Чтение онлайн

– Тебе тоже пора уходить.
– Элден отхлебнул из чаши.
– Скоро кольцо вокруг замка замкнется и сразу же начнется штурм одновременно всех ворот. У меня около трех тысяч замаравших себя. Они будут биться. Их хватит на час, а может, даже на полтора.

– Я бы хотел испросить вашего позволения остаться. Я... хочу укрыться в погребах. Для ратных дел я уже стар, да и, честно говоря, ни разу не держал в руках ни меча, ни боевого лука. Даже для арбалета я подслеповат.

– Никогда бы не подумал, у тебя такие ясные глаза.

– Нутро не всегда соответствует наружности.

– А после ты предложишь свои услуги Суфиру?

– Да. Простите меня, ваше сияние. Но примите во внимание, что я честен. Говорю как есть. Я играл для Дарагана, потом для вас. Если Чудотворец соблаговолит, послужу и третьему властелину на своем веку.

– Сомневаюсь, что Суфир - большой любитель музыки, - насмешливо сказал Элден.
– Не боишься, что он сделает с тобой то, что с неугодившими музыкантами творил Дараган? Повесит на струне.

– Боюсь. Но уповаю на его милость и сострадание. Вдруг пожалеет старика. Разумеется, если вы сами меня сейчас не заколете за подобную дерзость.

– Нет, я тебя хорошо понимаю. Ты просто выживаешь. Как и все в этом замке, в нижнем граде и, что там говорить, во всей Ишири.

– Вы не совсем правы. Еще немало осталось людей чести, ставящих долг выше собственной жизни. К сожалению, я не из таких. Может, оттого, что я познал ужас голода и нищеты, кусок хлеба на столе и кувшинчик вина стали для меня самым важным в жизни, за что следует бороться в первую очередь. Вся наша сущность зависит от воспитания и окружения в детстве, ваше сияние. Занимались бы мной благочестивые рыцари духа, и я бы вырос человеком долга. Однако я с малых лет только и делал, что боролся за выживание. Так что, я считаю, нет моей вины во всепоглощающем желании пристроиться к любым обстоятельствам. Кто-то учится читать, кто-то фехтовать, кто-то ковать, а я вот развивал сноровку приспособляться.

– Да, я тоже достиг некоторого успеха в этом деле.
– Элден отхлебнул еще.

– О, вы о себе ничего не знаете! Вы и я - разные стороны монеты. Даже сравнивать нельзя.

– Что же, ты свободен, Гидо. Иди ищи укромное место в погребе. Можешь открыть любой бочонок и насладиться напитком по своему усмотрению. Я разрешаю.

– Я не хочу уходить, оставив вас здесь убивать себя. Позвольте, я вас спасу! Вы еще можете выйти из замка, мы пока не окружены. Предполагаю, в нашем распоряжении еще где-то полчаса. У меня есть добрые знакомства среди слуг, вас не выдадут, не скажут, какой дорогой вы двинулись. Бегите! Давайте я вас выведу, пока не поздно!

– Нет, мне все равно некуда пойти. Кончилось мое время, быстро прошло.
– Элден взглянул на правую от себя стену, совершенно раскуроченную. Старые барельефы во славу Дарагана разломали, а новые, в честь Элдена, так и не успели сваять.
– Дерьмовый из меня получился властелин, правда?

– Обстоятельства были против вас, чудовищное невезение, две единицы на костях. Мне кажется, будь фортуна к вам благосклонна, вы бы покрыли себя неувядаемым в вечности ореолом доблести и духовности.

