Чтение онлайн

– Но там же через пару сотен метров вниз по реке водопад, затянет же, и швырнёт в низ, а это верная смерть, - у Химбы даже голос немного дрогнул.

– Дим, а почему ты, - фыркнул Импло, - уж поверь, по такому лесу я бегаю быстрее тебя.

– Потому что ты воин, а я нет, и Дван воин, и вы оба будете полезнее здесь, при прорыве, а от меня же толку будет мало. Химба должна дойти по любому, это без вариантов, я принцессе обещал. Ну, а если кроме шуток, и лишних рефлексий, то это единственно правильный вариант. Ну сами посудите, у вас здесь родные, близкие, друзья, а я никто и звать никак. И не ждет меня там никто. А если еще добавить то, что скорее всего вам всё равно придется пробиваться с боем, то твои мечи и топор Двана, а самое главное, умение с ними обращаться, будут здесь намного ценнее. Так?

– Да всё так.
– в сердцах сплюнул Дван, - но как-то это... не знаю, неправильно как-то.

– Да как раз всё правильно и есть, и ты сам это прекрасно понимаешь. Всё будет хорошо, а если прорветесь, то давайте договоримся, что через пару недель будете ждать меня на той стороне перевала, вдруг подсобить понадобится. Я думаю, что за это время здесь всё успокоится, и будет шанс проскочить.

– Не факт, по мне, так эти заслоны теперь на постоянку здесь, если мы прорвемся. Герикон просто обязан будет здесь гарнизон держать. Да и границы всех диких земель патрулировать. Но ты прав, бдительность дней через десять ослабнет, хоть какой бы ты ни был мутант, постоянно на взводе находиться не сможешь.

Импло ситуация явно не нравилась, но это был и правда единственный вариант. Ну, который мы видели, конечно. На подготовку у нас ушло ещё несколько часов, и день уже начал клониться к своему окончанию. Как бы написал поэт или писатель - смеркалось. В основном мы потратили время на то, чтобы ребята поближе прокрались к точке старта их прорыва. С местностью всё-таки нам немного повезло, и небольшая балка, полностью заросшая кустарником, и протянувшаяся практически на половину дистанции до тропы на перевал, здорово выручила. Благодаря этой балочке, два лаори и альт смогли вплотную приблизиться ко входу на перевал, и располагались сейчас ровно посередине, между инсерцами и мадалами, да так, что те их даже не почуяли. Передвигались они явно в час по чайной ложке, ступая очень медленно, осторожно, замирая через каждый шаг. Я их не видел, но примерно представлял себе, что происходит. Я же, ещё с Импло, до того, как они ушли, прошёл по всей протяженности своего предполагаемого маршрутом побега, подмечая все нюансы и особенности местности, чтобы хоть немного облегчить себе задачу и повысить шансы на выживание. По наводке своего напарника, пару раз я даже изменил направление движения, немного удлинив дистанцию, зато используя природные ловушки в виде поваленных не до конца деревьев, зарослей колючих кустарников и даже одной ямы, глубокого провала в скальном основании, который был практически незаметен на первый взгляд, а если ещё и ломиться по лесу в азарте погони, так и вообще можно было в него загреметь с риском для жизни. Дырка то в земле была глубокая. Мы ещё соорудили мне на спину мешок, который прихватили еще в момент своего побега из камеры, чтобы у преследователей сложилось впечатление, что скраденные отрядом реликвии находятся у меня. И при побеге я ещё планировал кричать и махать руками, якобы предупреждая своих подельников. Понимаю, что всё это шито белыми нитками, но другого плана у нас не было.

А потом я просто ждал. Мы договорились, что сигналом к началу моих трепыханий, которые начнутся, когда остальные будут уже готовы, будет наклон верхушки небольшой березки, росшей на месте, откуда и намечался забег к перевалу. Импло планировал как-то накинуть на нее петлю, не обозначив своего присутствия, и пару раз качнуть ею, словно кивнув. Вот я и ждал, а потом уже, когда сигнал подадут, мне на своё усмотрение и начинать свой забег. Потрясывало меня, конечно, было страшно и жалко себя. Когда спорил с друзьями и предлагал свою кандидатуру, как-то не осознавал до конца последствия. Я же реально сейчас могу умереть. Проняло, как говорится, доставило, и я сидел и трясся. Весь. Мне даже показалось, что зубы лязгали.

