Чтение онлайн

— Ну, э-э-э…

— Так и знала, — орчанка улыбнулась. Обожженным концом она нарисовала на камнях пола круг. — Это мир Граин-Тре. А это твердь. — Внутри круга появилась кривая клякса. — С реками и горами, лесами и океанами. На которой живут люди, орки, эльфы и еще лакх знает кто, кого можно встретить в глубинах вод и под сенью листвы. В центре тверди, — посреди кляксы Ррр поставила жирную точку, — поднимается могучий ствол Сердарриса — мирового дерева, в ветвях которого живут боги, те кто хранит мир Граин-Тре и поддерживает в нем порядок. Сердцевина дерева держит мировую ось, а ветви — хранят небосвод, по которому путешествует Дарлин, бог-садовник, что взращивает яркий плод солнца. Из-под корней Сердарриса бьют ключи, дающие начало трем полноводным рекам, — от центра к краям в разные стороны побежали извилистые линии, — Ларейне, Инари и Джарайле. Они несут свои воды к Окраинному океану. В этой воде живет магия. Она искрится в каждой капле, проникает повсюду: низвергается дождем, струится соком в луговых травах и могучих стволах деревьев, бьется кровью в наших венах. Она повсюду. Мир Граин-Тре пропитан магией, словно сладкие хлебцы патокой.

Это что же получается? Что магии в этом мире, как кислорода в воздухе, и любой житель этого мира — маг по определению? Везет же некоторым! Это же мир тысячи возможностей получается, если каждый может колдануть себе все, что хочет.

Я задумчиво прикусила губу.

Может Ррр все-таки ошибается, и у меня есть магия? Я ведь тоже пила их воду? Сколько там нужно? Бочку? Цистерну? Две цистерны? Скажите, сколько нужно — выпью и не лопну. Особенно под присмотром какого-нибудь симпатичного декана какой-то супер крутой академии, ну раз уж с султаном ничего не получилось.

— Значит, все здесь — маги? — на моих губах расплылась довольная улыбка.

— Можно и так сказать. Но не ты.

Мои мечты швырнули на асфальт и прошлись по ним камазом, похоже академка у меня отменяется.

Ррр продолжила:

— Это правда, что в каждом жителе Граин-тре есть магия, но она обусловлена умениями. Кто-то строит города, споря с законами природы, кто-то, — Ррр кивнула на Арвена, который с начала разговора даже не шелохнулся, — способен разговорить мертвых, а кто-то печет самые вкусные пироги. Часто все зависит от потенциала, обучаемости и резерва. Согласись, встретить в таком мире человека с абсолютно нулевым потенциалом куда как странно.

Действительно, странно. Я сделала жалкую попытку оправдаться.

— Ты сказала, что я могу быть песчаным человеком?

— Так мне показалась вначале, — кивнула Ррр, — но даже у них, живущих в жарких песках, где волшебная влага на вес золота, есть в груди капли магии. Их мало, но они есть. У тебя же — пусто. Словно она никогда не касалась тебя.

Я недовольно фыркнула:

— Что-то и я не заметила, как ты швыряешься фаерболами.

Ррр раскрыла ладонь, над ней сформировалась крупная снежинка.

— Конечно, это не моя специализация. Я больше лекарь и слухач. Но твои вопросы навевают на интересные мысли.

Мне пришлось опустить глазки и уткнутся взглядом в каменную пыль.

Твою мать! Кто ж знал? Я, обычный человек, теперь оказалась белой вороной в мире магии. Впору зайтись истерическим смехом. Не помню, кому из героических попаданце доставалась такая сомнительная честь?

— Но она приказывала медведю, — пренебрежительно бросил Арвен, словно поймал меня на шулерстве. — Ты знаешь, не будь она магом, ей бы это не удалось.

Ррр почесала свой затылок и поинтересовалась у меня:

— Занятно. И как у тебя это получилось? Арвен прав, говорить с медведем странно, особенно учитывая, что эти звери не поддаются дрессировке.

Если бы я знала! Вся моя маскировка летела в бездну.

— Может, у меня обаяние зашкаливает. Может, медведю стало меня жалко. Да мало ли какие мысли могут бродить в лохматой голове. Отсутствие магии здесь что, прямо такая редкость? — с досадой спросила я, стараясь отступить от недовольного Арвена как можно дальше.

— Скажем так, — скептически улыбнулась орчанка, разглядывая меня так, словно у меня на лбу рог вырос, почти как у медведя. — Ты — первый подобный экземпляр. Боюсь, такую диковинку многие захотят получить.

Я медленно выдохнула сквозь сжатые зубы. Вот теперь для них я точно выродок. Мне пришлось силой подавить охватившее меня раздражение.

— Это видят все? То, что у меня нет магии?

— Нет. Только, те у кого хватает умения взглянуть в глубину души. Это единственное, что тебя волнует?

Да у меня прорва вопросов!

Но начать следует с основного: как скрываться мире, где есть вероятность нарваться на какого-нибудь мага, который раскроет тебя за пару секунд, а потом сдаст в зоопарк, словно редкую зверушку, или в кунсткамеру, как диковинку. Ну, почему нормальные люди попадают в миры, где запросто становятся супермагами? А мне достался этот, где маги все, кроме меня? Проклятое везение!

Арвен смотрел на меня взглядом энтомолога, решая что лучше: посадить в баночку эту непонятную букашку или лапки оторвать? Все-таки хорошо, что мне с самого начала дефективный маг попался. Ррр хотя бы адекватная: в банку пихать не собирается.

Задумчиво я прошлась пальцами по витой поверхности посоха.

Отыгрывать трубадурочку дальше не имело смысла — все равно они мне не поверят. Идеальная легенда летела коту под хвост, а в моем случае — к медведю.

А выбор-то невелик: затихариться и плыть по течению или сказать правду и попросить помощь. Во втором случае искать забытого бога будет куда проще. Внутренние весы колебались со скоростью свихнувшегося маятника.

На меня пытливо смотрели две пары глаз.

«Нет, если не хочешь, можешь не говорить», — взгляд Ррр был по-родительски теплым, так смотрят на ребенка, который думает, что смог всех обхитрить, прикрыв спиной разрисованные обои.

«Ну, давай, выдай еще одну ложь», — Арвен, ожидая подвоха, наоборот глядел подозрительным бараном, который вдруг заметил отсутствие ворот.

Я мило и злобно улыбнулась ему: если скажу правду, твои мозги свернутся похуже воображаемых рогов.

Хотя с чего это я решила, что им неизвестно про чужие миры? Может, тут попаданцы ходят как у себя дома.

Внутренний маятник замер. Качайся — не качайся, а помощь нужна. Сама не справлюсь. Ведь чувствовала же, что все равно когда-то выдам себя.

«Твою мать! Да, пошли вы все! Желаете правды? Получайте!», — подумала я и начала изливать душу.

Арвен

Подобного бреда мне еще не приходилось слышать.

Я поверил Кривоглазому. Когда он, ползая на коленях между трупов, сваленных у подножья гробницы, божился, что безжалостно вырезал своих подельников, потому что был охвачен духом Райгонара третьего. Кто же знал, что этот кровожадный самоучка действительно вплел свою суть в металл меча. Пришлось уничтожить его, а с ним и безумного конунга.