибо, — киваю я. — Мы дойдем сами, если позволите?

Генерал немного мешкает, но все же разрешает нам уйти одним. С его стороны очень рисковый поступок. Все же мне удалось заслужить его доверие, да и Макс пока не косячит.

Я завожу главу мутантов в свой новый дом. Хочу поговорить с ним, да и не вижу смысла в отдельной комнате. Мы с ним далеко не чужие люди.

— Что произошло в палате? — Первым задает вопрос мужчина, когда мы присаживаемся за стол.

Я медленно завариваю чай и разливаю его по кружкам, не спеша делиться с мужчиной историей. Хочется подобрать слова, чтобы объяснить произошедшее, но я сама не понимаю, что это было. Комната наполняется теплом и ароматом чая с чабрецом. Запах этой травы напоминает мне детство, когда мир вокруг был безопасным и простым. Мама всегда покупала именно такую заварку. При чем она любила ходить за ней на небольшой рыночек, неподалеку от дома… Почти в таком же месте сейчас я покупаю свой чай. Это будто связывает меня с той жизнью, которая была «до». Та самая мелочь, которая возвращает давно утраченное чувство спокойствия.