Но когда дерево качнулось дважды, я вдохнул пару раз, каждый раз глубоко выдыхая, потом поднялся, и попёр эдаким придурком в сторону лагеря изменённых. Даже посвистывать начал, ну а что? Надежда ещё оставалась. Даже по их рожам было видно, что они ох.. удивились сильно. А я сделал лицо удивлённого идиота и ломанулся обратно в заросли леса, что-то вопя. Теперь мы, время - фигурально, а я - буквально, понеслись стремительно. Я бежал по проложенному нами маршруту, не думая, куда встанет моя нога, прилетит ли мне веткой по лицу, и не свергнусь ли я в те ямы, в которые надеялся завести преследователей. По моим ощущениям за мной побежали все изменённые, видимо инстинкт охотников, либо сторожей в них сработал. Но на то и был расчёт, и я надеюсь, что так оно и есть. Мысли скакали с одного на другое, добегу ли до реки, переплыву ли, или попаду в водопад, как там мои друзья, кто меня догонит первым, мои уши, казалось повернулись назад, прислушиваясь к шуму погони, а глаза всё-таки умудрялись выискивать и оценивать особенности местности, по которой я бежал. И я боялся. Опять. Как же мне стало страшно. Видимо, как азарт раззадоривает догоняющего, так и паника, подстегивает преследуемого. Я был прямо как лань, тут я даже усмехнулся про себя, ничего себе лань, до лани мне еще очень далеко, хоть я и схуднул в этом мире, но, как говорят, тощая корова, ещё не газель. Господи, ну что за мысли лезут в голову, тут бы выжить, а я свою грациозность осмысливаю. Так, вот и первая яма-ловушка, мы её сверху закидали тонкими ветвями, валежника в округе валяется немало. Пробегаешь по краешку, перепрыгиваем через поваленное дерево, и припускаем дальше. Сзади практически через несколько секунд раздается треск, и слышен разочарованный рев мадала, видимо одному из них не повезло.

