Поспорь на меня
Шрифт:
Рома позволял ей любые фантазии, не в силах посягнуть на этот бархатный, бездонный, совершенно бесшабашный взгляд, по себе зная, как важно иногда бывает именно так выразить свою любовь. Но, когда его любовь победила благоразумие, он перевернул Катюху на спину и уже сам взялся за дело. Нет, терпи, Катька, теперь моя очередь. Я тоже хочу довести тебя до исступления, услышать такие сладкие мольбы из обычно категоричных уст, почувствовать неукротимый жар, ощутить свою необходимость…
И сдаться судорожным объятиям и совершенно нереальной близости.
— Люблю!..
— Никогда тебя не отпущу, Давыдов! — едва выговорила Катя и ткнулась ему в плечо мокрым от слез лицом. Ромка всегда старался, чтобы ей было хорошо с ним, но сегодня, сегодня… — Сумасшедший…
Он быстро и жарко целовал ее во взмокший висок. Связных ответов в голову не приходило.
— Кать… чего ты?..
— В костюме еще этом и с букетом… — продолжила жаловаться она, а сама, найдя его руку, зачем-то все крепче стискивала его пальцы своими. — Где ты столько оранжевых цветов нашел, чертов романтик? По всему городу ездил скупал?
Рома улыбнулся — наверное, криво, но очень весело. Он обожал Катюху! Разве можно было ее не обожать?
— А костюм при чем? — по-прежнему неумно спросил он. Вытащил ее руку на свет, прижался к ней губами. Катя поелозила щекой по его плечу, тоже улыбаясь.
— Ты в нем такой… непривычный… важный… серьезный… — попыталась объяснить она, хотя мысли все еще разлетались и нужные слова не подбирались. — Как будто в «Ланит» на собеседование собрался… или предложение мне сделать…
Она закусила губу и вдруг очень нежно поцеловала его под подбородком. У Ромы переполнило этой нежностью грудь, изгнав оттуда последние сомнения.
— Не так я все это задумывал, — вздохнул он и, подцепив брошенные на полу брюки, достал из кармана красную бархатную коробочку. Открыл крышку, сунув под нос замеревшей Катюхе кольцо, и ласково убрал с ее лба прядь рыжих волос. — Что скажешь?
Катя хлопнула густыми ресницами и подняла было руку к коробочке — но тут вдруг заверещала восторженно и бросилась Роме на шею. Он обхватил ее за талию, едва успевая отвечать на быстрые, жаркие, какие-то отчаянно веселые поцелуи, и, кажется, получил ответ куда раньше, чем услышал его в действительности.
— Ты потрясающий, Ромка! Я всегда знала, что ты потрясающий! — Катя чуть отодвинулась и посмотрела на него горящими глазами. — Екатерина Константиновна Давыдова — только послушай, как звучит!
Он рассмеялся, признавая, что звучит очень даже приятно, и надел наконец на Катюхин палец кольцо. Она глубоко и медленно вздохнула, глядя на свою руку, а потом снова напала на Рому со счастливыми поцелуями.
Чего он вообще боялся?
Рома прижал Катю к себе и сдернул с запястья последний браслет…