Чтение онлайн

— Руслана, — громкий окрик Максима заставил вздрогнуть. С той самой первой секунды, что мы встретились на поляне, он больше не разговаривал со мной — был занят. А я ни разу не подошла, чтобы поинтересоваться о его самочувствии. Достала с вопросами о здоровье соседа Авдея и Имира, но к самому Максиму подойти так и не решилась. Слышать сейчас его голос было тяжело, а от внимательного хмурого взгляда почему-то становилось стыдно.

— Вы куда?

— К реке, — отозвалась я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, — мы попросили Андрея с нами сходить, не переживай.

Не уверенна, что он переживал, но сказать это почему-то казалось необходимыми. Максим мне ничего не ответил. Велел Андрею и его другу не спускать с нас глаз и снова вернулся к разговору с Ильей.

Солнце еще не показало свои яркие лучи, но в лесу рассвело окончательно. Вокруг вовсю щебетали пташки, весело переговариваясь друг с другом, словно ничего и не случилось. Словно и не было этого ужаса на поляне. Хотя что им переживать-то, утро наступило — вот и счастье.

Я тяжело вздохнула и переступила крупную ветку. Земля, кстати, почти полностью была усыпана всяким мусором и ветками, видимо, поломанными вчерашним ветром. Идти к реке было куда сложнее, чем пару дней назад. Еще и скользкая трава заставляла несколько раз оступаться. Благо, Андрей был рядом и не позволял мне в прямом смысле ударить в грязь лицом, вовремя подхватывая под локоть.

— Спишь на ходу, — заметил он как я сцеживаю в кулак зевок. — Может, лучше на поляну вернешься?

От усталости проснулось раздражение. Парень не сказал ничего плохого, но всеобщая уверенность в моей слабости изрядно бесила. Ссориться я не хотела, поэтому фразу парня просто оставила без внимания. Он, кажется, обиделся, и за оставшийся путь до речки не произнес ни фразы. Зато его друг Ярослав, которого Стёпка панибратски называл Яром, болтал без умолку. Этот большой бородатый человек будто бы и не устал вовсе за прошедшую ночь. Распускал шуточки и заставлял Стёпку заливисто хохотать в полный голос. Я же в его смешные речи не вслушивалась — сил не было.

Вода в реке оказалась очень холодной. Странно, еще день назад я здесь спокойно плавала, а сейчас даже руку опустить казалось невозможным. Эх, сказки, что с них взять.

Мы со Стёпкой честно разделили посудины пополам и принялись мыть. Те, в которых варились особенные лечебные кашицы, отмываться совершенно не хотели. Как выяснилось, прилипшие к краям остатки лекарства сдирались только вместе с нашими ногтями и никак иначе.

— Эх, водоросли нужны, — вздохнул паренёк спустя несколько долгих минут бессмысленных попыток. Пальцы в воде уже закоченели и не гнулись, а сама мысль шагнуть подальше в речку за теми самыми водорослями показалась мне дикой.

— Может, прокипятить, — с надеждой предложила я альтернативный вариант.

— Пригорят, — со вздохом отозвался Стёпка, — тогда вообще только на выброс.

— Тык, ежели надо, давайте я нырну!

Мы со Стёпкой одновременно обернулись и удивленно уставились на широко улыбающегося Ярослава. Мужчина с готовностью стянул с себя верхний слой тонкой кольчуги и шагнул вперед к берегу. Попрыгал немного на месте для смелости, помахал руками, разгоняя кровь и ступил в ледяную воду. Я охнула, а Андрей с рыжиком изумленно покачали головами.

— А может, не надо? — протянула я, с беспокойством следя за действиями воина. Все-таки так просто такое купание точно не закончится. Придется потом еще и его лечить, уж лучше и правда просто выбросить котелки.

— Да не переживайте Вы, — махнул здоровой ручищей Ярослав. — я привычный. На Севере рос, для меня холодная вода, что молоко парное — одинаково полезно.

