Чтение онлайн

Когда три мерцающие точки, обозначавшие триаду боевых крейсеров, двинулись в разные стороны, Элифас наконец понял, зачем это было нужно.

Неожиданный маневр заставил флот чужих рассредоточиться, полностью открыв осевое направление фронта над астрономическим горизонтом планеты. Ксеносы, похоже, хорошо знали боевую доктрину Империума и технические возможности имперских кораблей. Поэтому они без опаски направили свои суда веером к периферии сферы битвы, понимая, что это не даст противнику тактического преимущества.

Все было так, если бы имперцы собирались продолжать бой.

– Общий прорыв через центр, – выдохнул примарх, двумя могучими шагами возвращаясь к командному трону. Его зеленые глаза горели внутренним пламенем. Элифас часто видел отца таким в разгар пустотного сражения. Солей Враск был рожден для подобных моментов.

На гололите вспыхнуло еще несколько искр разного размера. Мерцающий понимал, что сейчас все зависит от исправности каналов связи. Сколько же кораблей они потеряют лишь потому, что приказ дойдет до них с задержкой в несколько секунд? Это не имело значения. Значимы были только спасенные жизни. Погибшие получат последние почести позже.

Внезапно через шум помех в общем канале прорвался хриплый голос Абрахама Сера, капитана «Трисмегиста». Элифас узнал его лишь потому, что был лично знаком с этим воинственным человеком.

– Смерти нет! – проскрежетал Абрахам и связь оборвалась.

Почти сразу аналогичное сообщение продублировали еще два голоса – один удивительно молодой, почти мальчишеский, второй – женский. Элифас посмотрел на отца и понял, что это были голоса капитанов «Моая» и «Утра магов». Вслед за этим в разных частях гололита почти одновременно вспыхнули три ослепительно-ярких искры. И три янтарные капли скатились по щекам примарха.

– Смерти нет, – Солей произнес боевой клич своего легиона одними губами.

Через два часа двести шестьдесят кораблей Группы Люис покинули сферу битвы над Адвекс-Морс Экстремис, пройдя сквозь широкое кольцо в самом центре вражеского строя. Сто двадцать имперских судов навсегда остались на орбите этого мира. Некоторые еще боролись за жизнь в тщетной агонии, транслируя на всех частотах единственную фразу: «Смерти нет».

Авл Кельс опустился на пол центральной платформы, тяжело привалившись спиной к парапету. На таком расстоянии ксеносское поле подавления не действовало, и связь по большей части восстановилась. Хотя инфраструктуре корабля был нанесен значительный урон, и техножрецам еще предстояло выяснить – как именно враг глушил их системы наблюдения связи.

Элифас подошел к брату и помог ему подняться. Авл взглянул на тактические экраны. Его глаза затопила боль.

– Сколько… – он не сразу справился с эмоциями. – Не вижу сводку – сколько кораблей мы уничтожили?

– Нет точных данных, – отозвалась Анна со своего трона. – Мы пока не в состоянии идентифицировать, уничтожено вражеское судно, сильно повреждено или не получило значительного урона. По актуальным отчетам, мы нарушили конструктивную целостность как минимум тридцати ксеносских кораблей, двенадцать развалились на части – их мы с наибольшей вероятностью можем классифицировать как уничтоженные.

– Двенадцать, – эхом повторил Кельс.

– То есть размен – один к десяти, – продолжил его мысль Элифас.

– Это не война, это истребление, – проговорил Авл, облизав пересохшие губы. Он обернулся и с надеждой посмотрел на отца.

– Приказы, господин? – Анна Крейн тоже задрала голову, глядя на своего примарха. – Мы быстрее и можем уйти к ближайшей… – она осеклась, поймав взгляд Солея.

– Направьте флот к Адвекс-Морс Примус, – глаза Враска больше не горели двумя безумными изумрудами. Теперь они едва тлели, а кожа вокруг кристалла во лбу воспалилась.

– Мы должны помочь моему брату, – владыка XI легиона ничем не выдал своего волнения. – Ведь он… он не отступит.

***

– Мы потеряли связь с Группами Бэйт и Люис, – доложил Каппа-8-Орион, недавно получивший доминирующий статус в подсекторе связи капитанского мостика.

Максим Тихон ничего не ответил, лишь один из его многочисленных мехадендритов с пикт-устройством покосился на Витара Каина, издавшего звук, который синаптические архивы архимагоса классифицировали как «пренебрежительное фырканье».

– Продолжайте попытки связаться с флотами, – наконец снизошел Тихон. – Факт потери связи не вносит критического деструктива в параметры нашей миссии.

Каин снова фыркнул.

– Насколько это разумно, архимагос? – Витар намеренно использовал для общения биологическую гортань. Он склонил голову, посмотрев на эксплоратора. – Здесь нет ничего, что могло бы повлиять на внутрисистемную связь.

– Вероятно, но не гарантировано, – архимагос парировал компактным пакетом данных. – Нет никаких факторов, указывающих на присутствие врага, если вы об этом. Кроме того, в Группе Бэйт – шестьсот десять кораблей. В Группе Люис – триста восемьдесят. Ковчег остался с флотом Балора. Мне не известны факты ксеносской угрозы, способной нести объективный риск для любой из этих групп. Вам такие факты известны?

Витар Каин промолчал.

Они отделились от основных сил Объединенного Флота, как только миновали астероидное поле, направившись к дальнему краю системы, где авгуры фиксировали крупный искусственный объект, движущийся по гелиоцентрической орбите. Тихон решил, что брать Ковчег нерационально, поэтому оставил его на попечение Кракова.

Эксплоратор взял универсальный крейсер класса «Лунный», модифицированный на верфях Марса по его спецзаказу два года назад. Это было отличное многоцелевое судно с мощным вооружением, усиленными двигателями и дополнительными комплексами авгуров и ауспексов. Оно идеально подходило для агрессивной внутрисистемной разведки. В качестве прикрытия выступила эскадра эсминцев класса «Охотник», разумеется – тоже модифицированных под нужды Максима.

Несмотря на предложение Келла, Тихон отказался от присутствия космодесанта на своих кораблях. Вместо этого он взял на борт «Вольта» (так назывался крейсер) Витара Каина, роту таллаксов тагматы и взвод тяжелых урсараксов. Плюс у «Вольта» был собственный контингент скитариев и батальон боевых сервиторов. Этого должно было хватить для… в принципе, для чего угодно.

Через терранские сутки крейсер подошел к искусственному объекту на расстояние прямого сканирования ауспексами. Авгуры, как и в случае с покинутыми колониями, не давали результата. Объект казался безжизненной громадой из камня и адамантия, но при этом сохранял стабильную орбиту, что потенциально указывало на наличие стабилизирующих двигателей и системы, которая ими управляла. Рабочей системы.

Над гололитическим проектором в центре мостика вспыхнуло трехмерное изображение объекта. Он выглядел как исполинское веретено, обернутое мотками стальной пряжи. «Веретено» медленно вращалось вокруг своей оси. Что-то неправильное было в нем. Через минуту, когда поступили новые данные и картинка обрела большую детализацию, Витар Каин понял, что именно.

– Это Пограничная станция типа «Парка», – констатировал он, сверяясь с инфопланшетом. Секутор стоял возле архимагоса на мостике «Вольта», который в сравнении с мостиком Ковчега казался каютой рядового члена экипажа, а не центром управления грозного боевого корабля Механикум.