Чтение онлайн

Уже у широко распахнутых ворот я остановилась, воровато огляделась по сторонам, мало ли кто по углам прячется? Но вокруг было спокойно. Люди, снующие по двору, совершенно не обращали на меня внимания. А лопухи в тени все также тянули свои ладони, выпрашивая милостыню у солнца.

Я прокралась в конюшню и застыла, увидев трех монахов стоящих перед Мишшем. Похоже, тех самых, которые недавно вошли в трактир.

Они внимательно рассматривали моего метаморфа, о чем-то перешептываясь. А он в ответ так же внимательно рассматривал их взглядом обалдевшего медведя, в берлогу которого сунулись три идиота.

Я мысленно взмолилась: «Только без шума».

Один из монахов словно услышал мои мысли и обернулся.

У меня вспотели ладони. Захотелось развернуться, рвануть назад и позвать остальных, но нельзя, меня уже заметили. Вскоре к любопытному монаху присоединились остальные. К тому же, краем глаза я заметила еще двух, мелькнувших по обе стороны двери. Рвать когти было поздно. Мозг заметался хомячком по клетке в поисках выхода.

— Лайра? — обратился ко мне один из балахонов. — Это ваша лошадь?

«Он конь, идиот», — нервно подумала я и потянулась к подарку Арвена.

Сжала в ладони кристалл, а затем мысленно зашептала словно мантру: «Я как все, как все, как…».

Поток мыслей оборвал Мишш. Видя мою растерянность, метаморф раззявил рот и стал примеряться к тощему монаху, который стоял слева от него, хотя если честно, правый был куда полнее.

«Фу, не ешь каку!», — мысленно прикрикнула я. Мишш недовольно покосился. «Пока сиди тихо, прикинувшись бабочкой», — скомандовала я ему. — «Для начала попробуем разобраться без кардинальных решений». Метаморф кивнул.

— Лайра? — переспросил тощий монах, не подозревая, что я спасла его жизнь.

— Ну, — я пыталась придумать ответ, — как бы-ы-ы-ы…

Внимание балахонистых было приковано ко мне, поэтому они не заметили, как за их спинами тело Мишша стало принимать размытую форму.

А я заметила! Он что?! В бабочку превращается?!

— Не буквально! — истерически заверещала я, обращаясь к метаморфу. То, что при этом монахов слегка перекосило, да в стойлах шарахнулись испуганные кони — побочный эффект, зато Миш остался в прежней форме.

— Э? — дезориентированно произнес полноватый балахон.

— Я говорю, буквально вчера мой попутчик одолжил мне эту лошадь. А так она не моя, — выпалила я чуть тише и невинно захлопала ресницами.

Мишш уставился на меня с немым укором. Ну, а что делать?

Зато монахи удовлетворенно кивнули, явно они не меня ожидали увидеть. Один из них подошел ко мне ближе и отбросил капюшон на спину.

Я ахнула. Передо мной стоял Брэд Питт в молодости, в полном расцвете сил. То есть его иномирная точная копия, и плевать, что макушкой он едва доставал мне до кончика носа. Готова спорить, что в моих глазах промелькнуло изумление, потому как губы монаха изогнулись в снисходительной улыбке. Видимо, он был доволен произведенным эффектом. Жаль, бедолага не правильно понял его причину.

— Лайра, вы знаете, кто ваши спутники? — спросил он мягким, обволакивающим баритоном, от которого в моей груди потеплело.

— Кто? — вкрадчиво переспросила я и заметила, как от монаха в мою сторону поползли золотистые дымные щупальца.

Да у нас тут маг! И, похоже, он, так же как и Пелагий, способен навевать чувства. Монах, выжидая, наблюдал за мной. Я позволила дымному золоту коснуться себя, а потом закатила глазки и томно выдохнула. Негоже человека расстраивать. Хорошо, что слюну не пустила, отыгрывая полную влюбленную дебильность.

Недовольство Мишша затопило сознание. Я мысленно шикнула на него, нечего мешать мне развлекаться

Монах подошел ближе и, приподнимаясь на цыпочках, прошептал на ушко:

— Это опасные люди.

Я испуганно вскрикнула и обмякла, изображая обморок. Монах подхватил меня. Его объятье было довольно крепким и вполне уверенным. Похоже, ему не привыкать обморочных лайр тискать. Мишш предупреждающе фыркнул, мне пришлось срочно «очнуться».

Заметив это, монах поставил меня на ноги.

— Насколько опасные? — спросила я и посмотрела в его глаза.

— Очень! — его взгляд был честным до безумия. — Один из них государственный преступник. И, если вы поможете нам, то Венец будет у вас в долгу.

Толку-то! Еще ни одно государство не оплачивало свои долги, прощая их тем, кому должно.

— А вы ведь поможете? — в голосе монаха звучал не вопрос, скорей утверждение.

— Конечно, — трепетно вздохнула я. — Я на все готова.

Мишш презрительно фыркнул.

Монах охватил руками мои ладони и молитвенно сложил их, многообещающее улыбнулся, а затем вложил в них маленький пузырек.

Я испуганно захлопала ресницами, непонимающе уставилась на него:

— Вы предлагаете отравить их?

— Нет, нет, — неожиданно быстро затараторил он. — это всего лишь снотворное. Я не могу сделать из такой восхитительной лайры убийцу.

Сделал бы, по твоим глазам вижу. Еще как сделал бы, но Арвен вам живем нужен. Мне, кстати, тоже.

Я сжала пальцами холодное стекло.

— Хорошо.

Во взгляде брэдпиттовского типа промелькнуло удовлетворение.

— Благодарю, — произнес он. — Когда ваши попутчики уснут, мои братья придут за ними.

— А вы? Вы будете с ними?

— Конечно, — он нежно провел по моей щеке.

Я сдержала порыв ответить ему взаимностью и огреть как следует. Поэтому лишь выдохнула:

— Я буду ждать, — надеюсь, в моем голосе звучал достаточный градус восхищения.

Со стороны метаморфа раздалось сдавленное хрюканье. Монах обернулся в его сторону, но тот уже сосредоточенно рассматривал свои копыта.

Брэдпиттовский тип пожал плечами, подозвал других монахов и в сопровождении моего мечтательного взгляда покинул конюшню.

Для верности я выждала еще несколько минут, а затем мотнула головой, сбрасывая идиотское выражение лица, как надоевшую маску. Повернулась к Мишшу.

— Ну вот видишь? Все обошлось. Хотя на всякий случай не расслабляйся, — я подбросила в ладони пузырек. — И я не буду — мне еще мага травить.

Я погладила широкий лоб Мишша, чувствуя под ладонью мягкую шерсть, и вышла из конюшни.

Периодически озираясь, я медленно пересекла двор. Ну, во-первых, мало ли кто за мной мог следить, а во-вторых, это только на пожар торопиться можно, а людей травить нужно вдумчиво и желательно с одухотворенным лицом, которому как нельзя лучше способствует свежий воздух.