Чтение онлайн

— Темнейших, — неуверенно ответила я. — Слевитировать же можно было.

— Я полночи заговаривала зелья, — поморщилась ведьма. — Сил ровно на два расширенных диагноста осталось. До начала эксперимента и после того, как лин Сокол выпьет мой "омут памяти". Над названием ещё работаю.

— Так вы приехали экспериментировать?

— Ну не поступать же в школу, — дочь Верховной улыбнулась. — Нужно было сначала вестника прислать?

— Нет-нет, всё в порядке, — я отодвинула сундук в сторону, чтобы не загораживал гостью. — Я сейчас распоряжусь, чтобы главе охраны передали приглашение в мой кабинет. Тащить вашу ношу в учительское общежитие не слишком удобно.

"Можно случайно встретить Франко и остаться без драгоценного запаса", — добавила я мысленно.

— О, я уже попросила дежурного с ним связаться, — она плюхнулась на стул и поправила бантик на лифе платья. — Лина Амелия, а правду говорят, что ваша посудомойка Сокола приворотным зельем опоила, чтобы окольцевать?

"Значит, слухи уже поползли".

— Обраслетить, — фыркнула я. — Понятия не имею. Совет разберётся.

— Знаю я, как они разбираются, — Бояна разве что не сплюнула. — Сборище ископаемых окаменелостей.

На душе стало тепло. Не только я ругала наших старейшин за устаревшие взгляды.

— Уже успели достать?

— Не то слово, — дочь Верховной тряхнула головой, откидывая тёмные волосы от лица. — Везде нос сунут. “Неприлично так тянуть, пора играть свадьбу”. Какая свадьба, когда во дворце чуть ли не военное положение? Тётя Веда в тюрьме, мама землю носом роет в поисках заговора. Даже Велена умом тронулась. Везде ей дикие мерещатся. Представляете, что учудила? Круг начала собирать. Какой круг в четырнадцать?

— Возможно, это имеет смысл, — дипломатично заметила я. — Если дикие добрались до лины Веданы, то наследнице придётся очень быстро повзрослеть.

— Наследницы Верховной рождаются взрослыми и до Пекла ответственными, — холодно ответила она. — Велена вместо детских сказок изучала сборники предсказаний. Все в куклы играли, а она перебирала костяшки “драконов”. Если сейчас соберёт круг, то потеряет не только детство, но и юношество.

Негодовала старшая сестра. Беспокоилась о младшей, а высказаться было некому. Не с женихом же обсуждать несправедливость в воспитании дочерей монарших особ? Зато я была благодарным слушателем. И эмоции Бояны чувствовала даже лучше, чем она думала. Запах чёрного перца смешался с перезрелым гранатом и сливой. Злость и моральная боль.

— Круг защитит лину Велену, — напомнила я об основной функции ведьминских команд. — Разве нет?

— Министра иностранных дел не защитил, — невеста Этана поджала губы. — Институт кругов устарел так же, как и совет старейшин. Я счастлива, что сумела защитить себя от слияния с двумя едва знакомыми ведьмами. Вы не представляете, каково жить, когда в твою голову в любой момент может кто-то залезть.

“Представляю, — возразила мысленно, — ходит тут один маг с глазами как у Сокола”.

— Вы правы, — признала я вслух. — Мне жаль, что у вашей сестры избежать участия в круге не получится.

— Дурочка безголовая, — выдохнула Бояна.

Настроение ведьмы менялось, будто рисунок в калейдоскопе. В облаке чёрного перца появились нотки мёда и ванили. Гордость и нежность.

Я не могла понять, к чему относятся новые эмоции. Видимо, дочь Верховной транслировала их, вспоминая что-то. Потому как “дурочка безголовая” совсем не вязалось с гордостью.

“А во дворце неспокойно, — акцентировал внимание на главном внутренний голос. — Не зря в посольстве такой бардак”.

Лишь бы политические игры не отразились на жизни клана и школы. Как по мне, что дикие у руля, что Стана с её кругом — без разницы. Ведьмы и в Бездне ведьмы.

Снова раздался стук в дверь.

— Войдите, лин Сокол, — разрешила я, выпрямляя спину.

Волосы заправила за уши и поправила платье под понимающим взглядом Бояны. Наплевать, если догадалась. Даже после ссоры мне хотелось выглядеть хорошо для него.

— Вызывали, лина Амелия?

От официального обращения сводило зубы, но как ещё подходить к обиженной женщине? Хвала предкам, директриса не стояла с огненным шаром в ладони, готовая бросить его в голову жениху. Всего лишь привела в школу ведьму.

— Да, — она подняла подбородок выше. — Закройте, пожалуйста, дверь. И нам понадобится защита от любопытных детей и учителей.

— Плохие новости из клана? — Сокол защёлкал пальцами. Купола вешал, практически не глядя на плетение и не вспоминая слова заклинаний. — Или из Фитоллии? Тёмных ночей, Бояна.

— Темнейших, дядя Сокол — тепло улыбнулась ведьма.

Нет, не намекала, что первый бабник клана ей в отцы годился. Вспомнила, как к нему обращались дети сиделок в лазарете. После ловушки в Трезде он там месяц провёл, а невеста Этана чуть не стала ещё одной сиделкой. Самой внимательной, кстати, и самой говорливой. Все уши ему прожужжала последними достижениями научного зельеварения.

— Новости хорошие, — ответила Амелия. — Не только из клана, но и из фитоллийского посольства. По крайней мере, я надеюсь, что вы сочтете обе новости хорошими.

Она потянулась к деревянному сундучку на столе и открыла крышку, демонстрируя ячейки, заполненные склянками с зеленоватой жидкостью.

— Вот так без прелюдий, да? — усмехнулся Сокол. — Очередной безумный эксперимент над моим бренным телом? Нет, я не против, честно. После машины Джамиса Кайлиссена микстуры и притирания выглядят безобидно. Ни тебе кровавых операций, ни трубок, торчащих из груди. Уютные скляночки, как в аптеке. По сколько капель принимать? До еды или после?

— Не спешите, — попросила Бояна. — Сначала мне нужно вас осмотреть. Проверить, не находитесь ли вы под воздействием других зелий прямо сейчас. Потом я расскажу, как принимать лекарство, а первый глоток сделаете при мне, чтобы я удостоверилась в его положительном действии. Можете считать меня безумной экспериментаторшей, но я в первую очередь думаю о безопасности своих подопытных.

Она сняла с шеи прозрачный камень на цепочке и подошла к нему.

— Я не мешаю? — тихо уточнила Амелия.

— Нет, это несложно, — успокоила её Бояна, качая артефактом. Камень остался прозрачным. — Чисто. Конфликта снадобий быть не должно. Аллергия на какие-нибудь травы есть?

Ведьма повесила амулет обратно на шею и положила ладонь на лоб Сокола.

— Я чешусь от полыни, — признался лучший убийца. — И от крапивы долго волдыри не проходят.

— Угу, их в рецепте нет, вы здоровы, резерв почти полный. И нам нужна хоть какая-то точка привязки. Я понимаю, что память вам стёрли магическим образом, но не бывает так, чтобы совсем ничего не осталось. Не всё хранится в разуме, многое оседает прямо в теле. Особенно чувства. Доротея лежала почти мёртвая, но любила брата и тянулась к сыну. Её взгляд менялся, когда она слышала Данта.