Чтение онлайн

— Как прекрасно, что мы познакомились, мисс Демпси, — шепчет Саму, пока рассматривает меня так, будто на меня указывает световая реклама: «Растерзай ее — это очень классно!»

Это был взгляд голодного зверя. Волк снова в игре, а маленькая я, бедная Красная Шапочка, совершенно растерялась. Дерьмо! Больше всего я хотела бы атаковать, но как я должна объяснить это отцу? «Да, кстати, Саму уже был у меня между ног, так что мы собираемся пожениться. Радуйся, потому что он, вероятно, откажется делать рекламный ролик у своей жены!» Ну… Это действительно обрадует отца, он ведь уже почувствовал запах наживы. Супер. Просто замечательно.

Хватит с отца. Он взял у меня из рук документы, пока я, абсолютно сбитая с толку, стояла и пристально смотрела на Саму, словно он единорог. Да. Единорог. «Перед тобой стоит это сказочное существо, а человек, — думала я, — просто тебе показался». Ты так сексуально расстроена, дорогая Алекс, что этого парня не существовало. И сейчас здесь стоит единорог и протягивает мне копыто, э-э, руку. Как бы то ни было. До тех пор, пока он не начет отсвечивать, я в принципе довольна.

— Извините. Мы подготовили документы и хотим показать Вам первый проект. — Мой отец умело вытягивает мою голову из петли и кладет документы на стол.

— Пока присядьте, пожалуйста. Если Вам что-нибудь нужно, мы с радостью это предоставим!

— У меня все есть, большое спасибо, — отвечает Саму спокойно и бросает на меня дружелюбный взгляд, прежде чем снова сесть. Я все еще стою, словно маленькая школьница, которая заблудилась или будто бы меня не забрали. Деревья такие высокие, а лес такой темный, Саму — это злой волк, который в любой момент может съесть меня!

Через два часа самая худшая часть окончена. Мой отец взял на себя большую часть переговоров, а мне позволил только время от времени вставить пару комментариев. Саму произвел на меня впечатление во время обсуждения. Он казался совершенно другим. Таким спокойным, решительным и профессиональным. Совсем не тем легкомысленным парнем, которым он был тем вечером. Ну, хорошо, сейчас речь идет о большом количестве денег, поэтому он не может быть таким же легкомысленным с моим отцом, как со мной.

Истощенная суетой и спешкой утром, я все еще сижу за столом, чрезвычайно довольная тем, что угроза, наконец, миновала.

Отец и Саму пожимают друг другу руки.

— Очень хорошо, я рад, что через две недели смогу увидеть дальнейший прогресс, — говорит Саму спокойно, едва ли уделяя мне внимание. Мудак! Мог бы посмотреть на меня хотя бы один раз! Я с яростью смотрю на него и улыбаюсь моему отцу, когда он собирается уйти.

— Я останусь, — коротко отвечаю папе и останавливаю Саму, который ведет себя так, будто тоже хочет уйти.

— В таком случае я попрощаюсь, — коротко говорит мужчина, едва заметно кивнув. Я сижу слишком далеко, чтобы он мог пожать мне руку. Он серьезно? На самом деле хочет так просто уйти? А что насчет нас? Возможно, он оскорблен? Если да… То он просто мог отказаться от заказа, не так ли? Мой отец покидает комнату, а Саму следует за ним. О, нет, друг мой, так не пойдет! Я пробираюсь к двери, наблюдая за отцом, который проводит Саму к концу коридора. Они снова прощаются, и папа идет назад в свой кабинет. Саму ненадолго останавливается у Штеффи, нашего администратора, а затем целеустремленно направляется к лифту. Подожди! Я стремительно несусь вдоль коридора и почти спотыкаюсь на краю ковра, но успеваю схватиться за дверной косяк и в последнюю секунду заскочить в лифт. Голливуд не смог бы сделать лучше! Ха! Так же элегантно, как корова на льду, с растрепанными волосами я стою напротив него, тяжело дыша. Он рядом с кнопками и собирается нажать на первый этаж, когда я хватаю его за воротник и вжимаю в стену.

— Что ты здесь делаешь? — шиплю я и на ощупь добираюсь до кнопок. Стоп! Не едем!

— Ты была мысленно где-то в другом месте последние два часа? — спрашивает он меня спокойно, будто моя хватка на его воротнике вообще не мешает ему. Я отпускаю его и затем снова вжимаю в стену, давя своей рукой ему на грудь.

