Чтение онлайн

– Сумасшедшая.

Занимательный ответ, ничего не скажешь, явно не с того начал. Плохи дела, так что я решил потянуть время, и надкусил от бутерброда, запив газировкой.

– Но её сила духа и напор удивили меня, ради вашего драмкружка она даже не пожалела получить двоек и пропустить школу. Пускай и не понимаю её, потому сумасшедшая.

Услышав эти слова, я аж чуть не подавился, когда глотал.

– Ты в порядке?

– Да-да, ты пока ешь, я откашляюсь.

Так она и поступила, а я выиграл немного времени обдумать свои следующие действия, хотя уже не понимал, как быть дальше.

– Значит ты немного поменяла своё мнение о ней?

– Если только немного.

– И что ты думаешь о том сценарии?

– Он...
– растягивая, будто избегая ответа, начала она.
– Он такой...

– Так что ты решила?
– ай, была не была, скажу уже как есть.

– Ты про что?

– Заглянешь к нам? Попробовать себя на роль этой Снегурочки? Я видел, что тебя заинтересовал сценарий.

– Вот не надо выдумывать!
– возмутилась она, даже отвернувшись, а я смотрел на неё, и этот мой взгляд, похоже, заставил её забеспокоиться, Вика даже покраснела, и чтобы скрыть это, вцепилась зубами в еду, оттягивая момент, когда надо будет ответить. И наконец этот момент настал, она почти доела и допила чай, отодвинула поднос и заливаясь краской, произнесла: - Признаю, есть в нём что-то. Но я всё ещё не уверена в ней.

На более лучший ответ я и не рассчитывал! Ура, значит ещё есть какой-то шанс!

– Но помочь ты нам сможешь, если попросим?

– Слушай, - в её голосе отразились нотки нетерпения, будто уставшая учительница наконец решила сменить тон в разговоре в десятый раз не понимающего её шкодливого ученика, - если я сказала, что интересный сюжет, это ничего ещё не значит. Он просто интересный, и даже твой сэндвич не поменяет моё мнение, это не так уж весомо.

– Но я видел твоё лицо, когда ты читала, и ты явно увлеклась им, даже какие-то правки внесла. Просто так, если не интересно, таким не занимаются.

– Проблема не в её сценарии, а в ней самой. Пускай она и показала себя с неожиданной стороны, но это ничего ещё не значит. Сегодня она завершила свою работу, а потом свалилась. А что если выдохнется, не завершив? А что если её за пропуски погонят из школы? Я её прикрывать постоянно не стану, а никого другого на стул режиссёра у вас нет.

Верно, это да, тут я поспорить не мог и найти какие-то аргументы в защиту не выйдет. Вика во всём была права, сегодня она руководит постановкой, пишет и режиссирует, и всё это сваливается на неё серьёзным грузом, особенно режиссура, учитывая её среднюю эмоциональность. Вот так и приехали в тупик, из которого так просто не выбраться. И что делать? Другого режиссёра у нас нет, и без Снежаны наш "Уголок" долго не протянет.

И пока я молчал, окружённый шумом ресторанчика, глядя на доедавшую свой сэндвич Вику, выдумывая подходящий ответ, который мог её переубедить, но который стремительно убегал от меня, махая на прощание ручкой, атмосфера вокруг нас изменилась до неузнаваемости. Что что-то случилось, я понял, когда пустой пластиковый стаканчик Вики выпал из её рук, а её глаза стали размером в пять рублей, и не знаю, что она там увидела за моей спиной, но её словно бы охватил озноб - руки потряхивало, но она их даже не спрятала.

– Ты следишь за мной, я знал это!
– прозвучало за мной утверждение, будто так и было. И эти слова, произнесённые надменным уверенным голосом, принадлежали парню чуть старше меня, даже поворачиваться не надо было, чтобы вспомнить его лицо.

Брат Вики, чьё сценическое прозвище было Арлекин (а вот имя я забыл).

