Чтение онлайн

1. Освещать события со всех точек зрения. (Поскольку представители правительства никогда не соглашались давать В92 интервью, их позиции цитировали по официальной прессе.)

2. Сравнивать разные источники.

3. Не слишком доверять утверждениям представителей элит.

4. Избегать восхваления военных технологий.

5. Использовать шокирующие материалы для того, чтобы подчеркнуть жестокость войны. (Эта позиция явилась следствием того, что официальные медиа Сербии никогда не упускали возможности показать шокирующие детали, независимо от того, могут ли это увидеть дети, в целях разжигания этнической ненависти и военной истерии.)

6. Уделять внимание историям отдельных людей.

7. Репортажи должны вскрывать глубинные аспекты проблемы.

8. Помнить, что обыкновенно масс-медиа используются для манипуляции.

9. Избегать того, чтобы собственная работа оказывалась в фокусе внимания репортажа.

10. Сообщать об инициативах за мир и поддерживать их. Роль, которую сыграло радио В92 в истории многострадальной

Сербии, показывает, как сложно и все же возможно сохранить информационную самостоятельность на повестке дня, и как эти усилия вознаграждаются. В моменты общественного подъема оно катализировало мирные протесты и оказывалось вместе с протестующими на улице, сохраняя независимость и дистанцию от политики каких бы то ни было партий. Политически активный народ Сербии отвечал ему не только прямой поддержкой на демонстрациях, но и постоянным высоким рейтингом, низовой организацией вещания через маломощные передатчики, распечатыванием новостных бюллетеней, перезаписью и проигрыванием программ в общественных кафе и на улицах, — собственно, тем, что и делало В92 действующим радио. Эта невероятная поддержка и разносторонний опыт позволили радио В92 стать экспериментальным полем для новых возможностей, таких, как широкая конвергенция радио и других видов медиа. Веран Матич не раз подчеркивал, что на радио появился журналист нового типа — «мультимедийный» журналист, способный оперативно подготавливать сообщения в разных форматах вещания. Радио В92 непосредственно на практике показало, как интернет открывает возможности для слияния радио, ТВ и текстовых средств вещания в единый мультимедийный комплекс. Также, вещая на разных языках народов бывшей Югославии, оно делом показывало интернационалистский подход и возможность мирного разрешения этнических конфликтов, а поддержка, которую оно получало от дружественных активистов из Голландии, ясно показывала сербам, что не для всего остального мира бомбежки их страны являются единственно возможным выходом. В92 умудрялось использовать нелицензированные частоты, правительственное оборудование, деньги Сороса и официальной сербской оппозиции для того, чтобы сообщать народу независимую и взвешенную информацию, таким образом, играло на всех противоположных интересах. И сейчас в России, когда многосторонность вовлеченных в ту историческую ситуацию интересов и сложность оперативного действия не так видны, как непосредственно во время событий, — легче остановиться на одной из нескольких примитивных точек зрения, говоря: "Мы за Милошевича, потому что его бомбили американцы", или "Мы за Милошевича, потому что сербы тоже православные", или "Мы против Милошевича, потому что он коммунист", или "Мы против Милошевича, потому что он националист". История В92 показывает, как важно понимать многосторонность интересов и разнообразие точек зрения, и не отвергать или принимать какую-то одну из них априорно, а внимательно изучать ситуацию, понимая, что в сложной многосторонней ситуации приходится искать один-единственный путь, который позволит пройти по лезвию бритвы.

Последние годы, вместе с ростом антиглобалистского движения, радио получило развитие в странах третьего мира, где они могут стать орудием общественных движений, инструментами создания медиа-системы и гражданского общества. В большинстве стран Азии доступ к интернету имеет крайне малое число населения, тем более оно затруднено из-за ориентации интернета на английский язык, который мало кто знает. Элиты азиатских стран также прилагают очень мало усилий для преодоления "цифрового неравенства". Они считаются наиболее англофильскими из национальных элит в мире. Поэтому радио часто оказывается единственным средством информирования населения о происходящем в мире, а также об их собственных правах. Интеграция с интернетом часто открывает дополнительные возможности для радиовещания.

Так произошло в ближневосточном Иордане. Тактическое радио Ammannet, покрывающее своим вещанием большую часть стран региона, вплоть до Палестины, возникло на основе новостного интернет-портала, созданного журналистом Даудом Куттабом. Это была сеть AMIN (Интернет-Сеть Арабских Медиа), объединившая в 1995 году прессу арабоязычных стран. Цензура в этих государствах очень сильна, но часто средствам массовой информации позволяется сообщать критическую информацию о том, что происходит у соседей, поэтому AMIN оказался интернет-дайджестом, из которого разные страны могли узнать много интересного о себе самих и друг о друге. О степени его критичности можно судить по тому, что одна из секций на сайте проекта представляет собой базу данных о депутатах парламента Иордании, указывая, как каждый из них голосует и что вообще делает в парламенте — проект, ставящий своей задачей осведомленность избирателей.