— Ты точно знаешь, что я имею в виду! Не даешь о себе знать и ведешь себя в присутствии моего отца так, будто мы не знакомы! — вновь шиплю я на него, потому что не хотела кричать. Лифт не сдвинулся ни на метр.

— Ты такая сексуальная, когда нервничаешь, — говорит Саму и хватает меня за запястья. У него нет ничего в руках, так что естественно, что у него преимущество, потому что он может использовать обе руки.

— Э, что?! — задыхаюсь я, застигнутая врасплох.

— Бежать специально за мной так мило с твоей стороны, — шепчет он, прижимая меня к стене лифта. — Только боюсь, что у нас осталось не слишком много времени. Если лифт не будет ехать, то это заметят и откроют двери.

Прежде чем я могу переварить сказанное, он поворачивает меня и прижимает грудью к зеркалу.

— Минутку! — протестую я, когда он прижимается своим лицом к сгибу моей шеи и нежно кусает меня. Он умудряется умело удерживать мои руки и заводит их мне за спину. Не больно, но я чувствую себя беззащитной и полностью в его власти. С одной стороны, страшно, с другой стороны, возбуждающе.

— Только одно слово с твоей стороны, все равно какое, и я остановлюсь. Да. Нет. Или моё имя. Только одно слово, и я не буду продолжать. Потому что буду знать, что ты не хочешь, — шепчет он мне на ухо, держа мои руки уже одной рукой. Другая его рука мастерски скользит по моему телу, будто ему знаком каждый миллиметр. Он находит мой живот, и я чувствую, как он позволяет кончикам пальцев скользить над моими ребрами. Я не должна ничего говорить? Ровным счетом ничего? Я не смогу оскорбить его. Сволочь. Или полный идиот! Я бы хотела бросить это ему в лицо. Но с другой стороны… Я чувствую это биение в моей груди. Кровь в моем теле как будто накаляется, и мое сердце откачивает ее в каждый отдаленный участок тела. Мне жарко, так чертовски жарко. Я крепко стискиваю зубы и сжимаю вместе губы, дышу только через нос, и зеркало, в которое я вжата лицом, запотевает. Эта смесь ласки и грубости сводит меня с ума. Если бы он был только нежен, я бы давно отвесила бы ему пощечину. А если бы был только груб? Тогда я как следует дала бы ему по яйцам. Но эта смесь кружит голову.

Саму несколько раз цокает, будто бы он учитель, поймавший меня на списывании контрольной по математике у соседки по парте. Он прижимается членом к моей заднице и нежно обхватывает мою грудь, а затем начинает умело массировать ее, продолжая опускаться дальше. Это не может происходить на самом деле! Я веду себя как дешевая шлюха, позволяющая облапать себя в лифте. Куда делась моя свобода от зависимости? Где она? Я потеряла ее в коридоре или забыла утром в постели? Ее не может просто не быть! Давай, раскрой рот, Алекс! Давай! Скажи что-нибудь! Но ничего… Только сопение вырывается из меня, когда я чувствую, как его рука снова скользит по моей груди, а пальцы нащупывают кружевную ткань моего бюстгалтера.

— Если я правильно заметил, пока твой отец показывал мне документы, черный бюстгальтер под белую блузку? На самом деле просвечивается! — говорит Саму. Хватит! Я сдвигаюсь немного назад и пробую ударить его локтем в живот. Но он сносит это спокойно, не издавая никаких звуков.

— У тебя немало силы, надо признать. Если мне нужно остановиться, тебе необходимо лишь сказать об этом…

Ублюдок! Будто я сейчас могу что-то сказать… Не могу! Нижняя часть моего живота дрожит, и все мое тело молит о его прикосновениях.

— Тогда я продолжу. Мы должны поторопиться, — говорит он и скользит своей рукой вдоль моего живота. Юбка начинается выше пупка. Так она помогает красиво обрисовать задницу, а хороший силуэт важен для меня. Но теперь это только мешает. Я чувствую, как рука Саму легко исследует мой живот и продолжает скользить вниз. В этот момент я рада, что сегодня у меня было так мало времени, и у меня не было шанса надеть колготки. Спасибо! И в то же время… Черт!

— У меня чувство, что ты настолько возбуждена, что быстро кончишь, — шепчет он у моего уха, прежде чем прижимается губами к моей шее. Его дыхание такое горячее, что я чувствую себя, словно в сауне. Или это такой воздух здесь, в лифте? Уверена, здесь так же жарко, как в духовке! Но Саму горячее… Намного горячее!