Чтение онлайн

— Хорошо я передам. Леди, я хотела еще спросить, не нужно ли прибраться у вас? Здесь немного вещи в беспорядке.

Я глянула на комнату и приметила, что кровать немного сбита, полотенце валяется на полу, шкаф раскрыт. И тут вспомнила, что на простынях наверняка осталось кровавое пятно! Вот совсем не нужно мне, чтобы кто-то о чем-то догадался. Я закусила губу и с тревогой посмотрела на одеяла.

Служанка улыбнулась, понимая мой взгляд совсем иначе, и тут же направилась к кровати.

— Да не переживайте так, — говорила она. — Приведу все в порядок за считанные минуты.

— Стой, — крикнула я, и рванулась следом, не давая девушке подойти к кровати. Но оказалось слишком поздно. Она четко увидела красное пятнышко и улыбнулась еще шире.

— Леди, да что же вы стесняетесь? У какой девушки на кровать не убегало.

Она сдернула простыню так быстро, что я даже пискнуть не успела. Радовало одно, она подумала, что это женские дела. Но когда из проема ванной показалась здоровенная мужская фигура, с полотенцем на бедрах, улыбка слетела с губ служанки и она побелела словно полотно. Отложила простынь и опустив глаза, быстро забубнила:

— Извините, я видимо не вовремя.

Такого стремительного бегства я еще не видела, но кинулась следом, ругая про себя Эдавиана. Ну кто его просил высовываться?

Схватилась за плечо девушки уже в коридоре, останавливая торопливый шаг, и посмотрела нее с напряжением.

— Прошу тебя, не говори никому, — прошептала тихо.

— Леди, я не сплетница, оттого и работаю здесь, а не в ночлежке на окраине города.

Служанка посмотрела на меня строго, подумала, и поджав губы, добавила:

— Многие в господина влюблены, но вы ведь умная и знаете весь расклад- он не женится на вас, нет в вас благородных кровей…Уж простите за правду. Сглупили вы, отдавая свою честь не тому человеку.

Девушка отвернулась и зашагала по коридору не оборачиваясь, а я готова была разрыдаться. Даже служанки понимали, что нет у безродной девки будущего с принцем. И бессмысленно перед ним хвостом крутить. Я могла быть с принцем только в одной роли, роли подстилки. Хотя кто сказал, что и в этом случае буду нужна ему? Навряд ли Эдавиан чувствовал ко мне, тоже что и я к нему, а значит сегодняшняя близость была единственной.

Не буду опускаться ниже чем есть и оставлю королевскую особу в покое, позволяя ему быть с равной себе. Уйду в тень, потому то так будет правильно.

Словно выпив ведро тины, тухлой, противной и вязкой, вошла в комнату пасмурная как осенний день и сразу пошла к принцу, сидевшему на кровати.

— Эдавиан, поиграли и хватит. Иди к себе, — сказала, смотря себе под ноги.

— Это кто здесь играл? — вдруг заскрежетал принц и я все же глянула на него исподлобья. Выглядел он угрожающе и настороженный взгляд не обещал ничего хорошего.

— Мы заигрались. Я заигралась. Все слишком далеко зашло. Я твой лекарь, и то что случилось, лишь мимолетный порыв. Нужно забыть это и идти дальше, каждому своей дорогой.

Эдавиан сжал челюсть и прожег меня взглядом.

— Не нравлюсь тебе? — спросил настолько зло, что я даже назад попятилась, — Не пришелся по вкусу поэтому уже жалеешь о случившимся? Правильно, найдешь себе ухажера получше, без неприятных воспоминаний за плечами.

Эдавиан резко поднялся с кровати и устремился на выход, с бешенной силой толкнув входную дверь, что та врезалась в стену, оставляя после себя вмятину от торчащей ручки.

Я провел предрассветный час на полигоне, срывая зло на бедном бревенчатом чучеле, служившим мне соперником в отсутствии оных. Бил руками и ногами по деревянным палкам, не чувствуя боли, но зато глубоко ощущая кипевшую лаву, что возникла после горьких слов ящерки. Она меня послала. Лесом. Конечно, имела полное право, но все же я не мог поверить, что она поступит так, когда между нами уже искрилось пространство.

Остановился, потер лицо руками, следом зарываясь в волосы. Что-то болезненное ползало внутри сердца, и я не знал как унять нараставшую боль. Я чувствовал что в этот момент во мне происходило нечто важное, и я знал- все безвозвратно поменялось. Отчетливо понял одну истину, которую давно топил на дне подсознания.

Я любил.

Ударил кулаком по каменной основе чучела, пытаясь через боль привести себя в чувства и начать мыслить здраво. Но так сделалось еще хуже, потому что осознал, что такая скотина, которой я был последние три года, не заслуживает ничего светлого в жизни. От понимания это факта моментально разозлился и вновь со всей силы ударил по камню.

Кажется, треснули костяшки пальцев, но было плевать- боль в сердце казалась гораздо сильнее.

Выдохся из сил и пошел в свою комнату, завалившись в кровать на несколько часов. Нужен был сон. Пусть не долгий, но опустошающий перегруженную голову. И я спал, радуясь после, что все это время меня окружала лишь черная пустота.

Проснулся резко, будто от шороха, но в комнате никого не обнаружил. Хотел снова лечь спать, но воспоминания хлынули новой волной, больше не отпуская из мучительного плена.

Залез в ванную с бокалом вина и расслабленно откинулся спиной на покатый бортик. Оставалось еще несколько часов до приема, и я мог побыть с собой наедине, придаваясь тяжелым думам. Конечно, в голове так и не стихли образы сегодняшней ночи, ко при этом колоколом звенел единственный вопрос: как после всего, что случилось ночью мне отпустить Софию? Я принял все свои чувства к ней, принял и смирился, что она полностью заняла мое сердце, и что ни одной женщине мира отныне там места нет.

Я любил и упивался этим чувством, но горький осадок понимания того, что ничему большему между нами не бывать, травил душу, и мне хотелось выть от отчаяния.

Сцепил зубы, запрещая себе думать о будущем, закрыл глаза и попытался побороть всколыхнувшуюся в груди злость. Бокал лопнул в моей руке неожиданно, врезаясь в ладонь острыми краями, а я лишь улыбнулся тому, что первая мысль, скользнувшая в голове, была о Софии. Я подумал- она придет и залечит. Вот насколько я стал зависим от нее.

Вино и кровь с руки окрасили воду в неприятный цвет, и мне пришлось вылезти из ванной, так и не успев толком отлежаться. Одной рукой я натянул штаны и подумал, что не плохо бы найти того парнишку лекаря, чтобы он занялся раной. Обращаться к Софии за помощью я запретил себе категорически. Если нужно ее отпустить, то лучше начать готовиться к расставанию сейчас, потому что потом будет тяжелее.

Я уже знал, что поступлю по совести и поставлю счастье ящерки выше своего чувства, позволяя ей упорхнуть с любым понравившимся лордом. Но все же когда недотепа-лекарь касался моей руки, вытаскивая из одной ладони осколки, а на другую накладывая утягивающую повязку, меня передергивало от неприязни и я был на грани от того, чтобы не выкрасть Софию и не сбежать с ней, позволяя только ей залечивать мои раны.