– Не льсти мне, старик. Знаешь, мой наставник в Ош-Лилим, Ашмид, говорил нам, послушникам, что мы - повелители грез этих простодушных обывателей, что верят во всю эту муть с проклятиями, порчами, предрешенной судьбой. Приходят к нам, просят провести обряд, дают черный скол. А потом - возвращаются домой и мечтают о том, что мы им наговорили. Видят перед глазами образы поверженных врагов, привороженных к себе полногрудых дев, невиданную удачу во всяких игрищах. В общем, все то, о чем мы наплетем. И вот так всех все устраивает уже веками. Я действительно не солгу, если скажу, что добился успеха на этом поприще. Сразу после выпуска из Ош-Лилим я переехал в Сафарраш, уже в восемнадцать стал настоятелем небольшого прихода, моя паства неизменно росла, я рисовал им прекрасные картины будущего, прямо как если бы сами Сады Наслаждения к ним спустились. Им нравилось засыпать с этими мыслями, ждать благоденствия, пока их порол хозяин. Если бы я и дальше служил, наверняка бы лет через десять получил в свое распоряжение уже целый храм нечистых. Но выяснилось, что, оказывается, я был повелителем чужим грезам, но не своим. Я хотел и отомстить за Сад-Вешт - ты не представляешь, какие ужасы я там видел, - и покрыть себя славой, как вернувший жизнь святому Суфиру. В итоге я здесь - и умру от собственного кинжала. Вот такие вот грезы.

– Не грезы, а честолюбие. Это нормально. Особенно в вашем возрасте.

– Это честолюбие погубило тысячи людей.

– Да... но это тоже нормально. Так проходит век за веком. И вот что еще хочу вам сказать, ваше сияние. Я верю в провидение, в предначертание, если хотите. Считаю, что не просто так вы стали властелином, пусть и на столь короткий срок. Для чего-то это оказалось нужно.

– Я слишком много сочинял людям судьбы, чтобы самому верить в предрешенность и предначертание.

– В Ишири десятки церковных школ, и у каждой свое мнение на этот счет. Большинство сходятся на том, что предначертание существует.

– И в чем же оно состояло для меня? Для чего меня судьба уготовила? Для прихода к власти Суфира? Не спорю, без меня он бы не сел вот на этот трон.
– Элден хлопнул по подлокотникам так, что чаша и кинжал подпрыгнули.

– Да, именно для прихода к власти Суфира. Вдруг он станет величайшим властелином в истории? Вдруг что-то переломится, и Ишири рванет ввысь, оставляя под собой нищету, голод и хвори?

– Да-да, это он и вещает своим фанатикам.

– А если он это сделает не из желания, а из-за потребности?
– Глаза Гидо сузились.
– Чтобы удержаться на троне, а?

– А ты, выходит, хорошо меня понимал. Но не совсем до конца. Да, у меня была потребность улучшить жизнь людей, задобрить их, если тебе угодно. А еще, при всем при этом, и точно такое же желание всей души. Я хотел принести счастье в каждый дом не только из-за удобства моей задницы на троне.
– Элден снова потянулся к чаше.
– Я вот просто этого хотел. С самого детства. И в этом я отличаюсь от Суфира.

– Какая разница, какие там мотивы... Главное - итог.

– Ты в самом деле веришь, что Суфир впишет свое имя в скрижали, как величайший властелин? Давший процветание народу?

– Почему бы и нет, хотя точно я не знаю.

– А я вот знаю одно - моего имени в скрижалях вообще не будет.

– И моего тоже. А еще имен миллионов людей, трудяг, толкающих Ишири вперед. Такова судьба зерен - сгинуть в жерновах, чтобы потом кто-то насладился пирогом. Суфир тоже сгинет, но он будет вишенкой, и потомки его заметят.

– Никогда на эту землю не снизойдет счастье. Мы ходим по кругу.

– Почему же? Скорее, по спирали.

– Если что-то и получится, будет непрочным, разрушится на взлете. И будет после девятки снова ноль, а не десять.
– Элден отхлебнул.

– Это если по кругу. Я же толкую вам про спираль, ваше сияние.

– Я вижу круг. Меня не так легко ввести в заблуждение, как неграмотных простачков. Я постигал мудрость истории в храме, знаю, что ничего не меняется уже веками.

– Это так кажется, потому что спираль будто бы нарисована на песке, и все витки на одной высоте.

– Не говори мне про песок. С недавних пор я плохо переношу это слово.

– А если представить, что пусть чуть-чуть, невидимо для глаза, но все-таки каждый следующий виток выше предыдущего? И что нам что-то мешает. Чья-то злая воля, древнее проклятие, не дает рвануть ввысь. Если эта спираль - просто прижатая тьмой пружина. Снимешь помеху, и мы, вся Ишири, взлетим к Садам Наслаждения.