Справа и слева от меня, среди стволов деревьев замелькали силуэты летающего постельного белья, эти уже меня догнали, но как я и рассчитывал, маневрировать среди деревьев им было все-таки трудно, вернее скорость им приходилось снижать, да и ветки с кустами мешали нападать на меня. Правда одной твари всё-таки удалось меня достать, когда я огибал небольшой ельник, выдававшийся своеобразным язычком, в заросли деревьев, очень похожих на березы. Резкая боль в предплечье, взмах клинком, прямо на бегу, и практически разрубленная пополам тварь падает где-то сзади. Я всё ещё бегу, хотя дыхание сбилось, пытаюсь судорожно его выровнять, а по руке текут, на мой взгляд, просто потоки крови. А вот боль почти сразу прошла. Странно. Взгляд на лево, здесь в пяти примерно метрах вверх уходит, практически отвесно, каменная стена небольшой скалы, расположенной в предгорье, значит еще пара сотен метров, и река, в которую придется прыгать прямо с разбега. Река, прямо перед началом дороги на перевал, делала небольшой изгиб, сначала приближаясь к нему практически в притирку, а потом снова убегая от него, и от этого места до водопада было несколько сотен метров по воде, что давало мне шанс попробовать переплыть её, и скрыться в болотах. Я очень надеялся, что изменённые медведи и инсерцы более благоразумны чем я, и не сунуться за мной, а нетопырям меня, в зарослях кустарника на другом берегу, с которых и начиналась топь, не достать. В общем, во всей этой авантюре шанс выжить был, мизерный совсем, но был. Дорога же на перевал, словно обидевшись на реку, также сворачивала резко влево, и только через несколько сотен метров начинала подъём в гору. И надеюсь, мои друзья уже поднимаются. Тут что-то дернулось у меня в душе, и я резко рванул вправо, уходя в перекат, а прямо над тем местом, где я только что был, пролетела туша мадала, с оскаленной мордой и вытянутыми вперёд лапами. Чуть не прихлопнул меня, скотина такая. Уже заканчивая перекат, я со всей дури влепился коленом в корень дерева, торчащий из земли, боль вспыхнула резко и сильно, я аж закричал, но вскочил, и очутился лицом к лицу с инсерцем-из-альта, который видимо, только-что резко затормозил, и разворачивался ко мне, замахиваясь огромной дубиной. Мне немного повезло, я застал его в неудобной позе, в полуразвороте, а я летел с мечом в руках, да и ещё инерция переворота помогла, так что я просто влип в него, держа в руке меч перед собой, и даже услышал звук вспарываемого мяса. Глаза у него практически сразу потухли, и мы вместе с ним рухнули на землю, хорошо, что я на него, а не наоборот, а то мне сразу же пришел бы "алес". Зверь слева, уже разворачивался в мою сторону, когда я смог всё-таки подскочить и прямо сходу врубиться в кустарник, продолжая свой побег. Сверху опять упала наволочка, яростно повизгивая, и полоснула меня острыми когтями-лезвиями по спине. Снова резкая боль, но как ни странно, именно это нападение дало мне импульс к ускорению, сработало как волшебный пендель, если можно так выразиться. Я уже ничего не соображал и несся по лесу не разбирая дороги, каким-то чудом удерживая равновесие. Хотя шатало меня изрядно. Сейчас, вспоминая об этом, я так и не могу объяснить, как же я всё-таки добежал. Просто повезло, наверное. Ну как повезло, везением я бы это не назвал. Странно называть везением дорогу на тот свет. Я только помню, как один раз мне дорогу преградил ещё один мадал, а я мгновенно сориентировавшись, пробежал по поваленному дереву, и спрыгнул с него уже позади исчадия диких земель, и не останавливаясь ни на мгновение, продолжил свой бег, как один раз чуть пригнувшись избежал удара по голове дубинкой еще одного инсерца, выпрыгнувшего на меня слева из зарослей, как обрадовался, на мгновение, когда услышал шум воды, но тут же пропустил удар лапы, правда почему-то опять без когтей, выскочившего под острым углом по направлению моего движения мадала, и улетел кувыркаясь и ударяясь об стволы деревьев и сминая кустарники, как мне показалось тогда, метров на десять в сторону. Каким образом я встал на ноги, и продолжил бег, не знаю, скорее всего меня просто по инерции поставило вертикально и на ноги, и я машинально продолжил их переставлять. Не помню. И нападение на меня я также пропустил, меня что-то ударило в спину, подхватило сжимая в зубодробительных объятиях, я даже почувствовал, услышал звук похожий на то, как хрустит лёд, когда его выковыриваешь из формы для замерзания, а боли уже не было, и понял, что это ломаются мои кости, как рук, так и груди как-то отстраненно, и уже последним краем сознания я увидел, что падаю в реку. А потом всё.

Как же мне больно. И блевать тянет. Но нечем, в желудке явно давно ничего не было, и он отвечает на мои позывы к рвоте только резкой болью, словно по нему кто-то полосует бритвой. Болит всё. Голова кружится и сильно тошнит. Глаза я никак не могу открыть, просто не знаю, как. Есть только одно ощущение, я дышу, и от этого незамысловатого действа мне почему-то больно. И вроде бы я лежу горизонтально. А что такое горизонтально? И кто я? Как бы сблевать-то, и чем? И когда перестанет всё болеть? И перестанет ли? АААААА. Я перестал.

Как пел один певец из моей юности, я был я, но он ушел. Теперь он вернулся, вернее я. Блевать хочется по-прежнему, но это желание уже не является смыслом существования. И я начинаю вспоминать, кто я. Бежал куда-то. Боялся. Как же всё болит! Может я нажрался вчера и покуролесил. Ни фига себе оттянулся, я же обычно спокойный, когда выпью. Дикобразы какие-то на задних лапках смотрят на меня укоризненно. Странно. Попытаться открыть глаза. Вот чёрт, куда всё закрутилось. Всё.