Он сделал еще шаг и даже не поморщился. Казалось, его совершенно не трогает ни низкая температура воды, ни колючие камешки на дне. Он дошел примерно до середины реки и уровень воды теперь достигал ему груди, наклонился и принялся срывать водоросли, которых нам с берега даже не было видно. Река была спокойной. Прозрачная водная гладь едва заметно проходила редкими волнами от несильного течения и действий Ярослава. Я устало покачала головой и решила отойти на пару шагов от берега, чтобы присесть на сухую траву и отдохнуть. Сил не осталось совсем. Я вдруг ощутила, насколько же на самом деле устала. Хотелось просто вернуться в палатку и забыться сном, желательно, рядом с Максимом. Чтобы точно знать, что Хранитель вернулся, лежит рядом живой и испаряться никуда не собирается.

Я рассеянно рвала вокруг себя мелкую травку и несфокусированным взглядом наблюдала за спинами Андрея и Стёпки, которые что-то ободряюще кричали продолжающему рвать водоросли Ярославу. Сон накатывал все сильнее и в какой-то момент мне показалось, что я задремала, поэтому, когда что-то холодное и тяжелое ткнулось мне сзади в плечо, я распахнула глаза от испуга. Сердце в страхе забилось. Где-то внутри задрожали поджилки, и я физически ощущала чужое тёплое дыхание на своем плече.

Закричать не получалось. Было настолько страшно, что я соображать нормально не могла, не то, что двигаться, или издавать какие-то звуки. Однако обернуться все-таки пришлось, потому что то, что находилось сзади оказалось существом нетерпеливым. Оно ткнулось еще пару раз в мое плечо, а потом до ушей донесся едва заметный рык. Я мысленно уже попрощалась с жизнью и медленно обернулась.

Волк стоял в паре сантиметров от меня. Его лохматая морда не выражала никаких дружественных намерений в мою сторону. Влажный блестящий нос недовольно дергался, оскал демонстрировал все острые зубы в пасти, а в серых глазах читалась жажда убийства.

— Мамочки, — одними губами просипела я, с трудом поднимаясь на дрожавшие ноги.

Первым желанием было кликнуть Андрея и Ярослава, но как только я собралась открыть рот, волк растянулся в еще более широком оскале, будто предупреждая, чтобы я не делала глупостей. А потом, кусты позади него зашевелились и среди веток появилось еще штук шесть таких же морд. Все одинаковые, озлобленные и тихо щелкающие пастями. И лишь одна из них— самая большая и с шерстью насыщенного серого цвета, вместо блёклого, была мне смутно знакома. Вернее, не столько морда, сколько глаза, которые никак не вязались с привычным образом волка. Ярко-желтые с темными зрачками.

Ага, значит не показалось мне тогда в первый день в доме. Было там все-таки страшное чудовище. И предупреждало тебя, Лесницкая, чтобы ты сразу же сбегала к черту из этой деревни. Но твое безумное любопытство здравого смысла сильнее, верно ведь?

Волк с желтыми глазами явно был вожаком. Он, как и другие, не произнес и звука, но я при этом услышала в своей голове его сипящий голос. Слова было разобрать трудно из-за обильного количества рычащих звуков, но я, видимо, от страха, поняла все с первого раза.

— Если не хочешь, чтобы мужчины и ребёнок погибли от наших зубов, молчи.

Веское предупреждение. Я медленно оглянулась на реку. Андрей со Стёпкой смеялись, наблюдая за запутавшимся в водорослях Яром, который с трудом держался на ногах, пытался не упасть и смешно при этом дергал огромными ручищами.

— С нами пошли, Хр-р-р-ранительница. Молча.

Я снова повернулась к желтоглазому волку и вдруг почувствовала, как по щекам текут слезы. А еще окончательно убедилась в том, какая же я все-таки дура.

Уйти с побережья бесшумно не составило труда. Зычный гогот упавшего все-таки в воду Ярослава и заливистый смех Стёпки перекрыли все остальные звуки. Треск кустов, когда я аккуратно перелазила через ветки никто даже не заметил.

— Куда мы идем? — дрожащим шепотом спросила я, когда оказалась в плотном кольце волков. Они все шли за вожаком и не оставляли мне никакой возможности для побега. Да и куда я побегу? Для чего? Чтобы тут же пасть жертвой острейших зубов, позволяя отряду найти себя разодранную по кусочкам?