Радио Ammannet было учреждено в 1999 году. Одной из основных ориентаций для него является освещение палестинского конфликта. Ему удается покрывать зоны, не охваченные спутниковым вещанием, благодаря комбинированию передающих средств — от интернета до мобильного телефона и мобильных передатчиков. Таким образом голос независимого арабского радио достигает лагерей беженцев в Палестине и на других оккупированных территориях. Ammannet одним из первых стал использовать подкастинг — возможность программирования пользователем компьютера на получение и запись избранных программ. Благодаря умеренной политической линии и успешной работе с медиа-партнерами, Ammannet расширяется, создавая дочерние подстанции и переходя к новым видам медиа — например, в 2004 году был открыт проект локального образовательного ТВ в Рамалле, Палестина. Таким образом он превращается, вслед за В92, в тактический мультимедийный холдинг.

Кроме способности создаваться небольшими сообществами, радио также обладают способностью служить потребностям сообществ — особенно деревенских, о которых в сегодняшнем мире никто не заботится. В Латинской Америке язык кечуа, на котором разговаривают 10 миллионов обитателей Боливии, Перу и Эквадора, вообще не представлен на телевидении — зато на нем говорят 180 локальных радиостанций. В 1996 году на сто человек в Боливии, по приблизительным подсчетам, приходилось пять телефонных линий — но 57 радиоточек. В сельскохозяйственных местностях Латинской Америки, Азии и Африки радио для сообществ всегда оставляют несколько часов вещания в сутки для передачи частных новостей между деревнями. Посредством радио фермеры этих мест координируют закупочные цены на зерно и другие хозяйственные вопросы. Как известно, именно они подвергаются наиболее хищническим обманам со стороны транснациональных корпораций: например, крупнейший производитель ГМ (генетически модифицированных) продуктов Monsanto вписывает в свой контракт условия, по которым купленные у нее семена не могут использоваться на следующий год, что ставит фермеров в прямую долговременную зависимость от ее ценовой политики. Поскольку фермеры часто не читают договоров и нарушают нелепое "правило", — известны случаи, когда их урожаи представителями Monsanto уничтожались, а люди отправлялись в тюрьму. В знак протеста индийские фермеры неоднократно демонстративно сжигали семена Monsanto. Радио требуется, конечно, и для координации таких действий.

В последние годы телекоммуникационные корпорации стремятся расширять свое вещание, скупая локальные радиостанции, соединяя их в сеть через спутниковую связь и пуская по ним общие программы, иногда — лишь с поверхностной специализацией по региону. Такая тенденция особенно заметна в США, но она распространяется также на развивающиеся регионы мира, особенно Латинскую Америку. Она тоже ставит под удар локальное радиовещание. С другой стороны, существуют инициативы по обмену информацией и программами между независимыми радио: создаются сайты обмена mp3-файлов, такие, как Local Radio Meeting Point, сайты ретрансляции радиопрограмм, такие, как InterWorldRadio и Институт Панос, общие информационные агентства, такие, как Pulsar в Южной Америке. Также, большое число активистов и частных инициатив сосредоточены на развитии "коммунитарных медиа", в первую очередь радио. Специальные программы в этом направлении проводит Фонд Рокфеллера. Тот тип общественных отношений, которые воспитываются, называется "демократией участия".

Bush Radio, вещающее для черного сообщества в центральном мегаполисе Южноафриканской Республики Кейптауне, возникло в годы апартеида как пиратское (вначале оно было вообще сетью обмена аудиокассетами) и сыграло большую роль в борьбе с расистским режимом. Такие радио, собственно, и создают сообщества, позволяют массе людям осознать общую идентичность и интересы. В Шри-Ланке радио Kotmale не только сообщает новости и пускает в эфир музыку, но и предоставляет необычный сервис — интернет-сёрфинг по заявкам радиослушателей. В Непале городские FM- радио сообщают людям обо всех темах, которые их могут интересовать в жизни города: расписании движения автобусов, ценах на продукты, культурных и религиозных встречах. Устраивая интервью и встречи в эфире с представителями властной иерархии, они делают их более приближенными к народу, заставляют отвечать на вопросы граждан. Наконец, как отмечают исследователи из индийского медиа-центра Sarai, они воспитывают представление о медиа-системе, например, когда вступают в полемику друг с другом или с газетами.

В 2000 году голландские активисты Брюс Жирар и Йо ван дер Спек составили подробный отчет о возможностях развития радио для сообществ в Афганистане, который пользовался большой известностью — но никакие из этих планов не могли быть приведены в исполнение ввиду последовавших на следующий год американских бомбардировок. А американские оккупационные войска никогда не предпринимали шагов к тому, чтобы организовать что-либо наподобие "радио для сообществ".

