Чтение онлайн

На собственном опыте убедившись в требовательности пожилой леди, Джоанна восприняла ее слова как наивысшую похвалу.

Всего за несколько минут до начала показа за кулисы вошел Редклифф. Бросив несколько туманных и малопонятных фраз, из которых следовало, что ему нужно с ней посоветоваться насчет цен на модели, он завел ее в ближайшую гардеробную и закрыл за собой дверь.

– Ред, - прошептала она, - показ же сейчас начнется.

– Еще целых пять минут.
– Он принялся перебирать кончики ее волос.
– Я говорил, что обожаю твои волосы?

– Да, но…

– Расслабься, родная. Еще даже не открыли дверь внизу. Знаешь, я их действительно очень люблю.
– Он провел рукой по густой копне.
– Люблю их цвет. Запах - Он поцеловал ее в макушку.
– Люблю их прикосновение к своей груди. К бедрам.

Его невинный жест являл собой разительный контраст со сладострастными образами, представшими ее воображению при этих словах. Джоанна коснулась рукой его груди, но сама не могла бы сказать, было ли это движение продиктовано желанием привлечь его к себе или, наоборот, оттолкнуть.

– Черт бы тебя побрал, Ред!
– Она тихо засмеялась.
– Неужели ты не мог выбрать более подходящее время?

– Да, ты права.
– Отняв ее руку от своей белоснежной манишки, он поднес ее к губам и нежно поцеловал в запястье.
– Не мог. Это мой единственный недостаток. Но обещаю исправиться.

От прикосновения его губ к ее ладони у Джоанны подкосились ноги.

– Ты просто с ума меня сводишь.

– Но ведь ты то же самое делаешь со мной, а страдать в одиночку я не намерен.
– Ласково сжав ее руку, Редклифф снова поднес ее к своей груди. Его улыбающиеся губы придвинулись совсем близко к ее губам.
– Просто мне хотелось немного побыть с тобой наедине, прежде чем ты станешь еще богаче и знаменитее.

Вскинув голову, Джоанна изумленно посмотрела на него. Неужели он думает, что финансовое положение может как-то повлиять на ее любовь к нему?

– Но мое отношение к тебе не может из-за этого измениться.

– Знаю.
– Редклифф поднял глаза вверх, словно обращаясь к Богу, хотя до встречи с Джоанной не верил в его существование.
– Спасибо.

Он поцеловал ее, нежно и страстно. Это был тот поцелуй, от которого женщина забывает обо всем на свете. От которого чувствует себя на седьмом небе от счастья. Из полураскрытых губ Джоанны вырвался слабый стон. Закрыв глаза, в объятиях Редклиффа она чувствовала, что слабеет.

– Я люблю тебя, - прошептал он, жалея, что этот упоительный поцелуй украдкой закончился. Как же ему хотелось целовать ее снова и снова!

– Знаю.
– Подняв голову, она с улыбкой смотрела на него. В ее взгляде читалась непередаваемая нежность, идущая, казалось, из самого сердца.
– Это главное, все остальное не имеет значения.

– Я рад, что ты это сказала.
– Он неохотно выпустил ее из объятий и принялся разглаживать воображаемые складки на ярком шелковом платье.
– Хотя, мне кажется, сейчас как раз самое время сказать, что ты тоже любишь меня.

– Я люблю тебя.
– Она поцеловала его в губы.
– Люблю.
– Потом в подбородок.
– Люблю.
– Потом в кадык, под которым красовался мастерски завязанный виндзорским узлом галстук.
– Люблю.

Редклифф почувствовал прилив страсти. Не желая представать в таком возбужденном состоянии перед многочисленными женщинами, ожидающими начала показа, он рассмеялся и слегка отстранился.

– Именно это мне и хотелось услышать.
– С видом собственника он окинул Джоанну оценивающим взглядом с головы до ног.
– Ты выглядишь просто потрясающе.

– Спасибо.
– Она шутливо сделала книксен.
– Сначала я думала надеть что-нибудь менее яркое, в тон декорациям, но потом остановилась на красном цвете. В красном я всегда чувствую себя увереннее.

Шелковое платье с глубоким вырезом и короткой юбкой, вышитое огромными маками, плотно облегало соблазнительную фигуру девушки. Глядя на нее в этом наряде, любой мужчина, у которого кровь еще течет в жилах, неминуемо воспылал бы желанием сорвать с нее эти яркие цветы.

– Оно тебе очень идет.
– Еще раз окинув ее взглядом с видом собственника, Редклифф заставил себя не думать о тех нежных прелестях, которые скрываются под украшенным цветами шелком.
– Но кое-чего не хватает.

– Не хватает?

Круто обернувшись, она принялась разглядывать себя в трюмо. По предложению Милдред в гардеробной царил полумрак, подчеркиваемый слабым розовым светом, что являло собой разительный контраст с привычным ярким светом флюоресцентных ламп.

– Хоть я и не разбираюсь в женской моде, - Редклифф сунул руку в карман пиджака, - мне кажется, тебе нужно надеть вот это.
– С этими словами он протянул Джоанне коробочку из серого бархата.

– Ой, Ред!
– Она не смогла сдержать восхищения при виде изящной золотой цепочки ручной работы, украшенной бриллиантовым сердечком.
– Какая красивая!

– Да, но не такая красивая, как ты. Но, поскольку бриллианта, хотя бы отдаленно похожего на тебя красотой, не существует, тебе придется удовлетвориться моим подарком.

Джоанна зарделась от удовольствия.

– Ах ты, льстец!
– Повернувшись к зеркалу, она подобрала волосы и обнажила шею.
– Помоги мне ее надеть.

Застегивая цепочку, Редклифф поймал себя на мысли, что ждет не дождется того момента, когда все эти милые знаки внимания можно будет оказывать в открытую, не прячась от чужих глаз за запертыми дверями.

Скоро, сказал он себе, когда они выходили из гардеробной. Если все пойдет так, как он задумал, уже через несколько недель он станет свободным человеком.

Милдред предложила, чтобы Джоанна сама представляла свои модели: по ее мнению, это придаст коллекции фирменный оттенок. Девушка неохотно согласилась. Она боялась, что, выйдя на подиум, умрет со страху.

Уступив Джоанне, считавшей, что «живая» музыка лучше фонограммы, но стараясь удержаться в пределах сметы, иначе расходы составили бы умопомрачительную сумму, Редклифф предложил компромиссный вариант - пригласить джазовый квартет. Музыканты родом из Бостона удовлетворяли и ее, и его критериям: они были талантливы и брали недорого. Что же касается музыки, то, как заявила Милдред, которая могла кого угодно заткнуть за пояс по части маркетинга, она как нельзя лучше подходит для показа коллекции «Лунный берег».

Показ начался с демонстрации повседневной одежды - изящных, воздушных платьев из тончайших шелковых тканей, украшенных цветами и листьями, гаммой красок напоминавших полотна импрессионистов. Эти платья соблазнительно подчеркивали линии женской фигуры. Наряду с ними были представлены облегающие короткие костюмы, навевавшие воспоминания о пятидесятых годах. Под них надевались расшитые блестками лифы или яркие, словно цветные мелки, шелковые кофточки.

– Каждая женщина, разумеется, мечтает о нарядном платье, которое можно надеть вечером, идя в театр, - говорила Джоанна, почти не заглядывая в сценарий. Она понизила голос: - Или собираясь тайком на свидание средь бела дня.