Посторонитесь! Лисица идет в Хокаге
Шрифт:
***
Нам дали месяц, это немного для того, чтобы заметно прогрессировать, но касается это не всех. Я тренировалась день и ночь, использовала клонов и специальный полигон, выделенный нам. Первым делом все внимательно осмотрела и перепроверила, слежки не заметила. Что довольно странно, наверное, меня не считают особо перспективной. Это хорошо.
Деревня звука готовит сюрпризы для шиноби листа, я одна из нежданных подарков. Поэтому Орочимару делает все, чтобы моей персоной не заинтересовались. Я рада этому, но есть вещи, которые вызывают во мне беспокойство. Я не хочу убивать жителей Конохи. Сама мысль об этом вводит меня в ступор, не говоря о том, что по моей вине погибнут сотни людей. Вызвать Манду, попутно перебить пару десятков шиноби Листа. Такова моя роль в игре Орочимару.
Мне и раньше приходилось убивать, но то было другое. Когда жертвы - незнакомые люди, пытающиеся лишить тебя жизни - это одно. Когда ты нападаешь на сотни беззащитных - это другое. Мысли перемешались, и свое беспокойство я вымещала на тренировках. Отдалась этому делу по полной, лишь бы не думать о предстоящей резне.
Из жителей Конохи мне никто не нравился, разве что Итачи, но его здесь нет. Вроде бы все хорошо, флаг мне в руки. Я отлично знаю, насколько противны местные жители, но чувствую, что мои будущие действия станут слишком тяжёлой ношей. Я многих лишила жизни, будучи убийцей, мне трудно спать, оставаться наедине. Кроме ненависти во мне ничего нет. Какая же я жалкая.
Наверное, глупо отнекиваться, но страдания этому селению я уже приносила, и, можно сказать, перебила многих, точнее, существо, что во мне, сделало это. Мой отец, интересно, как он отреагировал бы на то, что я буду замешана в уничтожении его деревни?! А еще он говорил про встречу с мамой - они ведь мертвы, эти люди, но им моя роль не понравилась бы. В этом я уверена.
– Нару-сама, вижу, вы вовсю готовитесь, похвально!
– Кабуто снова попытался подкрасться ко мне. Это у него вошло в привычку, хотя, скорее, подобное вызывает у парня азарт. После того, как Орочимару взял меня к себе, подобные вещи часто практиковались очкариком. Наверное, он учился скрывать свое присутствие от моего дара. Но каждый раз проваливался, подобное однажды получилось у санина, когда мы впервые встретились, он затаил свою ауру. Это сработало. Он поймал меня, и теперь Кабуто пытался повторить успех своего учителя.
– Чего тебе, Очкарик? - я даже не узнала свой усталый голос. Почти месяц ни с кем не разговаривала.
– Орочимару-сама просил передать, что операция начнется, когда джинчурики однохвостого будет драться с Саске. О нем он просил не беспокоиться, вас касается только Манда, призовите его.
– Хорошо. Что-то еще?
– Нет, удачного вам экзамена, - Кабуто развернулся и хотел было уйти, но бросил напоследок, - вы отлично играете свою роль!
– Да-да. Только не влюбись в меня, - очкарик ухмыльнулся на мои слова и ушел.
***
Темари окинула меня высокомерным взглядом. В руке у нее был гигантский веер.
– Ну, покажи, чего ты стоишь!
– крикнула девушка, и мощный порыв ветра устремился в мою сторону. Думаю, развязка близка, скоро все увидят - стаю волков в овечьих шкурках. Поэтому смысла сдерживаться нет.
Не знаю, что подумала эта девчонка, когда я исчезла у нее из виду, но страх и удивление охватили ее полностью. Снова повторяю свой жест, поднося кунай к горлу девушки. Точь-в-точь как на отборочном бою.
– Не двигайся! Сэкономь мое время и сразу сдайся, иначе умрешь!
– я говорила уверенным тоном, ни капли сомнений, все уже решено, так уж сложилось, я убийца, и могу только лишать жизни. Наверное, она почувствовала перемену в моем голосе, думаю, Темари поняла, что на мне маска доброй идиотки. Только почему-то куноичи решила драться.
Мы стояли несколько секунд в неподвижности, затем она быстро, во всяком случае, попыталась ударить своим веером. Я уклонилась. Сегодня прольется кровь, так почему же не начать сразу.
– Я человек слова. Экзаменатор, я убью ее!
Тот удивленно вскинул брови, а Темари нервно бросила взгляд на меня, в глазах ее я читала страх, но она с равнодушным видом ответила:
– Попробуй!
Секунда, нет, меньше, гораздо меньше мне понадобилось, чтобы разорвать дистанцию и пронзить ее в грудь. Кунай вошел полностью, этот удар был у меня отработан на сотнях других жертв. Они умирали мгновенно. И эта девушка не стала исключением.
На арену опустилась тишина. Не знаю, чем были шокированы все. Моей скоростью или смертью участника.
– Темари!
– Крикнул песчаник-кукловод и бросился к нам. Я вытащила оружие, девушка упала в руки Канкуро, так, кажется, звали этого парня. Он мгновенно оказался рядом. Начал плакать, заставляя меня жалеть о содеянном. Они же наши союзники. Но только так я могу остановить нападение на Коноху! Давай же, чертова собака, покажи свои зубки! В меня полетела пробка от тыквы Гаары.
Я уклонилась. Встретилась с ним взглядом. Простите, ребята из Суны, ничего личного, я просто родилась в этой деревне и помогу ей так, как может помочь только всеми презираемая убийца. Раскрою весь спектакль, устроенный деревней звука и песка. Этот Гаара должен высвободить своего зверя, это подготовит селение. Мирные жители укроются в убежище, а бойцы не будут застигнуты врасплох. Нападение, надеюсь, отразят, и планы Орочимару провалятся.
Песок устремился в мою сторону, я уклонилась. Похоже, начинается, сейчас он покажет свою природу монстра.
– Успокойся, Гаара!
– крикнул его учитель, Баки. Гаара оглянулся, джоунин стоял на приличном расстоянии, опасаясь подойти ближе, - это того не стоит, победи врага и сразись с ней.
Я уже решила, что спровоцировала шикаку, но джинчурики внимательно посмотрел на меня и сказал.
– Я убью тебя, но лишь потому, что ты мне не нравишься! Не из-за нее, - Гаара указал на Темари.
Я почувствовала опасность и присела. Над головой пролетела кукла, Канкуро со слезами на глазах, снова направил ее на меня. Слишком медленно, между нами пропасть, даже твой безумный братец, вряд ли у него получится меня убить, какой разговор может быть о тебе.
– Успокойся!
– Баки опустил руку на плечо кукловоду.
– Но она... Темари!
– Разберемся с ней позже. Ты ставишь под угрозу нашу миссию!
– успокаивающим тоном сказал джоунин.
Канкуро опустил голову и кивнул в знак согласия, затем выругался и наградил меня одним из самых злых взглядов на моей памяти:
– Я тебе не прощу!
– Буду ждать.
Не хотелось мне этого делать, но так я надеялась спровоцировать Шукаку, кто же знал, что Гаара не дорожит родными. Мой идиотский план провалился, а я так надеялась, что турнир прервут, и мои односельчане успеют подготовиться. Ну хоть кто-то, насторожитесь, черт возьми! Нет, они лишь в шоке и объяты ненавистью. Снова на мне сфокусирована злость всего поселения. Будто я опять вернулась в детство. Что же делать? Видимо, спасти мне никого не удастся! Зато врагов себе нажила и бессмысленно убила человека. Черт!