Чтение онлайн

Пока все собирали вещи и переносили их вглубь, меня подозвал профессор и вместе с Дереком они повели меня вдоль стен.

— Соворус, я был прав! Тут есть проход в мастерские! — говорил профессор.

— Да, Совор. Мы с профессором уже осмотрели первые залы, — добавил Дерек. — Но там такое же запустение: все насквозь промерзло и заледенело.

— А мастерские? — поинтересовался я.

— Нет, до них пока не дошли, — ответил Дерек и переложил факел из одной руки в другую.

— Зато в ближних залах будет безопасно переночевать, — заметил Криг. — А завтра продолжим исследование.

Они провели меня в обширный зал. Он и вправду сплошь был застлан снегом и льдом. Колонн уже не было видно, а стен уж тем более. Толстый слой замерзшего снега — был новыми стенами, полом и потолком. Из толщ снега вздымались массивные трубы из альдонерского железа. Вентиля были, скорее всего, намертво приморожены, а некоторых даже не было. Голые трубы упирались в стены. И в тех местах, где они соединялись с горой, снега не было: видимо в трубах была теплая вода или масло.

Лабиринт, выстроенный из труб и ледяных стен, углублялся в гору, но профессор решил сделать привал возле одной из теплых труб, куда уже постепенно переносили снаряжение и доски для настила. Вскоре лагерь был разбит, мы развели костер и принялись за скудную еду.

— Ха, город умных эльфов! Тьфу! — возмущался Гаюс, откусывая от зажаренного мяса кусок. — Ледяная рухлядь, а не город! Дерас меня бы побрал, лезть сюда!

— Если это только предместья, а я скажу, что все увиденное мною было выделано искусно, я боюсь представить, какие чудеса нас ожидают дальше, — возразил ему Эрелор.

— Вы эльфы, вам лишь бы о чудесах мечтать! — рассмеялся Гаюс и его неудачную шутку подхватил Киран.

— Дерек, — шепотом спросил я, — ты не видел братцев?

Он вытянул шею и осмотрелся.

— Они разместились глубже, кажется за поворотом, — ответил он.

Перед сном Сара переговорила с профессором, а после все разместились на лежаках, постеленных на настил ближе к трубам, чтобы не замерзнуть на снегу. Ветер начал сильнее задувать в разлом и словно выл. Все явственнее становилось, что будет буря. С трудом мне удалось уснуть.

Не помню, видел ли я какой-то сон, но в чувства меня вернул душераздирающий крик. Я вскочил со спальника и увидел, что крик поднял весь лагерь: все вскочили и вопрошающе оглядывались и осматривались.

— Кричали оттуда! — указал за колонну нам Киран, что, по-видимому, дежурил. Он помог подняться некоторым и вручил им по зажженному факелу.

Крик был мимолетен и прозвучал только один раз, но все ринулись туда, куда указал Киран — в дальний коридор, за поворотом, где разместились братья. Впереди всех как всегда была Сара. Но когда она приблизилась к трубе, что перекрывала путь дальше, она резко остановилась, также делали и остальные подходящие. От увиденного многие лишь разинули рты, но никто не пошевелился. Лишь одна фраза вылетела тогда из толпы: «Милостивые Десятеро!».

Дерек пробрался сквозь столпившихся, я пробирался за ним. И увиденное ошарашило меня, также как и осенило — теперь я понял все, на счет чего меня глодали сомнения. Возле трубы на спальнике лежало окровавленное тело Олафа с воткнутым в грудь кинжалом. Рядом с ним с обезумевшими глазами сидел Свен, который никак не реагировал на содеянное. В окровавленных руках он держал несколько флаконов с жидкостью, отдающей серебристым оттенком.

Дерек выбежал из толпы первый и, схватив Свена, начал расспрашивать его, но тот ничего не соображал. Я бросился к Олафу, доставая из сумки настойку эликсира альдозы. Когда я припал к телу и поводил рукой над окровавленной рубашкой, я понял, что было поздно — Олаф уже умер. Тогда я убрал настойку обратно в сумку, аккуратно вынул кинжал из тела и закрыл веки юноши.

Когда вся группа пришла в себя, они отбросили Дерека и схватили Свена. Его прижали к стенке и стали допрашивать. У Дерека в руке осталась только окровавленная сумка Свена. Он посмотрел в нее, достал оттуда один из флаконов и стал вертеть его.

— Дерек! — крикнул я. — Аккуратнее!

— Что это? — спросил Дерек, отведя подальше от себя флакон с серебристой жидкостью.

— Только нужно проверить, — сказал я себе под нос и прорвался к Свену. — Разойдитесь! Дайте пройти! — крикнул я столпившимся и они расступились.

Я посмотрел на его состояние, вгляделся в расширенные зрачки безумных глаз, которые метались из стороны в сторону, посмотрел на дрожащие руки. На лице было выражение блаженства и безмятежности.

— Это дурман! — огласил я. — Скорее всего касарид.

— Сладкая смерть! — с ужасом в голосе добавил профессор, вошедший в зал.

— Он что сейчас под действием дурмана? — спросил кто-то из группы.

— Да, — ответил я. — Сейчас мы от него ничего не добьемся.

— Ха! Не долгое он получит удовольствие! — опять выкрикнул кто-то из группы.

И в правду, этот дурман, запрещенный на всей территории Туурниля, имел очень не продолжительное действие. Но при этом вызывал сильное привыкание, которое требовало больше и больше дурмана.

Сара и Киран держали Свена за плечи, прижав к стенке. Он не обращал внимания ни на что происходящее, просто со спокойным видом смотрел куда-то вдаль и не сопротивлялся. Но через несколько минут он начал дергаться, вырываться и кричать. Безумие еще сильнее зажглось в его глазах, и они начали бегать еще быстрее. И вдруг его взгляд остановился на месте, где лежало тело Олафа.

— Брат?! — сказал он недоумевающим голосом и стал бегать взглядом по стоящим в зале. — Чего вы тут собрались?! Что с Олафом?! — повторял он и стал вырываться сильнее.

Сара прижала его сильнее к стене, а Свен все продолжал.

— Эй, вы посмотрите на ее руку! — крикнул Киран, и Сара быстро поправила рукав шубы, закрыв им запястье. — Вы видели? Она из Гравейха! Убийца!

— Убийца? Что? Убийца? Еще? — стали перешептываться еще трое.

— У нас тут сегодня прям-таки собрание маниаков, — хихикнул Бронс.

Сара оскалилась и погрозила всем кулаком, но ничего не ответила. По группе пошло еще больше слухов, смешков и волнений.

В тот момент, когда группа начала кричать на Сару, Свен перестал вырываться и попытался поднять свои руки. Когда у него это удалось, он с ужасом посмотрел на свои дрожащие ладони и закричал:

— Кровь! Откуда кровь?! Что происходит? Почему вы здесь, что вам всем от меня надо?! — говорил он и вновь стал вырываться. — Уйдите! Не трогайте меня! Брат, брат! Брат, где ты?