Чтение онлайн

– Я сегодня выиграла у соперницы место режиссёра в школьном драмкружке! Представляешь? Ставили отрывок из твоего фильма, и я его так переделала, что всем зашло.

– Ты так и не выбросила эту идею, переделать мои фильмы?
– хихикнул мужчина.
– И теперь ты пойдёшь по моим стопам? А маминым?

– Сам знаешь, мне проще наблюдать и искать прорехи в чужой игре, чем в своей. Да и муторно это.

– Дочка, не при мне же!
– услышал я незлобный ответ мамы, и как раз вышел, решив уж не скрываться в комнате, да и увидеть знаменитого режиссёра мне хотелось. Пускай и нарушу эту семейную идиллию.

Когда я потянул дверь на себя, разговоры прекратились, а когда вышел, все смотрели на меня. Мама Снежинки, уперев руки в боки, всё ещё с улыбкой на устах, стояла по левую руку от меня, сама Снежинка по правую, и держа в своих руках ручки инвалидной коляски, на которой сидел сильно худой, но с оставшейся прежней мускулатурой, мужчина, в котором с трудом я узнавал знаменитого когда-то режиссёра Снежинского. Тот посмотрел на меня с какой-то долей удивления, затем поднял голову, чтобы взглянуть на дочь.

– Неужели моя дочка привела для знакомства своего парня?
– раздался его удивлённый голос.
– То-то меня разбудили голоса. Не рано ещё?

– Папа! Давай ещё и ты не будешь сочинять, - возмутилась Снежинка, пускай и со смешинкой в голосе.

– Ладно-ладно. Но ты хоть познакомила бы.

– Да, стоило бы. Это Сергей, он актёр в том самом драмкружке, и мой друг.

– Ого!
– тут на её слова отреагировала мама, глянув на меня с удивлением.
– Как и я. И по какой системе учишься?

– Э...
– ответить мне было нечего, а врать не хотелось.
– Не шибко я и актёр, там у нас есть и покруче.

– Скромность, это хорошо, - довольная ответом, закивала она. Главное сохрани это и после того, как станешь известным, а то уж поверь мне, навидалась я всяких, особенно среди вот прям никаких актёров, которые прям так и выделывались.

"Хорошо будет, если до выступления драмкружок доживёт", - но эти мыли остались только мыслями, в ответ я лишь натянуто улыбнулся.

– Хорошо, что у неё появился ещё один друг, которого она может привести домой, а то о школьной жизни всё как-то молчком, если не сделает чего. Ты её в беде не бросай, помогай, пожалуйста, а то я сам, как видишь, мало чем могу помочь.

– Пап, я и сама могу!

– Можешь, не сомневаюсь, только лучше не лезть куда не надо самой справляться со своей проблемой. Я вот хороший пример, - трясущимися руками он указал на свои неподвижные ноги, да и на себя потом.
– А на тебя, парень, я заботу о дочке не сбрасываю, ты не подумай, но, если ей будет нужна помощь, а у тебя возможность, не оставляй, пожалуйста. Я вот всегда любил всё сам делать, а теперь с этим сложно стало - до делался.

– Я постараюсь помочь, - сказал я, ни чуть не лукавя.

Снежинский кивнул, Снежинка посмотрела на меня с удивлением, потом с серьёзным лицом кивнула. Я сказал, что пойду домой, дальше тут сидеть смысла не было, всё и так узнал, и даже больше, а до дому идти долго, а я и так не предупредил родителей. Главное не попасть в какую неприятность теперь.

Одевая ботинки, сидя на стуле, я посматривал на лучащую добром семью, болтающую между друг другом. Хорошая семья, на которую свалилась большая беда, но они были счастливы. Многие бы уже давно не выдержали, сломались бы, и вот глядя на счастливого Снежинского, потерявшего свою работу, возможности, но оставшегося счастливым, я видел перед собой настоящего мужчину, который хоть в огонь, хоть в воду. Я бы на его месте сдался, опустил бы руки и не выдержал такой жизни. Но стоящие рядом с ним явно не давали этого сделать.

И Снежинка не махнула на всё, а хотела с нашей помощью взять старт для счастливой жизни своей семьи. И как быть, дать её мечте потонуть из-за мечты другого человека? Нет. Узнав, из какой она семьи, увидев какие книги она читает, и её способности благодаря сегодняшнему состязанию на сцене... Нет, такие возможности для взлёта драмкружка терять не стоит.

Снежинка подошла ко мне, когда я взял куртку и стал надевать её, встала и посмотрела с явным желанием что-то сказать. Набросив на плечи рюкзак и надев шапку, я посмотрел на неё.

– Спасибо, - услышал я, не понимая, чего это она.
– Слова, которые сказал папе. Они его обрадовали. И я не прошу выполнять его слова, но...

– Рано ещё говорить спасибо, завтра об этом поговорим.

– Что?
– растерявшись, мигая глазами, не понимая.

– Приходи завтра после уроков в драмкружок, я постараюсь поговорить со Снежаной, чтобы забрала свои слова. Мне кажется, твоё присутствие среди нас только поможет нам, да и с неё снимет нагрузку.

– Ты правда хочешь этого, взвалить на себя?
– не веря, прошептала она.

– Ты бы знала, сколько я всего для Насти сделал, это будет мелочью, - посмеялся я. Это и правда мелочь, ради Насти я и не такое вытворял.

– Спасибо, - её слова прозвучали с такой искренностью, с таким счастьем, что даже меня проняло.
– Большое тебе спасибо.

– Да и ладно, завтра увидим, стоит ли так говорить вообще. Ладно, я пойду, доброй ночи...
– я хотел сказать Снежинка что-нибудь ещё на прощание, но при родителях решил промолчать. А вот имени её я так и не узнал, и это надо было исправить.
– Какое у тебя имя, не Ксеней же звать.

– Ха-ха, и правда. Ксения.

– Ксения, значит, - повторил я, словно пробуя на вкус.
– Тогда доброй ночи, Ксения.

И открыв дверь, вышел.

Теперь оставалось продумать завтрашний разговор.

* * *

– Ты вчера сбежал, - строго сказала мне Снежана, стоявшая на сцене, где практически не горел свет, где стояли только она да я, а остальные ждали нас в комнате "Уголка", когда мы вернёмся, решив свои проблемы.

А для меня они только росли.

На её лице не было эмоций, впрочем, как и обычно, но вот в голосе чувствовалась обида за мой тогда поступок, когда я сбежал вслед за Ксенией, да ещё и сказанул ей те слова. Теперь она не сказать, чтобы рада была мне, даже попросила остаться на сцене, мол, со мной есть особой разговор. Настя, спасибо ей, не захотела уходить, хотела всё увидеть своими глазами, причём была не рада Снежаненому требованию остаться мне - не знаю, правда, почему. Только Стас утянул её в комнату, не дав послушать.