Я очнулся. Теперь уже я. Господи, я всё-таки каким-то образом выжил. Ну относительно, конечно, желание всё вокруг заблевать и боль всего меня, никуда не делись. Но глаза похоже открываются. Так, где я? Я лежу, а практически валяюсь, в какой-то пещере. Справа горит костер, прямо напротив меня вход в это помещение, завешенный шкурами. Стены убраны в дерево и шкуры, но камень проступает почти везде, потолок закопчённый, а дым уходит в какое-то отверстие в куполе. Шаги справа. Появляется лицо, женское лицо. Человек. Уже лучше, не лаори и не альт. Вряд ли я вернулся на Землю, пещера всё портит. Тогда я у росов? Не знаю.

Девушка посмотрела на меня, спросила что-то, я почему-то не разобрал, шумело в голове, отошла, и через пару мгновений вернулась с чашкой в руке, и подсунув одну руку мне под затылок, чуть приподняла мою голову и приставила чашку к моим губам. У меня даже получилось сделать несколько глотков тёплого, сильно пахнущего какой-то корой напитка, как весь мой организм взбунтовался, и меня вырвало. Прям себе на грудь и руку девушки. Она нисколько не расстроилась, и опять заставил меня пить, но я и не сопротивлялся, так как понимал, что меня пытаются лечить. Сделав еще несколько глотков и допив остатки жидкости, я обессиленно повис на её руке, держать голову у меня пока не получалось. Она бережно опустила мою голову на подушку и принялась счищать с меня то, что отверг мой организм. Тут я уснул. Теперь уже просто уснул.

Открыв глаза, я опять увидел её, она сидела у очага, перемешивая в котелке варево. У меня появилось немного времени, чтобы рассмотреть свою лекарку. Она была молодой, на вид лет двадцати-двадцати пяти, крепкой девушкой, с длинными волосами, заплетенными в косу, достигавшую ей почти до пояса, с приятным, милым лицом, знаете, как бывает, вот не писаная красавица, а внимание обращаешь. Не нравится мне такое определение, но по-другому не знаю, как сказать, но про таких говорят - миловидная. В общем, нормальная девушка, крепкая и приятная на вид, одетая в явно самодельную одежду, сшитую из простых материалов, что-то вроде льна, или хлопка. Обувь обычная, полусапожки, примерно, как и у меня были, когда я приоделся в Эйенге перед походом, по местным меркам, в женский вариант. Мужчины, по крайней мере у лаори, предпочитали более яркую обувь, за исключением военных, но у тех обувь все равно была в цветах клана, рода. Я помню замучился, выбирая себе просто черные, ну или темно-коричневые, без всяких вставок голубого, розового или подобных им расцветок, с причудливым орнаментом и вкраплениями разных, пусть мелких, рисунков, присутствующих даже на военных образцах. Либо женские, и соответственно маленьких размеров, либо красивые. Для меня это был своеобразный квест, найти, по мнению лаори, женские сапоги, но сорок пятого размера. В общем на ней были однотонные сапоги темного цвета, из-за плохого освещения я не смог толком рассмотреть какого они были цвета, но и не важно для меня это было, также на ней была кожаная безрукавка с множеством карманов и бахромой, прям как у наших байкеров. Тут она обернулась, и увидела меня.

– Очнулся, болезный?

– Да, здравствуйте. Спасибо, что вытащили меня.

– Привет. А я тебя и не вытаскивала, это тебя вон Кучум притащил, - и она кивнула в угол пещеры, еще правее двери.

Я перевел взгляд и обомлел. У самого входа, вдоль стены развалился Зверь. Здоровенный пес, размером с теленка, мохнатый, по окрасу и стати, напоминающий кавказских овчарок, только ещё больший по размеру. Этот мохнатый крокодил, наблюдал за мной, периодически отвлекаясь на запахи, исходящие из котелка, вывалив язык и обнажив здоровенные клычищи, каждый с мой указательный палец размером. Таких собак я здесь ещё не видел, у лаори роль охранника и пастуха выполняли тоже собаки, но совершенно другого вида, приземистые и совершенно лысые, усиленные в самых жизненно необходимых местах чем-то вроде костяной брони, как у наших броненосцев. Но не по всему телу, а как бы вставками, на шее, груди, животе и на ногах. Этот же был самой настоящей собакой, только большой, очень большой.