– Зря следила за мной, можешь больше не ждать, я никогда больше не вернусь домой, и родителей больше не послушаю, я не хочу их видеть, - закипал тот, будто самовар, и судя по затихшим голосам в зале, посетители его прекрасно слышали.
– Больше я сюда никогда не приду, не нужны мне такие встречи. Пойдём, Анна, больше это не мой любимая кафешка.

А по Вике, судя по ней, эти слова прошлись не хуже катка, смяв всё её настроение, всю её гордость и её саму, даже мне (хотя не её брату, судя по всему) было заметно, что из-за этих брошенных сгоряча обвинений, она совсем потерлась в себе, не знала, как, да и не могла вообще ответить, разве что слезами, которые так и норовили вырваться из её глаз.

Опять слёзы? Вот чего-чего, а видеть плачущую девушку снова я не хотел. И тогда, не выдержав этих наездов в адрес Вики, я повернулся, глянув на разодетого как какой-то клоун, или же богатенький сынок, Арлекина, и сказал первое, что пришло в голову, вложив в свои слова как можно больше решимости и силы:

– Слушай, ты нам мешаешь обсуждать наш спектакль, не мог бы ты своей дорогой пойти? А не язык распускать.

– Спе... спектакль? Ты?
– для него эти слова оказались как гром среди ясного неба, да и не для него одного, я заметил ту самую девушку, которая выступала тогда с ним на одной сцене, и которая возле театра наговорила всякого Вике, и сейчас она стояла рядом с этим парнем, колко и безотрывно глядя на Вику, словно на неприятное насекомое.
– Когда?

– Ах да, - снова влез я, уже наплевав на всё, включив фантазию и распустив язык, -забыл сказать, в марте мы встретимся на одной сцене, вот на эту встречу и прибереги слова лучше, потому что наш коллектив разнесёт вас в пух и прах, хех!
– и немного подумав, решил, что терять уже нечего, добавил, кивнув в сторону Вики: - А вот она поможет утереть вам нос.

Реакция этого Арлекина была изумительной, не зная, что ответить, он уставился на свою сестру с открытым ртом, будто получив от меня хорошую оплеуху, которая привела его в чувство. Да и, судя по лицу Вики, мои слова и на неё произвели впечатление, она полностью забыла о слезах, да и о брате, и ошарашено сейчас смотрела на меня. Похоже, язык свой я чересчур распустил не подумав.

– Давай пойдём отсюда, тебе тут не место, здесь злые люди, лучше найдём другое место, - и тут я услышал голос той самой девушки, строгий и острый, словно игла, взявшая Арлекина за рукав куртки и потянув в сторону от нас. Почему-то мне показалось, что эти слова прозвучали словно слова матери, которая обращалась к своему ненаглядному сыну, с заботой и строгостью.

– Да-да, ты права, пойдём лучше.

Её слова подействовали на него, он не задумываясь поплёлся прочь отсюда, чуть ли не шаркая ногами и даже не глядя, куда идёт. А вот эта девчонка осталась, и сейчас, одетая в светлое пальто с такой же светлой шапкой, смотрела на... меня. Строго, будто прожигая взглядом, в котором чувствовалась неприятная, словно раскалённая в магме, ненависть.

– Я вас никогда не прощу, если навредите ему, если помешаете нам победить, я вас уничтожу, - от последних слов у меня даже мурашки по коже побежали, я почему-то не сомневался, что это не пустые слова. И после сказанного, она посмотрела на Вику: - А тебя я последний раз предупреждаю, не появляйся возле него, он только начал забывать вашу семью. Лучше исчезни из его жизни.

И произнеся последние слова, она развернулась и пошла, а я всё ещё распалённый своей прошлой речью, бросил ей вдогонку, что наш "Уголок" ждёт её на новогоднем представлении, назвав число и школу. Почему-то после слов о школе, она аж запнулась, или просто мои слова так подействовали на неё?

После всего этого мы некоторое время сидели молча, словно в банке, глядя друг на друга, и в моей голове, когда я глядел на её ошарашенное лицо, возникала неприятная мысль, что я своими словами перегнул палку. Но что мне оставалось делать, не глядеть же на плачущую девушку?