Понятно, что в условиях суровых авторитарных стран (некоторые являются монархиями) радиовещание не обходится без лицензии. А в условиях лицензирования сильно ограничены возможности критики. Но радио для сообществ все равно без сомнения является тактическим, потому что создает осведомленность и грамотность, информирует людей о происходящем в мире, способствует развитию "демократии участия". Арун Мета, может быть, самый известный в мире теоретик и активист тактического радио, посвятил много усилий организации сетей деревенских радио в сельскохозяйственной Индии, но большинство из попыток кончались неудачей — благодаря инертности или прямой враждебности местных властей. Однако он предложил простейшую модель организации деревенских радио — посредством одного персонального компьютера. Компьютер может использоваться деревенской общиной для разных целей, но в данном случае все, что ему нужно, — это интернет-подключение и звуковая плата. По домам общины протягивается медный кабель, а дома не требуется иметь ничего, кроме усилителя. В более утонченной модели, каждый дом может стать точкой не только приема, но и распространения информации — если его снабдить также микрокомпьютером, микрофоном и переключателем (все в целом может стоить не более $30), а кабель сделать вместо медного коаксиальным. В последние годы открывается возможность для организации такого вещания на основе Wi-Fi подключения. Однако интернет-провайдеров, которые занимались бы обустройством деревенских радио, и производителей, которые создавали бы требуемые девайсы, пока нет.

Радио постоянно используется в военных операциях. Однако, в силу его простоты и дешевости, оно может использоваться не только высокотехнологизированной стороной, но и ее противниками. Замечательный пример такого рода — радио «Ханой», использованное против американской армии во время войны во Вьетнаме. Оно было адресовано американским солдатам, вещало на их языке, и получило у них широкую известность под названием Hanoi Hannah, поскольку ведущую звали Анна. Пацифистский интернет-проект Sixtiesproject, посвященный, во многом, войне во Вьетнаме, посвятил внушительные материалы истории радио Hanoi Hannah. По воспоминаниями солдат, слушать его было часто интереснее, чем официальное радио, вещавшее из штаба американской армии, поскольку Hanoi Hannah включало в трансляции рок-н-ролл и пацифистские песни, запрещенные американским командованием для трансляции на своем радио. С его помощью солдаты могли почувствовать протестующий дух своих сверстников на родине, поскольку вся Америка тогда была охвачена молодежным антивоенным движением. На Hanoi Hannah приезжали помогать несколько пацифистски настроенных журналистов из западных стран, например, австралийский журналист Вильфрид Бёрчетт. Поскольку на радио внимательно отслеживали передачи официального американского радио, следили за западными информационными агентствами и журналом Newsweek, то, к смущению своих противников, часто передавали более точные сведения о состоянии войск и расположении фронта, чем могли знать сами американские солдаты. Осведомленность Hanoi Hannah часто приводила американцев в смятение: один из солдат вспоминает, как радио передало привет его конкретному войсковому подразделению, прибывшему на место дислокации, поздравило с прибытием и предложило «отпраздновать» это небольшой атакой, — тут же начинались выстрелы, и вьетконговцы перешли в наступление. Другой раз из расположения американской армии вниз по реке на лодке отправили молодого лейтенанта с несколькими другими солдатами, чтобы дать ему возможность отметить 23-летие в тылу — лодка попала в засаду, и когда ее нашли, то к телу лейтенанта была приколота американская открытка с поздравлением с 23-летием, а радио передало сожаления о том, что оно было для него последним. На Hanoi Hannah ставили задачу убеждать американских солдат в том, что их война несправедлива, что они рискуют жизнью за чужие интересы. Также там часто говорилось о военным режиме Сайгона, который поддерживали американцы, что он не стоит такой поддержки.

Со стороны американских войск, пропагандистское радио, вещающее на расположение противника и вещающее на его языке, было неотъемлемой частью практически всех военных операций. Во время бомбардировок Югославии войсками НАТО корабли с радиопередатчиками находились в Средиземном море, и их зона вещания охватывала все балканские страны. Во время вторжения в Ирак в 2003-м важным аспектом войны считалось создание т. н. "информационных заграждений", направленных на армию и население Ирака, так и на мировое общественное мнение. Распространялись листовки, действовало радио «Tikrit», вещавшее на Ирак с территории Кувейта, в задачи которого входило сеять панику, распространяя дезинформацию с помощью ежечасных новостей типа: "Войска коалиции продвинулись по территории Ирака на 150 км. Саддам Хуссейн потерял управление страной. Саддам Хуссейн погиб. 250 иракских военнослужащих сдались войскам коалиции…" Радио было названо по имени родного города Саддама Хуссейна. World-Information.org утверждал, что это было сделано, исходя из соображений нанести непосредственный моральный удар по командующему войсками противника — "мозгу командира, как непосредственной мишени военных действий", как утверждает Лиддел Гарт в классическом учебнике военного искусства "Размышления о войне". А пентагоновский генерал Рональд Фогельман в учебнике по инфовойне выражает уверенность, что в современных условиях завладеть информационным полем противника — важнее, чем в прежние времена было завладеть его воздушным пространством. Очевидно, что большую роль в обучении американцев новому военному искусству сыграла Холодная войн, в которой "Голос Америки" и "Радио Свобода" были важными орудиями. Сейчас задачи настолько же прямолинейны, но методы стали тоньше. В течение уже нескольких десятков лет на социалистическую Кубу из Флориды вещает американское пропагандистское телевидение и радио Marti.