Потаённый уголок: акт второй
Шрифт:
– Ты лучше перед зеркалом потренируй улыбку, особенно перед завтрашним разговором, - бросил я не особо задумываясь.
– И не благодари, как смог, так и помог.
– В любом случае какой-то ответ мы получили. И Вика к нам вернулась, не знаю, как так получилось, но вовремя.
– И я бы хотел знать это.
– Она мне сегодня сказала, что придёт к нам и попробует отыграть роль, и тоже сказала, что не видит во мне режиссёра. Не понимаю. Но с ней у нас теперь есть шанс отыграть всё как надо, так что надеюсь, она не передумает.
Вот с этим "не передумает" и я не шибко был уверен, учитывая её отношение к Снежане и боязнь провалиться перед братом и окончательно втоптать его возращение, тут она сто раз может уйти от нас. И винить в этом будет Снежану, за то, что не смогла всё организовать, уследить, собрать спектакль, опозорила перед братом. Тем более, как я понимаю, у неё уже был провал, из-за которого у них не лучшие отношения, и допускать подобное ей не хочется.
Но всё возможно. Только вот замены более яркой и с таким же желанием делать свою работу как у Снежаны, у нас нет.
– Ближайшие дни мы отработаем все вопросы, - продолжала Снежана, когда мы спускались по лестнице, - надеюсь, быстро получим исправленный сценарий от Виктории Андреевны, и после этого я выведу вас на нашу сцену.
– Зачем?
– Для репетиции, естественно. Вы должны привыкнуть к ней, прочувствовать её, знать, что и как. Так что готовься. Жаль остальные уже ушли, хотелось бы и им об этом сказать...
Что она ещё хотела сказать, не знаю, но Снежана резко замолчала и встала на лестнице, без слов и с удивлением уставившись вперёд, в сторону вестибюля. Встав на ступеньку ниже, я глянул в том же направлении и увидел необычную сейчас картину, где Настя в своей школьной форме тискала вырывающуюся из её рук Вику, которой, судя по выражению лица и голосу, это не особо нравилось, но она была в крепких добрых руках, так что её недовольство периодически перерастало в неловкий смех. Рядом стоял с двумя куртками в руках Стас, посмеивающийся над происходящим, а на скамейке, в своей яркой куртке, сидел Влад со смартфоном в руках. И Стас заметил нас, громко позвал, предлагая быстрее спускаться и рассказать им всё, Настя отпустила свою "жертву" и прыгая, махала нам рукой, а сама Вика ушла в сторону скамейки, что-то недовольно бормоча.
– Вот и твой шанс, как мне кажется.
– Да, ты прав, - довольно сказала мне Снежана и побежала к ребятам, громко спрашивая, чего они здесь забыли.
Сегодня день закончился хорошо, надеюсь, теперь дальше у нас всё будет без проблем.
Надеялся я...
Глава 7
И почему я не сильно удивился, когда наше счастье после договора с кружком кройки и шитья спустя несколько дней оказалось с двойным дном. И всё из-за неё.
– Признаю, - с усмешкой и улыбкой на лице, хорошо без высокомерия, сказала всё та же девушка в пончо, забравшись на сцену и встав рядом с нами, с весельем глядя на Снежану, - актёров ты подобрала отличных, даже если читают по бумажке, - тут она сложила веер и выглядывающей из-под пончо рукой, указала им на меня, - они действительно играют. Да только вот в чём ваша проблема - у вас нет достойного режиссёра, чтобы с блеском отыграть эту постановку и с достоинством показать их способности. Любой спектакль, даже детский.
Сегодня мы, одетые в школьную форму и со сценариями в руках, которые нам вчера раздала Снежана почти сразу после исправления ошибок, всем драмкружком (кроме Влада, он сидел в комнате, усиленно набрасывая на бумагу идеи для декораций) репетировали наше будущее выступление, или точнее, просто старались понять, что это вообще такое и как нам быть теперь. Да и Снежана вытащила нас на сцену не просто так - она хотела, чтобы мы уже сейчас привыкли к ней, изучили её и знали каждый уголок. Мы должны были "понять" её и "подружиться" с ней - так она заявила сегодня.
– Объясни, - опустив руку со сценарием, Снежана злобно уставилась на блондинку.
– Всё просто, - она отточенным движением руки прикрыла веером нижнюю часть лица, наверное, чтобы мы не видели её ослепительно-яркую улыбку, - режиссёр у вас никакой. И потому им буду я.
* * *
– Привет, можете не обращать на меня внимания, я лишь посмотреть пришла, - певучим голосом произнесла Снежинка, помахав мне рукой, приветствуя.
Весь кавардак начался на следующий день после переговоров с клубом вышивания, и начался с первого появления у сцены той самой Снежинки. В то время, пока Снежана утопала на переговоры о костюмах, мы отправились в комнату "Уголка" подождать новостей от нашей главной, и когда мы вошли в зал со сценой, я резко остановился, заметив сидевшую за обеденным столиком знакомую мне улыбающуюся фигуру, а остальные, болтая, продолжали спокойно идти к сцене. Разве что хмурая и молчаливая Вика тоже заметила её, но внимания этому не придала, просто молча пошла за остальными.
Я с места не сдвинулся, продолжал пялиться на неё, нарушая все законы приличия, так что она не стала больше тянуть, встала, и с изящной походкой молодой аристократки, или модели с телека, зашагала ко мне, продолжая дружелюбно улыбаться.
– Рада тебя приветствовать, можешь звать меня Снежинка.
– Это прозвище я прекрасно запомнил, - ответил я, стараясь вложить в свой голос нотки дружелюбия, раз уж она не проявляла агрессии. А уж запомнить это прозвище не так уж и сложно, очень уж необычно слышать такое в школе.
– Фу как грубо, прозвище. Псевдоним, - не злобно ответила она, и раскрыла свой веер с иероглифами, прикрыв губы.
– Ладно, псевдоним. Только не пойму, почему ты не на втором этаже, а тут?
– Вы меня заинтересовали, я хотела глянуть на вашу репетицию, на игру актёров. А главное, ещё на вашего так называемого режиссёра. И поправь низ рубашки.
– Ха-ха, - вялым и натянутым смешком, в котором совсем не чувствовалось радости, отреагировал я, незаметно поправляя рубаху. Да что это за мисс аккуратность такая?!
Не знаю, искренне или с выдумкой, чтобы понравиться, сказала она о нас, как об актёрах, но вот её слова о Снежане настораживали и раскрывали её отношение к ней и к её режиссёрству. "Так называемая", это она явно непросто так выразилась, раскрыв своё отношение к Снежане и её деятельности, и хоть вспоминая слова Вики и свои впечатления от её совершенно безэмоциональных попыток научить правильно играть свою роль, невыразительности, мне слова этой Снежинки не понравились совсем, и чувствовалась в них будущая проблема для всех нас. Потому, не задумываясь о своих словах, я решил отшить её отсюда:
– У нас не будет сегодня репетиции, и когда она будет, мы не знаем, у нас пока другие заботы, так что можешь идти, ничего ты не увидишь.
– Как грубо, - с лёгким недовольством в голосе ответила она.
– Но я поняла, так и думала, что пока заняты вопросом с костюмами.
– И не только, - буркнул я.
– Но это не проблема, я ни за что не пропущу вашу репетицию. Мне очень интересно стало поглядеть, - бросила она мне, помахивая на прощание ручкой и удаляясь из зала в своей изящной манере воспитанной девушки.