Потерянные и забытые воспоминания
Шрифт:
– Да, это кулон Наталии, – уверенно говорит Эдвард. – Это он!
– Ты уверен? – уточняет Терренс.
– Конечно!
– Кажется, у кулона нет застежки, – задумчиво отмечает Питер, поднимаясь на ноги.
– Да, я вижу, – произносит Эдвард. – Скорее всего, отлетела…
– Удивляюсь, что Уэйнрайт вообще забрал его с собой, – признается Терренс.
– Я тоже… Он ведь сам сказал, что не сможет продать этот кулон, потому что это – дешевка. – Эдвард замолкает на пару секунд и резко выдыхает. – Ох… Ладно, я потом что-нибудь придумаю с застежкой. И отдам Наталии.
С этими словами Эдвард кладет кулон во внутренний карман своей джинсовой куртки.
– Ну ладно, допустим, мы все-таки пришли сюда не зря, – задумчиво говорит Терренс, расставив руки в бока. – Хотя бы потому, что мы нашли кулон Наталии.
– Да, а я начал думать, что мы только время потеряли, – соглашается Питер, покопавшись в своих взъерошенных волосах.
– Да, уже что-то…
Эдвард окидывает взглядом всю комнату, а потом медленным шагом покидает ее и направляется в холодный коридор. Питер и Терренс переглядываются между собой, пожимают плечами и тоже покидают это помещение, плотно закрыв за собой дверь.
– Слушайте, ребята, давайте валить отсюда, – устало предлагает Терренс. – Уэйнрайт может вернуться в любой момент, а я не хочу попасться на глаза этому вонючему уроду.
– Я бы сделал еще тогда, когда мы только увидели Уэйнрайта, – хмуро отвечает Питер. – Мне что-то не хочется быть накаченным какой-то дрянью и валяться черт знает где.
– Да… – тихо произносит Эдвард, снова оглядывается вокруг, резко выдыхает и прикладывает руку ко лбу. – Наверное, теперь можно и валить… Больше я не вижу здесь ничего интересного…
– О да, братец! – радостно восклицает Терренс, негромко аплодирует и приподнимает руки к верху. – Наконец-то ты сказал то, что я так мечтал услышать!
– Ну что, трусишка, еще не наложил в штаны? – по-доброму усмехается Эдвард. – Или все еще держишься?
– Очень смешно! – хмуро бросает Терренс.
– И как видишь, со мной ничего не случилось, – Эдвард разводит руки в стороны. – Я жив и здоров. А ты такую панику развел, будто кого-то должны были грохнуть. Разорался как психованная истеричка.
– Ради тебя старался! Чтобы спасти твою задницу!
– Мне приятно, что у меня такой добрый и заботливый братик, но я бы и сам справился.
– Ладно, малой, я тебя понял. А теперь давай ноги в руки и валим отсюда. Давай-давай, малой, на выход! – Терренс толкает Эдварда в спину, заставляя его идти к входу из дома. – На этот раз ты точно будешь делать то, что я тебе скажу. А потом привезу домой и расскажу маме с папой, как безобразно ты себя вел. Пусть отец отшлепает тебя ремнем.
– О, Терренс… – закатив глаза, устало стонет Эдвард.
Правда, когда Эдвард, Терренс и Питер оказываются близко ко входной двери, откуда не возьмись появляется Даниэль, который выглядит не на шутку испуганным, как будто он увидел что-то ужасное.
– Парни, парни, сюда! – взволнованно тараторит Даниэль. – Там кто-то заперт! В той комнате кто-то есть!
Терренс, Эдвард и Питер переглядываются между собой и слегка хмурятся.
– Что, Перкинс, все-таки нанюхался какой-то дряни? – скрестив руки на груди, хмуро спрашивает Эдвард. – Ну все, поздравляю, ты официально пополнил ряды потенциальных клиентов психбольницы.
– Да ничего я не нюхал! – громко, раздраженно бросает Даниэль. – Это все твои выдумки!
– Слушай, Перкинс, хватит трепать нам нервы! – приподнимает руку ладонью к Даниэлю Терренс. – Не беси нас, если хочешь, чтобы мы помогли тебе выбраться отсюда. А если тебе не нужна наша помощь, так оставайся здесь один.
– Я не вру, клянусь! Тот тип запер кого-то в той комнате. Я слышал чей-то тихий плач!
– Ну так иди и спасай кого-то там! – разведя руками, громко бросает Питер. – У тебя есть прекрасный шанс доказать, какой ты великий герой!
– Ага, спасай свои галлюцинации, – ехидно усмехается Эдвард.
– Слушайте, придурки, хватит уже ржать! – возмущается Даниэль. – Идите сами посмотрите! И вы убедитесь в том, что в той комнате кто-то заперт!
– Мы заглядывали во все комнаты, и во всех были лишь хлам и пыль, – сдержанно говорит Терренс.
– Не во все! Если повернуть направо по этому коридору, то там есть дверь, которая подперта досками. А еще ее закрыли пустой книжной полкой. Именно там кто-то и плачет.
– Да ты точно сходишь с ума, Перкинс, – качает головой Питер. – Теперь тебе уже кажется, что кто-то плачет. Это уже ненормально, парень! Может, нам подыскать для тебя клинику, чтобы ты полежал там пару неделек?
Глава 13
– ДА НЕ КАЖЕТСЯ МНЕ! – во весь голос вскрикивает Даниэль. – Сколько раз вам, черт возьми, объяснять, тупицы вы глухие! Сначала посмотрите, а потом узнаем, кто сходит с ума.
– Так, только не надо орать как больная истеричка, – приподняв руку ладонью к Даниэлю, сдержанно говорит Эдвард. – У меня уже голова болит от твоих истерических воплей.
– Ладно, раз вы не верите, так валите отсюда! Сам как-нибудь справлюсь.
– Хорошо! Быстро показывай ту комнату, а потом мы свалим отсюда.
– Нет, Эдвард, не слушай его! – взволнованно тараторит Терренс. – Здесь ничего нет! Он специально тянет время, чтобы мы попались Уэйнрайту на глаза.
Эдвард ничего не отвечает и со скрещенными на груди руками дает Даниэлю понять, что он готов следовать за ним. Перкинс сразу понимает намек и ведет его туда, где был несколько секунд назад. Вскоре они оказываются в еще более темном месте, где действительно есть еще одна запертая комната, а рядом валяются загнившие доски и небольшая, очень старая книжная полка.
– Ну вот! – говорит Даниэль. – Это здесь!
Эдвард с недоверием осматривает дверь, доски и книжную полку, пока Терренс и Питер также приходят сюда со скрещенными на груди руками.
– Ну, допустим я не заметил эту комнату, – холодно говорит Эдвард. – А где же тот самый плач?
– В его голове, – иронично отвечает Терренс. – Амнезия привела к более серьезным последствиям. Не таким, каких мы ожидали.
– Слышь, МакКлайф, ты лучше зашей свой хлебальник и прислушайся к звукам из комнаты, – сдержанно говорит Даниэль. – А потом посмотрим, где звучит этот плач!