Потерянная
Шрифт:
И все же обида была сильнее здравого смысла. Я понимала, что муж прав, но соглашаться не желала. Было невыносимо отказаться от той сказки, которую я сама себе успела сочинить.
Какое-то время я не говорила с Глебом, а он не лез ко мне, позволив погрузиться в себя. Но ненадолго.
— Лиз? — рука мужа нащупала мою ладонь и крепко сжала, — Ты снова сама себя накручиваешь? Снова какую-то ересь придумываешь?
— Ничего я не придумываю, Глеб, — я забрала у Глеба свою ладонь, — Просто не хочу разговаривать. Не о чем говорить.
— Ты хотя бы разводиться со мной не собралась? — он вроде как пошутил, но веселья в голосе мужа я как-то не услышала.
— Нет, Глеб. Не собралась. Я люблю тебя, — честно ответила я, но от этой правды легче не стало.
— Я тоже люблю тебя, ангелочек. Лиз, это правда будет лучше для вас с Марусей. Поверь.
— Я верю. Пожалуйста, хватит об этом. Я не хочу говорить на эту тему, — я говорила, но так и не повернулась к мужу.
Сейчас я не хотела его видеть и говорить с ним. Нутро желало побыть в обиде. А я сама хотела побыть одна. И Глеб не стал настаивать или пытаться вновь заговорить со мной. Просто позволил мне побыть в том состоянии которое я сама лично погрузила себя.
А последней каплей стал уход мужа по приезду домой. Снова Глеб уехал с Максимом, оставив меня одну.
Я ждала... Ждала до ужина, но парней за столом не оказалось. Ждала в постели, но даже когда время перевалило за полночь муж дома так и не появился.
Схватив телефон, я вскочила с кровати и ушла из спальни. Комната, в которой раньше жил Глеб была свободна. Туда-то я и ушла. Пусть ночует один! Пусть знает, что мне все это не нравится. И даже тот факт, что Глеб будет меня искать не остановил от такого поведения. Пусть ищет! Пусть волнуется! Пусть..!
Свернувшись клубочком в чужой постели, я закрыла глаза, но уснуть не смогла. Вместо этого в голове снова завертелись мысли...
Деревня, наша собственная семья, никаких проблем, а главное никаких дел и разборок, в которые мы были втянуты из-за деятельности отца.
И вновь по щекам потекли слезы, которые плавно переросли в рыдания. Такой силы, что я не заметила как в комнату зашел парень. В груди жгло от обиды! Он знал, что я расстроенна, но все равно уехал!
Я даже не заметила, что в комнате появился еще один человек.
— Ну что такое? — Глеб прилег рядом и прижал меня к себе, — Снова плачешь?
— Что ты тут делаешь? — сквозь слезы спросила я, позволяя мужу обнимать меня и с удовольствием вдыхая родной запах его тела.
— Искал тебя. Ты же сбежала от меня.., — Глеб пригладил мои волосы.
— Я хотела побыть одна.
— Ну уж нет, Лиз. Хочешь обижаться, обижайся. Но обижайся со мной рядом, — его губы коснулись моего лба.
— Только вот тебя рядом нет, — я попыталась выбраться из рук Глеба, но он не отпустил меня.
— Сейчас я рядом, — Глеб отстранился ровно на столько, чтобы иметь возможность заглянуть в мои глаза и одной рукой стереть слезы с моих щек, — Лиз, ну что происходит между нами? Почему все летить в какую-то пропасть?
— Я не знаю.., — я вновь уткнулась в грудь мужа, чувствуя как он ласково гладит мои волосы.
— Лиз, ты же мой ангел. Зачем мы усложняем все на ровном месте? Поверь мне, если бы для тебя и Машеньки было лучше уехать, то ни твой отец, ни Смерч не остановили бы меня. Но для вас действительно это опасно. Просто доверься мне как раньше.
— Я понимаю. Правда понимаю, — прошептала я, откинув все обиды, — Но не понимаю, что твориться со мной.
Сейчас когда я находилась в руках мужа, хотелось только лишь оставаться рядом с ним.
— Малышка, ты просто устала. Может быть пойдем в комнату? Вам с Машуней пора спать и желательно в своей постели, — Глеб улыбнулся, и положив ладонь на мою шею, ласково провел большим пальцем по моей щеке, — А завтра мы с тобой поговорим еще раз. Уже спокойно.
— Хорошо, — не стала противиться я, действительно желая поскорее оказаться в кроватке и рядом с мужем.
— Идем, ангелочек, — Глеб поднялся и протянул мне руки, помогая встать, — Я крепко обниму тебя и никому никогда не отдам.
— А если мне этого будет мало? — я встала на ноги и тут же оказалась прижатой к крепкой груди, — Я хочу тебя, а ты?
— Лиз, я же говорил, — загорелись глаза моего мужа, — С нашей первой близости и постоянно...
Малышка
"— Прости, но теперь моей малышкой стала она."
— Глеб,... Глеб,...-сквозь сон прорвался родной голосок, — Глеб, проснись.
Просыпаться не хотелось совершенно, но даже будучи на той стороне реальности, я расслышал обеспокоенные нотки в голосе любимой жены. В мгновение сон рассеялся и я вынырнул в реальность, сонным мозгом пытаясь в экстренном порядке понять, что происходит вокруг.
Лиза сидела рядом со мной на постели, обхватив руками живот. На её лице не было слёз, но в глазах читался сильный испуг. Брови съехали к переносице, а носик был наморщен. Она словно пыталась что-то поймать внутри себя, почувствовать.
— Что такое? — резко сев, я заглянул в лицо жены, неосознанно положив руку на её живот, — Опять болит?
Это было моим самым страшным кошмаром. Тот день, когда Лиза попала в больницу до сих пор заставлял меня впадать в панику. Если бы тогда что-то случилось... Я не представляю как жил бы дальше. И вот сейчас опять.
— Да, болит. Но сейчас по-другому, — Лиза пробежалась взволнованным взглядом по моему лицу и практически прошептала, — Глеб, похоже началось...